Свен Миксер предрекает коалиции долгую жизнь

Свен Миксер не видит Ансипа в Европарламенте.

ФОТО: Toomas Huik / Postimees

Председатель Социал-демократи­ческой партии, министр обороны Свен Миксер (40) надеется, что в 2015 году правительство вновь будут формировать социал-демократы и рефор­мисты, но уже под началом социал-демократов.

Вы так и не стали министром иностранных дел. Стало ли это для вас большим разочарованием?

Ни малейшего разочарования у меня нет. Я был ми­нистром обороны и 12 лет назад, но между тем временем и сегодняшним днем есть два существенных отличия. Во-первых, тогда я, так сказать, прыгнул головой вперед в незнакомом месте, теперь же я знаю и людей, и проблематику.

Во-вторых, тогда я ничем другим не занимался, теперь же мне приходится еще и вести партию на выборы. Это, безусловно, проще делать, работая в уже знакомом здании и на посту, который не требует половину времени проводить на борту самолета.

Министерство обороны в Эстонии – это министерство, возглавляемое главой партии – партнера по коалиции. Я – уже третий подряд председатель партии на этом посту, и, конечно, никто не сможет сказать, что пост министра обороны не особо значителен.

Сколько в министерстве людей, которые работали там, когда вы были министром обороны в прошлый раз?

Такие люди есть. Особенно много их в руководстве министерством. Канцлер Микк Маран работал здесь, когда я был министром в прошлый раз. Он, несомненно, один из лучших канцлеров в нашем правительстве.

Нынешнего командующего силами обороны Рихо Терраса я тоже знаю с тех времен, когда первый раз был ми­нистром. Впервые я встретился с ним в 2002 году на конференции по безопасности в Мюнхене – он тогда был атташе в Германии.

Союз Отечества и Res Publica (IRL) упорно называет нынешнее правительство временным. Насколько оно, по-вашему, временное?

Насколько я понимаю, ни одно наше правительство постоянным не стало. После парламентских выборов состав кабинета министров меняется.

Если учесть, что центристы сейчас в сложной ситуации и возможность сотрудничества с ними ограничена, можно утверждать, что чем больше IRL обижается и ведет игру как против Партии реформ, так и против правительства в целом, тем меньше у IRL шансов попасть в следующее правительство.

Так что нынешняя коалиция вполне может сохраниться и после выборов.

Партия реформ обычно выбрасывала из правительства окрепшего партнера по коалиции или же ослабляла его в преддверии выборов, так что для партнера наступали черные дни. Примерно так Ангела Меркель повела себя с немецкими либералами, которые в последний раз вообще не прошли в парламент. Вы не боитесь, что с вами, социал-демократами, произойдет нечто подобное?

Не боюсь. Кроме прочего, мы осведомлены о таком образе действий реформистов. Партия реформ превратила себя, так сказать, в «неизбежного» партнера по коалиции. Некогда реформисты были умелыми политтехнологами, они отлично разбирались в ситуации. Однако это удавалось им не всегда.

В нынешней ситуации может оказаться, что социал-демократы будут нужны реформистам гораздо больше, чем реформисты – нам. Я не исключаю того, что и следующая коалиция будет создана СДПЭ и Партией реформ, но только, надеюсь, уже под началом социал-демократов.

Вы предсказываете себе победу на выборах в парламент?

Я не могу предсказывать результаты следующих выборов. Это как если бы спортс­мен стал предсказывать себе место на следующем чемпионате мира. Дело спортсмена – тренироваться, чтобы быть к состязаниям в лучшей форме. Мое дело – работать, чтобы победа пришла, чтобы результат был как можно лучше. Если мы сделаем все, что можем, победа будет нам по плечу.

Ярлык «временное правительство» кажется вполне адекватным: министром сельского хозяйства стал прибывший из Брюсселя Ивари Падар, и он уже пытается вернуться в Брюссель посредством выборов в Европарламент. Неловко, вам так не кажется?

