Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. БОЛЬШЕ ИНФОРМАЦИИ >

Дело Конан Дойля, писателя и... убийцы?

КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ
Артур Конан Дойль (1859-1930) стал сэром на следующий год после того, как опубликовал «Собаку Баскервилей». Кто написал «Собаку Баскервилей» – вот вопрос. | ФОТО: wikimedia.org
Обложка первого книжного издания «Собаки Баскервилей». | ФОТО: wikimedia.org
От Бертрама Флетчера Робинсона (1870-1907) осталось немногое: несколько книг, доброе имя, загадка смерти да крест на кладбище. | ФОТО: wikimedia.org

21 января 1907 года неожиданно скончался Бертрам Флетчер Робинсон, близкий друг Артура Конан Дойля. Робинсону было 36 лет, и умер он от брюшного тифа. По официальной версии. Есть, однако, мнение, что Робинсона убили. И не кто-нибудь, а именно Конан Дойль.

Создатель Шерлока Холмса – убийца? Поверить в это сложно, но британский историк и психолог Роджер Гаррик-Стил убежден, что Конан Дойль виновен более чем в одном преступлении против Робинсона: за несколько лет до убийства писатель украл у своего друга повесть о собаке Баскервилей. Интересно, что сказал бы по этому поводу Холмс?

Дьявольский пес сэра Кэбла

Как сообщают нам биографы Артура Конан Дойля, идея «Собаки Баскервилей» возникла у писателя в марте 1901 года. Мистер Холмс к тому времени давно сгинул в пучине Рейхенбахского водопада, унеся с собой 20 тысяч подписчиков журнала «Стрэнд», где печатались «истории доктора Ватсона». Публика требовала возвращения сыщика, издатели «Стрэнда» то и дело намекали, что хорошо бы написать о постояльце дома на Бейкер-стрит что-нибудь новое. В конце концов писатель смирился и решил, так сказать, отыскать в архивах Ватсона доселе не описанное приключение.

В июне 1900 года, возвращаясь с англо-бурской войны, Конан Дойль повстречал Бертрама Флетчера Робинсона, военного корреспондента «Дейли Экспресс». Они подружились и частенько выезжали на природу поиграть в гольф. Во время одной такой поездки Робинсон поведал Конан Дойлю легенду о сэре Ричарде Кэбле, который продал душу дьяволу и был утащен в ад сворой гигантских призрачных псов. Говорили, что сэр Кэбл бродит по болотам с собакой-демоном по кличке Блэк-Шак.

Друзья сошлись на том, что было бы здорово превратить легенду в повесть. После того, как они побывали в Дартмуре, Конан Дойль написал матери письмо, в котором сообщал: «Робинсон и я исследовали болото для новой книги о Шерлоке Холмсе». Соавторами друзья (вроде бы) не стали, но сохранилось еще одно письмо Конан Дойля, отправленное в «Стрэнд», и там написано буквально следующее: «У меня есть одно условие. Имя Флетчера Робинсона должно появиться рядом с моим, он дал мне центральную идею и фон, и я чувствую, что его имя должно быть там же, где и мое».

«Моему дорогому Робинсону»

Тем не менее первые главы «Собаки Баскервилей» появились в августовском номере «Стрэнда» под именем одного Конан Дойля. Повесть была посвящена «моему дорогому Робинсону» с прибавлением: «Твое сообщение о бытующей в западных землях легенде подарило первую идею для этой маленькой истории. За это и за помощь, которую ты оказывал мне по мере написания повести, – мои благодарности». Тираж журнала достиг рекордной отметки в 120 тысяч экземпляров, а ажиотаж вокруг повести был столь велик, что Конан Дойль согласился написать еще одну серию рассказов о Холмсе.

Любопытно, что за каждую тысячу слов «Собаки Баскервилей» Конан Дойлю платили сто фунтов стерлингов, а еще 30 фунтов шли на счет Робинсона. Еще любопытнее то, что в следующих изданиях Конан Дойль сократил посвящение Робинсону, а по прошествии четверти века утверждал, что роль друга сводилась к... «замечанию». В предисловии к «Полному собранию историй о Шерлоке Холмсе» Конан Дойль заявлял: «Я обязан добавить, что сюжет и каждое слово повествования принадлежат только мне». Перед кем оправдывался писатель?

