Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. БОЛЬШЕ ИНФОРМАЦИИ >

Министр культуры: ранее совет Русского театра был сверхполитизирован

КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ
Министр культуры Эстонии Индрек Саар. | ФОТО: Erik Prozes

Оправдывая присутствие в совете Русского театра двух соцдемов (третий член совета – беспартийный), соцдем Индрек Саар говорит: «Социал-демократическое мировоззрение издавна входило в число политических симпатий творческой интеллигенции».

Министр культуры Индрек Саар ответил на вопросы портала Rus.Postimees о ситуации в Русском театре.

– Почему с ноября в совет Русского театра, который сейчас насчитывает три человека, Минкульт не назначает еще двух членов, хотя по уставу, который выложен на сайте, совет состоит из пяти человек?

– Действительно, приказ об отзыве Виктории Ладынской и Игоря Грязина из совета Русского театра я подписал в ноябре 2016 года. Решение отозвать членов парламента из всех советов государственных компаний и фондов означал, что во все эти советы нужно найти множество новых людей. Переговоры о новых членах советов проходили иногда быстрее, а иногда брали немало времени. Я рад сообщить, что уже в ближайшие недели вопрос о новых членах совета фонда Vene Teater разрешится.

– Сейчас в совете Русского театра – два соцдема и один беспартийный. Как утверждала в своем мнении бывший член совета, депутат от IRL Виктория Ладынская, в совете наблюдается в итоге политическая неуравновешенность, усугубляющаяся тем, что вы, министр культуры, которому подчиняется совет, тоже являетесь членом Социал-демократической партии. Как по-вашему, это проблема или нет?

– В совет фонда Vene Teater входят три эксперта. Евгений Голиков был членом совета Русского театра с 2004 года, со дня основания фонда Vene Teater. Голиков – эксперт по экономике, который хорошо знает русскую общину. Решение назначить Голикова в совет принял министр культуры Урмас Паэт, и все следующие министры его в этом поддерживали. В этом смысле Голиков – носитель преемственности в совете. В компетентности Яака Аллика в сфере театра невозможно сомневаться. Он опытный театральный критик, возглавлял театр, ставил пьесы и вдобавок занимал должность министра культуры. Кроме того, считается важным, чтобы в совет каждого госучреждения входило лицо, компетентное в финансовой сфере, поэтому в совете Русского театра есть представитель Министерства финансов. Это глава отдела госбюджета Министерства финансов Вейкко Капста.

Социал-демократическое мировоззрение издавна входило в число политических симпатий творческой интеллигенции – начиная с Вильде, Суйтса, Тугласа, Таммсааре и заканчивая Каплинским, Карусоо и Вольмером. Обращаю внимание на то, что конституция Эстонской Республики запрещает дискриминацию людей по их политическим убеждениям. Поэтому партийная принадлежность не может быть препятствием при назначении кого-либо в совет.

Так что вполне естественно, что в управляющих органах многих музеев, театров и других культурных учреждений есть лица, которые входят в ту или иную партию. Скажем, Урмас Клаас («Ванемуйне»), Кайрит Пихлак (Театральный дом Раквере), Тоомас Кивимяги («Эндла»), Айн Сууркаэв (Театральный дом Раквере), Лойт Кивистик («Угала») и так далее. Эти люди входят в различные партии, и они стали членами советов потому, что они – эксперты в своей области, обладают успешным управленческим опытом или представляют местное самоуправление.

Члены совета должны исходить при принятии решений из интересов театра, а не из партийных интересов. Иначе можно было бы утверждать, что всё руководство сферой искусства у нас политически неуравновешено, поскольку курирующий ее вице-канцлер входит в партию IRL.

– Не считает ли министр, что политическая неуравновешенность совета не позволит комиссии, в которую входят два члена совета, объективно выбрать нового художественного руководителя?

– Члены совета должны быть компетентны в своей области или в области управления, или же они должны представлять заинтересованную сторону. Скажем, в ходе музейной реформы мы создавали фонды так, чтобы наравне с Министерством культуры основателем становилось и местное самоуправление, на территории которого расположен музей.

Я уверен, что в совет Русского театра должны входить эксперты, а также представители министерства и города. Вот почему министр культуры обратился к Таллиннской горуправе с предложение назначить своего представителя в совет. Когда город объявит о том, кто именно станет его представителем, в совет будут назначены еще два человека.

Совет Русского театра ранее был сверхполитизирован. Это было ошибкой. Вот почему пришлось отозвать из совета членов парламента Викторию Ладынскую и Игоря Грязина. Я считаю совершенно неуместным желание Виктории Ладынской политизировать советы театров и назначать туда людей по политической принадлежности.

Также довожу до вашего сведения, что приказом № 215 от 18.11.2016 года министр культуры изменил устав фонда Vene Teater, в том числе статью 34 и статью 43. В новой редакции устава в совете может быть от трех до пяти человек, кроме того, совет правомочен принимать решения, если на собрании присутствует по крайней мере половина его членов.

– Не полагается ли конкурсу на место худрука Русского театра быть открытым? Не нужно ли обнародовать имена кандидатов на это место?

– Как отметил в своем ответе и Яак Аллик, худрук выбирается созданной на основе устава комиссией, которую образует правление (статьи 48.1 и 48.2). Принципы назначения этой комиссии в разных фондах различны, скажем, в театрах разнится доля в таких комиссиях творческих и технических работников.

В случае фонда Vene Teater в комиссии есть одно доверенное лицо труппы. Как правило, в комиссию входит член правления фонда, а также представители совета фонда. Вдобавок в комиссии можно звать и экспертов со стороны, поэтому в комиссию Русского театра входит представитель Театрального союза.

В целях защиты интересов кандидатов – скажем, они могут беспокоиться о своем реноме в глазах театральной общественности, если их не выберут, – их имена не разглашаются. Точно так же выбор худрука не всегда производится путем голосования – может иметь место дискуссия, по результатам которой члены комиссии приходят к консенсусу относительно кандидатуры худрука. Выборы обычно проходят посредством тайного голосования, чтобы нельзя было узнать, кто конкретно и за кого отдал свой голос. Это общепризнанная практика на такого рода выборах.

Наверх