В политике Эстонии в последнее время появилась любопытная тенденция: политиков поносят за то, что они куда-то баллотируются. Конечно, выборы – это не главная работа политика, но такая задача у него есть. Не станешь баллотироваться – никто никуда тебя не выберет.

Ивари Падар хотел баллотироваться в Европарламент еще до формирования нашего правительства. Сельское хозяйство связано с ЕС теснее прочих отраслей. Именно в этой отрасли принимается больше всего решений, значимых для всей Европы. Для Ивари Падара важно, чтобы тема сельского хозяйства стала частью его предвыборной кампании. Чтобы не только напускать тумана, но и говорить о том, какие решения принимают в Европе.

Решение Падара – продолжать работу в правительстве или уходить в Европарламент – зависит и от того, насколько весомым будет мандат, который он получит на выборах.

Как вы воспринимаете решение Андруса Ансипа баллотироваться в Европарламент?

Фигаро здесь, Фигаро там. В последние месяцы реформистам приходилось принимать множество внезапных решений. Их определяющие стратегию кулуары в значительной степени израсходовали полуночный запас керосина, размышляя над тем, что именно предпринять, кого куда выдвинуть, кого кем заменить.

Это и правда такая «битва мастадонтов», как писал Postimees (РМ от 03.04.2014)?

При всем уважении к долговременному пребыванию Ансипа на посту премьер-министра я полагаю, что он – не парламентский человек. Он не был таковым в Эстонии, не будет и в Европе. Полагаю, он рассматривает место парламентария как временный вариант и пытается за счет своей известности обеспечить мандат кому-то другому.

Я подумал, что было бы крайне интересно услышать обмен мнениями между Сиймом Калласом и Марью Лау­ристин по поводу будущего Европы и места Эстонии в ЕС. Еще любопытней было бы посмот­реть, решится ли поучаствовать в таких дебатах Эдгар Сависаар. Думаю, вклад Ансипа в них был бы не слишком значительным.

Вы договорились с Партией реформ о том, что Ансип станет следующим еврокомиссаром от Эстонии?

Да, если он не решит про­вести следующие пять лет в Европарламенте.

Согласно коалиционному соглашению, кандидатуру еврокомиссара следует обсуждать в Рийгикогу. В какой форме это будет происходить?

Мы хотели бы провести обсуждение в зале. Само решение находится в компетенции правительства, как и во многих европейских странах. Поскольку членов комиссии всегда «допрашивает» и Европарламент, наш партнер по коалиции беспокоится о том, что если право принятия решения перейдет к парламенту, возможен конфликт интересов.

Кандидатом на пост президента Европейской комиссии от социал-демократов ЕС является Мартин Шульц, под началом которого они заключили в 2010 году договор о сотрудничестве с партией Виктора Януковича на Украине. Как сейчас воспринимается это соглашение?

Если бы несколько лет назад мы были так же умны, как сегодня, безусловно, никаких рукопожатий, подписей и совместных фотографий тогда бы не было. Я только что обратил внимание на то, что еще на прошлой неделе стену Дома Стейнбока украшали фотографии, на которых премьер Эстонии принимал президента Януковича – это было не так давно, уже после того, как появилось соглашение между социал-демократами ЕС и Партией регионов. Теперь и сама Партия регионов прогнала прежнего лидера.

Шульц – отличный кандидат на пост президента Европейской комиссии. На посту президента Европарламента он был куда заметнее многих своих предшественников. Я знаком с Шульцем лично и осмелюсь заявить, что он – большой друг Эстонии.

Особенно важный пункт коалиционного соглашения – повышение детских пособий. Однако пособие повышается не так сильно, как, судя по вашим законопроектам, хотели соцдемы – верно?

Уже в бюджете на 2015 год гарантирован рост детских пособий до 45 евро. Социал-демократы идут на следующие выборы, чтобы заручиться мандатом для повышения пособия на первого и второго ребенка до 60 евро. Мы не отказались от этой цели. Повышение пособия более чем на 25 евро после того, как оно оставалось неизменным 11 лет, по-моему, примечательно.

