Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. Читать далее >

Эдвард Лукас: Трамп ведет себя с Путиным как с равным – это ошибка

13
КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ
Сообщи
Дональд Трамп. | ФОТО: SAUL LOEB/AFP/Scanpix

Плохо то, что Трамп и Путин договорились не вмешиваться во внутренние дела друг друга: усилия США по развитию в России демократии нельзя сравнить с российскими кибератаками, считает аналитик Эдвард Лукас на сайте BNS.

Встреча «большой двадцатки» в Гамбурге стала примечательной благодаря вниманию, которое привлекли яростные акции протеста и первая встреча Дональда Трампа и Владимира Путина.

Было бы приятно думать, что демонстрантов особенно рассердила встреча двух ненавидящих прессу автократических лидеров с сомнительными деловыми связями. Но, к сожалению, встреча Трампа и Путина обладает второстепенным значением с точки зрения движения антиглобалистов: они выступают против самой идеи «большой двадцатки» и считают саммит воплощением глобальной системы, опирающейся на алчную экономическую модель, внедряемую безответственной элитой.

Переводя дух после нападений на полицию и поджогов, они могли подумать и о том, насколько хуже им пришлось бы, если бы саммит проходил в Москве или в Пекине. У демократий Запада много недостатков, но они допускают мирные протесты. Россия и Китай гораздо жестче обращаются с инакомыслящими. Я не видел, чтобы кто-нибудь держал плакаты в поддержку китайского диссидента, находящегося при смерти в тюремной больнице лауреата Нобелевской премии мира Лю Сяобо.

Гнев протестующих вызывает империализм, однако главные империалисты на саммите – не западные страны, а лидеры России и Китая. Коммунистическая партия Си Цзиньпина оккупирует Тибет (а также Восточный Туркестан и Внутреннюю Монголию). Кремль Путина жестоко подавил чеченцев и проводит шовинистическую политику «русские прежде всего» в республиках РФ вроде Татарстана, Коми и Марий Эл. Сомневаюсь, что протестующие вообще когда-либо слышали о таких местах.

Странно и то, что демонстранты ненавидят и президента Трампа, и глобальную торговую систему. В каком-то смысле Трамп – их союзник: ему тоже не нравится основанный на правилах международный порядок, он считает его несправедливым. Правда, демонстранты и Трамп расходятся во взглядах на характер этой несправедливости. Участники акции выступают против предвзятости системы в отношении бедных стран, а Трамп считает, что она наказывает США, самое крупное и богатое государство мира.

Но это – второстепенный вывод.

Встреча Трампа и Путина продлилась дольше, чем ожидалось, – два с половиной часа. С тем, что это хорошая новость, я не согласен. Получаса более чем достаточно, чтобы донести мысль типа «господин Путин, мы знаем, что вы планируете; откажитесь от своих планов». Эту мысль можно выразить более пространно: «Мы знаем, где вы и ваши приятели держат свои деньги. Если вы хотите увидеть их снова, отступите».

Похоже, вместо этого Трамп решил повести себя с Путиным как с равным. Это большая ошибка. Население России более чем вполовину меньше населения США. Ее ВВП меньше ВВП одного штата приличных размеров.

У России действительно много ядерного оружия, но оно по большей части устарело. План модернизации вооруженных сил РФ амбициозен, но у нее заканчиваются деньги на его выполнение. Единственная сила России заключается в том обстоятельстве, что Путин может быстро (другой сказал бы «неосторожно») действовать во внешней политике, например, вторгаясь в Украину и укрепляя сирийский режим.

Тем не менее, лидеры на равных участвовали в двусторонней встрече. Обоих сопровождало по министру иностранных дел — Сергей Лавров и Рекс Тиллерсон. Это выглядело странно. США обладают огромным опытом по связанным с Россией вопросам, однако Трамп этот опыт презирает. Тиллерсон – способный «нефтяной» бизнесмен, но новичок в дипломатии. По моим подсчетам, у российского дуэта за спиной 62 года опыта, а у американского – менее года.

Трамп, подвергающийся на родине обструкции за многочисленные недостатки и промахи, жаждет комплиментов. Он наслаждался приемом в Варшаве, где выступил с бессвязной и напыщенной речью о западной цивилизации (с главной идеей «не позволяйте сесть себе на голову»). Теперь он провел встречу с Путиным, которую может представить дипломатическим прорывом.

Лидер Кремля пообещал, что Россия не будет вмешиваться в политику США. Трамп, и сам с сомнением относящийся к этим словам, принял это обещание. Оба государства планируют сотрудничать в области кибербезопасности, что вызывает гнев у защитников секретов США, и продолжать диалог об Украине и Сирии.

Это не «большая сделка» из европейских кошмаров полугодовой давности, в которых Трамп бросал НАТО ради российской помощи в кризисных очагах. Я сильно сомневаюсь, что практическое сотрудничество правительства Трампа с Россией будет сопровождать больший успех, нежели ранние попытки. Вы помните «перезагрузку»? Помните комиссию «Гор – Черномырдин»?

Тем не менее, встреча Трампа и Путина внушает тревогу. В их соглашении плохо то, что страны не могут вмешиваться во внутренние дела друг друга. Это ставит США и Россию на равный моральный уровень. Это тоже большая ошибка: усилия Запада по развитию в России демократии (помощь гражданским объединениям наблюдать за выборами во избежание мошенничества) едва ли можно сравнить с применением Россией кибератак для кражи и организации утечек частной электронной переписки, чтобы очернять политиков и сеять недоверие и раздор.

Среди всего этого шума и ярости в Гамбурге дело сводится к тому, что западные демократии оказались лицом к лицу с разными формами авторитарного кумовского капитализма. Россия и Китай – самые отвратительные из них. Турция становится похожей на них, на этой же орбите вращаются Венгрия, Польша и Филиппины.

С другой стороны – Ангела Меркель, Эммануэль Макрон, Джастин Трюдо и еще несколько западных лидеров, которые бьются за либеральный порядок на Западе. Гамбургские демонстранты подожгли сердце одного из важнейших европейских городов в то время, когда защищающий их мир находится на краю гибели.

Наверх