Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. БОЛЬШЕ ИНФОРМАЦИИ >

Константин Эггерт: Навальный – это уникальный бренд

«Выше аннексии Крыма Путину уже не прыгнуть»

5
КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ
Константин фон Эггерт | ФОТО: Pm

«Не удивлюсь, если путинский режим кончится уже через неделю», - отметил в интервью Rus.Postimees ведущий телеканала «Дождь» и колумнист DW Константин фон Эггерт.

Известный российский журналист, бывший главред московского бюро русской службы «Би-би-си» Константин фон Эггерт, посетивший Таллинн в рамках Международной конференции им. Леннарта Мери, рассказал о том, почему судьбу России могут изменить владельцы «Порше», и оценил перспективы революции.

- Что стоит за ростом популярности Алексея Навального, рейтинги которого, по данным «Левада-центра», выросли до 10%?

- Превращение Алексея Навального в политика общенационального уровня, которое официально было сертифицировано демонстрациями 26 марта, - это следствие нескольких простых причин. Во-первых, Навальный умеет говорить на языке тех людей, которые до последнего времени не ходили голосовать. Он может даже обратиться к людям, которые значительно моложе его – старшим школьникам и студентам.

Во-вторых, Навальный довольно успешно играет на своем поле, на котором он создал уникальный бренд «Навальный»: это публичный политик западного популистского типа. Таких политиков в России больше нет. Все нынешние политики, включая лидеров так называемых парламентских партий – это де-факто сотрудники администрации президента, от которых ничего не зависит и избрание которых мало зависит от избирателей.

Навальный создал образ человека, который может себе позволить не обращать внимание на предписание властей. Ему запретили участвовать в выборах, а он говорит: «Буду народным кандидатом!» И когда в общественную приемную Навального в Волгограде приходит 400 человек, – молодых, не испугавшихся ФСБ, милиции и собственных начальников, – то Навальный успешно создает впечатление, что он представляет будущее страны.

Кроме того, он говорит людям о понятных вещах: коррупции, воровстве, бесчестности власти. Он говорит об этом простым языком, подтверждая сказанное фактами. И хотя в России довольно терпимое отношение к коррупции, так как считается, что это часть национальной жизни, масштабы воровства в эпоху экономического кризиса начинают влиять на людей, в том числе на их политическую мотивацию.

- Как вы оцениваете протестный потенциал в России? Россияне выбрали  Путина навсегда?

- Протестный потенциал более высок, чем принято считать. В России с отсутствием институтов демократии большие общественные перемены происходят тогда, когда этих перемен хочет активное меньшинство.

Я не сторонник теории революции, но очевидно, что и в 1917-м, и в 1991-м году судьба России была изменена не большинством. Большинство при этом просто присутствовало. А 300-миллионный Советский Союз окончательно похоронили балты, миллион москвичей, 300 тысяч питерцев и немножко грузин. Всё! Остальные ждали, когда им по телевизору объявят, что будет дальше.

В России ничего принципиально не изменилось. Есть агенты перемен: это жители крупных городов, Москвы и Петербурга, но не только. Это финансово независимые, состоявшиеся люди.

Мы все больше видим появление активного меньшинства молодежи. Причины тоже понятны: в России закрыты социальные лифты. В 90-е годы, которые сейчас принято проклинать, ты мог сделать сам себя. Сегодня, чтобы получить хорошую работу в сфере госсектора, надо иметь, как было при Советах, «дядю» или знакомых, нужно долго пробиваться. Отсутствие перспектив радикализовало молодежь.

Это опасная для власти тенденция. Русские люди неплохо умеют организовываться, когда речь идет о практических вещах. Власть тратит непропорционально большое время на то, чтобы не дать всем этим людям политически организоваться. К ультралевым – у них нет вопросов, к правым национальстам – тоже, пока те не берут в руки оружие (тут сразу подключается ФСБ), не говоря уже про коммунистов, жириновцев, патриотов разных мастей. Главное, на что тратятся все властные ресурсы, – это не допустить демократов к власти, чтобы они не имели хотя бы несколько мест в каком-нибудь законодательном собрании. Исключением является городское собрание Петербурга, где есть фракция «Яблоко».

Властям понятно, что как только эти люди, мои соседи, которые ездят на «Порше», начнут организовываться политически, - этой власти конец. Все усилия властной верхушки направлены на то, чтобы этого не допустить.

- Как могут развиваться события в дальнейшем? Пойдет ли Путин на экономическую либерализацию?

- Россия может попытаться закрыться, но это точно невозможно. Все активы, жены, дети и счета находятся за рубежом. Отрубиться от мирового рынка нереально.

Раньше можно было раскручивать тему вставания с колен, борьбы с Западом... Теперь эта тема почти выработана. Конечно, можно отправить танки брать Харьков, но уже сейчас ясно, что это сильно ударит по политическому имиджу России, и неизвестно, успешна ли будет эта операция даже в военном плане. После аннексии Крыма была взята такая планка внешней деятельности, что выше прыгнуть уже невозможно.

Путин никогда не пойдет на экономическую либерализацию, так как с его точки зрения, это просто прелюдия политической либерализации, которой он страшно боится, считает хаосом и катастрофой.

В долгосрочной перспективе самое лучшее, на что может рассчитывать российская власть, - это поддерживать стабильность. Тактика такова: не раздражать; наказывать, но мягко; хотели кого-то посадить, но дали условно, позволили уехать из страны; хотели сайт прикрыть, но попросили не писать на одну из тем...

В российских регионах существуют свои тренды, не очень видные из Москвы. В условиях экономического кризиса, когда система «безнаказанность в обмен на лояльность» перестала работать для элит в силу отсутствия денег, мы видим, как какие-то решения начинают приниматься всё более независимо. Мы видим, что региональные элиты не очень хорошо понимают, чего теперь от них требуют.

Всё стало сложнее. Дефициты региональных бюджетов растут, на них перекладывают социальную ответственность за поликлиники и школы. А где деньги взять? Россия – не нищая страна, но большая часть регионов по-прежнему находится либо в нуле, либо живет дотационно. В плюсе только Москва, Петербург и нефтедобывающие регионы.

- Революция в России возможна?

- Если российские власти будут продолжать политику фейковой стабильности, то рано или поздно у них за спиной вырастут люди, которые скажут: «Надоело!»

Я не знаю, когда кончится путинский режим, но не удивлюсь, если это произойдет через неделю или через пять лет. Попытка заморозить всё, поддерживать искусственную стабильность ведет к нестабильности. Тогда уже другие решают за тебя. Дональд Трамп решает за тебя, как ты будешь жить дальше.

Можно говорить сколько угодно о рейтингах в 86% или 99% популярности у Путина. Это не играет никакой роли, когда политически активное меньшинство говорит: «Вы не хотите нам дать возможность играть по общим правилам, тогда мы создадим свои правила и будем играть по ним!»

Я думаю, что приблизительно так действует и Алексей Навальный. Мы все запомнили цитату, произнесенную во время протестов 2011-12 годов: «Сначала над тобой смеются, потом с тобой борются, а потом ты побеждаешь». Думаю, что по этой траектории будет развиваться судьба российского активного меньшинства. Чем раньше оно сможет политически организоваться, тем менее жестким и сокрушительным будет шок для нынешней системы. Чем дольше власть пытается заморозить ситуацию, тем сильнее будет на это реакция.

Наверх