Вы обещаете повысить зарплаты всем работникам госсектора, но не называете цифр. Почему?

Мы принципиально подчеркиваем, что людей, работающих на государство, следует ценить. Размеры зарплат определятся в процессе подготовки бюджета. Мы, конечно, стремимся избежать жонглирования цифрами, которое наблюдалось при повышении зарплат учителей – в зависимости от ситуации речь шла то об учителях, получающих зарплату по минимальной ставке, и это более внушительная сумма, то об увеличении фонда заработной платы, и это сумма уже не столь внушительная. У людей появляется приятное предвкушение, а потом они испытывают крупное разочарование. Мы стараемся обещать то, что в итоге люди действительно получат.

Урве Пало, видимо, единст­венный министр в новейшей истории Эстонии, сумевший наломать дров в своей сфере еще до принятия должностных полномочий. Как это у нее получилось?

Если посмотреть, что происходило с Estonian Air все эти эти годы, я полагаю, что на этом фоне не самое, возможно, удачное выказывание Урве Пало вряд ли столь уж важно. Разумеется, на посту ми­нистра требуется быстро адаптироваться и быть более осторожным в выражениях.

Положение Estonian Air долгое время остается сложным. Не секрет, что решения Европейской комиссии о том, соответствует ли государственное субсидирование Estonian Air европейским правилам оказания господдержки, пока нет. От этого решения зависит будущее Estonian Air.

Ясно, что руководство Estonian Air всерьез потрудилось, чтобы воплотить в жизнь новый бизнес-план. Он куда менее амбициозен, чем многие прежние. Несомненно, если говорить о прежней политике Estonian Air по части подбора кадров, назначения высшего руководства и спонсорской политики, тут есть основания для критики.

Все это много раз сказывалось на судьбе Estonian Air, что, я думаю, в десять раз более существенно, чем интервью Урве Пало.

Думаю, что Пало предпримет все для того, чтобы авиакомпания выжила – и чтобы в любом случае сохранилась возможность летать из Эстонии в важнейшие населенные пункты.

Пало могла иметь в виду, что проблемы Estonian Air возникли при прежнем министре, но ее высказывание получилось слишком агрессивным.

Человек учится всю жизнь. Да, было бы здорово почаще слышать о том, что Эстония сделала все, чтобы помочь Estonian Air в пределах своих возможностей и европейских правил. Об этом должны говорить все – и министр, и руководство Estonian Air.

Если вспомнить, какие заявления делало руководство Estonian Air после интервью Урве Пало, осмелюсь дипломатично и вежливо заметить, что эти заявления тоже не всегда успокаивали клиентов и вселяли в них чувство уверенности.

Складывается определенное впечатление, что заранее пытаются найти виновника возможного банкротства Estonian Air.

Я бы не стал использовать эту формулировку. Надеюсь, правительство, министерство и само предприятие сделают все, чтобы выстоять, преодолеть трудности и в перспективе сохранить жизнеспособность. Я думаю, это вполне возможно. Что решит комиссия, мне пока неизвестно. Видимо, никто в Эстонии этого не знает, но все причастные должны вести себя с полной ответственностью.

Когда эстонские военнослужащие вылетят в Центральноафриканскую Республику (ЦАР)?

Уже прошел ряд переговоров по созданию военного соединения, но отправка миссии пока задерживается. Формирование соединения подошло к успешному завершению. Последние политические решения были приняты на минувшей неделе. Полагаю, что миссия будет начата в ближайшие недели.

Парламент Эстонии предоставил мандат на четыре месяца, то есть до августа, и при условии, что подразделение Сил обороны Эстонии вылетит в ЦАР в апреле, и мы сможем выполнить миссию в полном объеме.

Дата вылета определена?

Нет. До сих пор назначение даты упиралось в то обстоятельство, что не все страны ЕС предоставили необходимые для миссии ресурсы, однако сейчас пробелы восполнены. Каждая страна ЕС пообещала выполнить свои функции. Остались лишь некоторые технические моменты.

НАВЕРХ