Кто отвечает, когда горит лес

Государственная оборона не должна переориентироваться на пожарную безопасность

Юрген Лиги пишет о том, что государственную обо­рону незачем пере­ориен­тировать на по­жарную охрану. Но, по­хоже, этим озадачены те, в чьи обя­занности входит орга­ни­зация спасательных ра­бот. Этим объясняется их нос­тальгия по вое­низи­рован­ным пожарным отрядам.

Когда случается природное бедствие, мы взываем к вышестоящим силам и на свойственную людям потребительскую бесхозяйственность обращаем внимание крайне редко. Сегодня, например, хорошим тоном стало критиковать правительство.

Возьму на себя смелость высказать еретическую мысль. В том бардаке, который нас окружает, виновато не столько правительство, сколько наш собственный менталитет. Спасательные и восстановительные работы лишь ликвидируют последствия. Признаемся честно: правительствам далеко не всех государств приходится иметь дело с вандалами и людьми, которые привыкли все брать от природы. Так что давайте поговорим сегодня о тех, на ком лежит ответственность за разразившееся бедствие.

Ни одно государство не располагает достаточными средствами, чтобы в одиночку справляться с бедой. Причем не только у нас на Севере, но и на Западе. Готовность определяется не только по рискам, но и кошельку.

Выше головы не прыгнешь

Понятно, что ответственность за ликвидацию последствий лежит на правительстве. Министерство внутренних дел и Пожарно-спасательный департамент, на которых возложена прямая обязанность бороться с ЧП, всегда могут рассчитывать на поддержку и сочувствие.

Но словно сетуя на недостаток поддержки и сочувствия, кое-кто пытается утешиться, бросая камни в огород Сил обороны. Они открыто заявляют, что средства на государственную оборону — это выброшенные деньги и что все беды спасательной службы объясняются принятым несколько лет назад решением упразднить военизированные пожарные отряды.

Когда подобные высказывания звучат из уст высокопоставленного чиновника, без комментариев не обойтись, поскольку упреки эти неспра­ведливы.

И государственная оборона, и спасательная служба по большому счету нужны на всякий пожарный случай. Но когда случается большая беда — война или страшные пожары летом, Эстонии все равно не обойтись без помощи со стороны. Было бы несправедливо утверждать, что так бывает только у нас.

Еще не было случая, чтобы Силы обороны отказались прий­ти на помощь. Скаутский батальон, наше единственное боевое подразделение, задача которого — быстро реагировать в случае военной опасности, участвовал в тушении пожаров. Последствия январского шторма в Пярну помогали ликвидировать военнослужащие 7 частей, в том числе Скаутского батальона, а также члены Кайтселийта.

Но это не значит, что государственная оборона должна переориентироваться на пожарную безопасность, как будто перед ней не стоит задача обеспечивать боеготовность и подготовку и она не сталкивается с тем, что не хватает военнослужащих срочной службы.

Однако те, чья основная обязанность заключается в том, чтобы организовывать спасательные работы, последовательно пытаются добиться такой переориентации. Вновь и вновь заходят разговоры о восстановлении военизированных пожарных отрядов в надежде отвоевать у государства солдат и спрятать гражданские расходы в оборонный бюджет. Нам пытаются внушить, что заставлять кого-то работать даром — это нормально.

Департамент оборонных ресурсов безуспешно добивается, чтобы МВД принимало на службу альтернативщиков, которые не могут служить в армии из религиозных соображений, но вполне могут участвовать в тушении пожаров.

Военизированные пожарные охраны, несмотря на их название, к военному делу не имели никакого отношения. Средства на их содержание не вписывались в соответствующие международным обязательствам оборонные расходы, из-за чего деньги на них приходилось выделять из других источников.

Удерживать пожарное дело в армейских рамках не имело смысла, поэтому Министерство внутренних дел приняло решение отказаться от военизированных пожарных команд.

Новые решения

Мы совсем не против того, чтобы в будущем гражданская роль Сил обороны только крепла. Мы планируем провести реформу Кайтселийта, чтобы эта организация выполняла организующую и консолидирующую роль и сплачивала добровольцев, какая бы задача ни стояла перед ними: спасение птиц, поиски людей, борьба с огнем или что-то другое.

В то время как пограничники говорят о необходимости отремонтировать старый вертолет и только заикаются о закупке второго, Силы обороны планируют приобрести четыре новых вертолета, которые на вполне законных основаниях можно будет использовать в случае ЧП. Создание мощной поисково-спасательной системы (SAR) позволит использовать вертолеты не только для выполнения армейских задач, но и задач вполне мирных: для поиска людей, потерявшихся в море или в лесу, транспортировки больных или для тушения лесных пожаров.

Расходы на оборону идут все же отдельной графой. Подчеркиваю: в то время как службы, обеспечивающие внутреннюю безопасность, сетуют на нехватку средств и маленькие зарплаты, военные, у которых, кстати, такие же зарплаты, готовы выделить деньги для SAR. Увы, у нас ностальгируют не только по военизированным пожарным отрядам, но и по пограничной авиаслужбе, которая в любом случае окажется слабой.

Хочется верить, что с ностальгией все же будет покончено. Оборонный бюджет можно использовать в гражданских целях только при соблюдении определенных правил. И автор этих строк предлагает великолепный и четкий план.

НАВЕРХ