Вайндлоо — самая северная точка на карте Эстонии

ФОТО: Kюллике Роовяли

Postimees встретил весну в самой северной точке Эстонии — острове Вaйндлоо, где в это время на вахту заступала новая смена пограничников.

Пограничник Нимрат Кютт.

ФОТО: Kюллике Роовяли

Пограничники везут на санях запас продовольствия на две недели и свои вещи. Остров лишь немного больше, чем видно на фото.

ФОТО: Kюллике Роовяли

Нимрат Кютт и Маре Йыэсаар в течение 10 минут оценивают, как течет жизнь на острове. Их рассказ слушают Урмо Кохв (в летном снаряжении) и журналист Мадис Филиппов.

ФОТО: Kюллике Роовяли

На небольшом эстонском острове Вайндлоо круглый год несут службу пограничники, которые ведут наблюдение за морем. Для них этот крошечный остров, расположенный в 95 километрах от Таллинна в Финском заливе, второй дом и на помощь со стороны здесь надеяться не приходится.

«На острове нет ни одной женщины и ни одного гражданского. Зимой здесь живут, как медведи в берлоге. Мужчины делают и все женские работы», — так писала в 1940 году об острове Вайндлоо газета Päevaleht. Тогда остров, населенный военными моряками, был на целую зиму изолирован от всего мира и ни одно средство передвижения туда не ходило.

Остров запал в душу
Начиная с 1994 года на острове по двое живут эстонские пограничники, и зимой они находятся в ледяном плену. На лодке на Вайндлоо никак не добраться, правда, каждые две недели туда прилетает вертолет.

На острове площадью шесть гектаров, насквозь продуваемом холодным морским ветром, почва каменистая, а природа довольно скудная. Посреди острова возвышается 150-летний маяк, а рядом с ним стоят несколько зданий, построенных в позапрошлом веке, в которых и обитают пограничники.

«Это, конечно, только моя точка зрения, но если в пограничной зоне Эстонии есть какой-то пункт, то там непременно должно быть представлено государство», — считает Нимрат Кютт, который уже почти 20 лет охраняет границу на Вайндлоо.

Пограничник проводит нас с продуваемой ветром посадочной площадки вертолета к домику смотрителя маяка, находящемуся в жутком состоянии, а из вертолета выгружает запасы продовольствия и свои рюкзаки прибывшая вместе с нами на остров очередная смена пограничников.

«Продолжительность вахты зимой две недели, летом одна, — рассказывает Кютт. — Все зависит от ледовой обстановки и от того, как настроена смена. Многие не хотят приезжать на две недели, а я к этому привык».

Мы сидим на кухне с разрушающимися стенами и затертым полом. В углу душ, в соседней комнате работает небольшой телевизор. Кютт объясняет, что для него это дом, в который он всегда возвращается. Остров запал ему в в душу.

«Это не отдых, поскольку приходится полностью полагаться только на самого себя. Если сделаешь вдруг какую-то глупость, то сам и пострадаешь», — добавляет он. Если три четверти столетия назад запасать еду приходилось на всю зиму, то теперь — только на две недели. Скоропортящиеся продукты хранятся в четырех холодильниках. Электроэнергию получают от дизель-генератора.

Чем же занимаются на Вайндлоо на протяжении двух недель? «Обслуживаем дизель-генератор, ведем наблюдение за морем, — отвечает пограничник. — Кроме того, занимаемся обычными хозяйственными работами».

Начальник кундаской заставы Маре Йыэсаар добавляет, что за островом Вайндлоо проходит международный фарватер. «Движение судов регулируется так же, как и дорожное, — объясняет она. — Поскольку зимой из-за изменения ледовой обстановки может произойти все что угодно, то мы отслеживаем движение караванов и судов. Местные пограничники — дополнительные глаза заставы».

В Эстонии пограничную службу несут лишь на трех малых островах: Вайндлоо, Рухну и Пийриссааре. Зачем нужны пограничники на этих одиноких островах, как 70 лет назад? Кютт считает, что на Вайндлоо только автоматикой не обойтись.

«Если автоматика без людей не работает, то, как показала практика, люди здесь нужны, — уверенно говорит он и продолжает свои рассуждения. — Может, это и не должны быть непременно пограничники, может, было бы достаточно островного смотрителя, но поскольку речь идет о столь отдаленной точке, то будет лучше, если здесь будут представители государства».

Трагичные истории
Нимрат Кютт изучал историю острова. Первым жителем Вайндлоо был моряк, попавший на остров после кораблекрушения. Его спасшиеся товарищи предположили, что он погиб. Но питаться на Вайндлоо было абсолютно нечем, и он погиб от голода.

Больше всего народу на острове находилось в августе 1941 года. «Во время эвакуации в Ленинград пароход «Казахстан» был поврежден во время бомбардировки, — объясняет Кютт. — На остров высадилось более 2000 человек, которые находились здесь в течение одного-двух дней, пока их не вывезли дальше — в Кронштадт».

1959 год стал для небольшого острова особенно трагичным. В то время на Вайндлоо жили всего две семьи, считая семью смотрителя маяка, кроме того, там находились матросы-связисты. «26 июля один из матросов расстрелял семью смотрителя маяка и его двух детей, мать второго семейства и своих матросов», — рассказал Кютт.

Двое детишек из второй семьи спаслись, остался в живых и их отец, который поехал на материк за продовольствием. Убийца бежал на моторной лодке, но погиб недалеко от Котка. Маленькие дети несколько дней были совершенно одни, пока не вернулся их отец.

Кютт признает, что это какая-то мистика, но после того рокового июльского дня в доме, построенном в 1870-х годах, иногда слышны на лестнице чужие шаги. В эти жуткие минуты собака старается забиться под плиту и отказывается выходить в коридор.

Кютт любит рассказывать об острове, но вертолетчики его торопят, так как пришло время везти на материк смену пограничников, отбывшую свою двухнедельную вахту. На улице дует сильный ветер, а в доме тепло, и все это говорит о том, что дом был все-таки построен на совесть.

Из комплекса заставы при маяке сохранилась кладовка для продовольствия, склад для солярки, подвал, сам маяк и колодец. Но поскольку ни у кого нет интереса к этому дому на острове Вайндлоо, то Кютт боится, что все эти строения обречены на гибель.

НАВЕРХ