Роджер Гаррик-Стил полагает, что Конан Дойль пытался заглушить голос совести, отягощенной не только плагиатом, но и убийством. Взгляните на создателя Холмса внимательно, призывает историк. Психика Конан Дойля была нестабильна, его отец был алкоголиком и эпилептиком, и Артур с матерью поместили его в психлечебницу. Разве нормальный человек мог всерьез увлечься спиритизмом и оккультными науками, как это сделал Конан Дойль? Помимо прочего, его терзали припадки ярости; достаточно сказать, что Робинсон познакомился с Конан Дойлем, унимая развязанную им драку. Такой человек вполне был способен на преступление.

Вы и убили-с!

Смерть Робинсона – это одна большая загадка. Например, сохранилась фотография, на которой Робинсон весел и здоров, хотя именно в это время он должен был лежать в постели и умирать от тифа. Да и если бы Робинсон заболел тифом, говорит Гаррик-Стил, его наверняка выходили бы – в те времена брюшной тиф приводил к летальному исходу лишь в 15 процентах случаев.

Почему «умирающего» Робинсона не посетил ни один врач, включая, кстати, и самого Конан Дойля? Как получилось, что тифом, который очень заразен, не заболел ни один близкий Робинсона? Можно ли верить диагнозу, поставленному фактически женой Робинсона Глэдис? Именно она сообщила подписавшему свидетельство о смерти доктору, что ее муж болел тифом и она ухаживала за ним 22 дня. В то же самое время Глэдис Робинсон сказала своему другу, будто Бертрам отравился чем-то во Франции, болел восемь дней и затем скончался. Женщина определенно путалась в показаниях! А почему Робинсона похоронили вместо того, чтобы кремировать, как обычно поступают с трупами умерших от тифа людей? И почему Глэдис даже не пришла на его похороны?

Там, где есть тайна, скрыто преступление, делает вывод Гаррик-Стил. Он считает, что в смерти Робинсона повинен его «друг» Конан Дойль. Во-первых, у Конан Дойля был роман с Глэдис, во-вторых, он боялся разоблачения, связанного с «Собакой Баскервилей», которую на деле написал Робинсон. Нужно помнить, говорит Гаррик-Стил, что Конан Дойль отлично разбирался в симптомах болезней; видимо, он убедил Глэдис подмешать в пищу мужа настойку опия, отравление которым вызывает симптомы, похожие на симптомы брюшного тифа...

Кучер Баскервиль обвиняет

В 1960 году британское радио взяло интервью у кучера Робинсонов, вскоре скончавшегося. Кучер слышал однажды, как его хозяин и Конан Дойль обсуждали рукопись повести о собаке, автором которой был Робинсон. Может, кучер и соврал, но куда важнее то, что звали его Гарри Баскервилем – и именно он водил Конан Дойля и Робинсона по Дартмурским болотам. Впрочем, тут скептики ловят Гаррика-Стила на ошибке: к моменту экскурсии по болотам половина «Собаки Баскервилей» уже была написана, а в той местности жили и другие Баскервили, в том числе породнившиеся с кланом Воганов, между тем Воганы из поколения в поколение передавали легенду о гигантской черной собаке, рыщущей по болотам. Кто именно стал прототипом собаки Баскервилей – Блэк-Шак сэра Кэбла или черный пес Воганов, – неясно.

Итак, по мнению Гаррика-Стила, Конан Дойль фактически нанял Робинсона в качестве «литературного негра». Известно, что Конан Дойль потерпел фиаско, пытаясь после «Собаки Баскервилей» сочинить рассказ о Холмсе – издатель, предложивший 44 тысячи долларов гонорара, вернул рукопись автору. Гаррик-Стил считает, что в этот момент Конан Дойль вновь обратился к Робинсону с просьбой помочь. Робинсон впал в бешенство: «друг» отнял у него жену и известность и еще осмеливается о чем-то просить! Очень может быть, что Робинсон пригрозил Конан Дойлю разоблачением. Тогда-то Артур Конан Дойль и решился на убийство.

К сожалению или к счастью, никаких улик у Гаррика-Стила нет, а без них дедуктивный метод – это лишь игра воображения. Как отмечает Майкл Корен, биограф Конан Дойля, «ничто в его жизни и карьере не может навести нас на мысль о том, что он был человеком бесчестным или низким, и, уж конечно, не был он плагиатором или мошенником... В худшем случае Конан Дойль сознательно принизил заслуги друга в создании “Собаки Баскервилей”; в лучшем Робинсон всего лишь подал писателю интересную идею; истина, видимо, лежит где-то посередине... но мы не узнаем ее никогда».

Наверх