Эри Клас: строитель культурных мостов

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

ФОТО: Пеэтер Ланговитс

Седьмого июня исполняется 75 лет Эри Класу. Дирижеру, чье имя не нуждается в особом представлении – ни в Эстонии, ни в России, ни в Швеции или Финляндии…

Обладатель высоких международных наград и званий, музыкант милостью Божией, он всегда, при любых обстоятельствах, даже если возникают проблемы со здоровьем, остается простым и легким в общении, доброжелательным и излучающим оптимизм.
По аналогии с определениями, некогда данными известным итальянским критиком Родольфо Челетти знаменитым дирижерам, к примеру, Бернстайн – «неподражаемый», Мета – «тигр, готовый к прыжку», Аббадо – «углубленный», я бы назвала Эри Класа «маэстро, излучающим радость». А еще – неутомимым строителем. Строителем культурных мостов между народами и странами. Он и сейчас, в свои 75, продолжает гастролировать, выступать в разных странах, хотя и несколько сбавил темп, перейдя от tempo presto и vivace на tempo andante.
Свой юбилей Эри Клас отметит, как и положено артисту и музыканту, на сцене, причем дважды: в день рождения, 7 июня, на родной сцене театра «Эстония», где он дирижирует оперой Верди «Травиата», и на следующий день, 8 июня, на мызе Палмсе – там пройдет уникальный гала-концерт с участием звезд оперы.

Королевские подарки и выстрел в короля

– Предложение отметить юбилей мне сделали и директор театра «Эстония» Айвар Мяэ, и директор «Ээсти концерт» Юри Лейтен, – говорит Эри Клас. – Я сейчас никакие постановки не делаю в театре, но очень благодарен руководству за предложение: это мой родной театр, с которым я связан вот уже 50 лет (дебют Эри Класа на сцене театра «Эстония» состоялся в 1964 году, на спектакле «Вестсайдская история» Бернстайна – прим. Т.У.). Когда Айвар спросил, что бы я хотел дирижировать, я предложил «Травиату»: это опера, которой я дирижировал много раз и в Эстонии, и за границей. Мое желание – чтобы были молодые эстонские певцы, наш хор и оркестр. А 8 июня мне устраивает праздник «Ээсти концерт» – в красивейшем месте, на мызе Палмсе. В большом гала-концерте из нескольких отделений примут участие и эстонские певцы, и гости: знаменитый финский бас Матти Салминен, еще прекрасный баритон из московской «Новой оперы», где я служил пять лет, Андрей Бреус, финская певица Йоханна Русанен… Играть будут Эстонский государственный симфонический оркестр и Пярнуский оркестр, а дирижировать не только я, но и Велло Пяхн, и Миша Герц, и я очень рад этому.

– Насколько я знаю, фестиваль «Биргитта», которым вы руководите уже десять лет, тоже не остался в стороне и решил отметить ваш юбилей оперными гала.

– Да, это подарок от наших друзей из «Геликон-оперы». Два года назад Дима Бертман (художественный руководитель и главный режиссер театра «Геликон-опера» – прим. Т.У.) обратился ко мне с предложением: «Я хочу устроить в театре на День защитника Отечества, 23 февраля, «девичник» – Оперный гала-концерт, в котором пели бы только солистки и женский хор. Этот концерт я посвящаю вам. Не согласны ли вы встать за пульт оркестра?» Конечно, я согласился, и, надо сказать, у нас это неплохо получилось – концерт под названием «КЛАСсная опера» прошел с большим успехом.


Теперь эта идея обрела новый смысл и форму, так как в этом году «геликоновцы» приезжают на гастроли в Таллинн: Дима Бертман и организаторы нашего фестиваля расширили программу видеорядом и фрагментами записей спектаклей прошлых лет, а в концерте примут участие солистки «Геликона» и Национальной оперы Эстонии. Кроме того наши московские гости представят на фестивале оперу Верди «Бал-маскарад», сыгравшую большую роль в моей жизни.


«Бал-маскарад» был первой оперой, которой я дирижировал в качестве главного дирижера Шведской королевской оперы. Как вы знаете, есть две версии: шведская и итальянская. Шведская версия кончается тем, что короля Швеции Густава III застрелили в оперном театре (в основе либретто – подлинный исторический факт: убийство короля Густава III на костюмированном балу графом Анкастрёмом в 1792 году – прим. Т.У.).


В Швеции всегда существовала традиция: если король приходит на спектакль, то с последнего акта он уходит. А когда я был главным дирижером и дебютировал с этой оперой в Стокгольме, то решили эту традицию нарушить: король был знаком со мной, вернее, я был с ним знаком. И все же на всякий случай на генеральную репетицию была выслана специальная делегация – проверить, насколько опасен выстрел из игрушечного пистолета. Мы два раза проиграли эту сцену. «Да, выстрел неплохой, но мог бы быть тише». В общем, одобрили, и шведский король присутствовал на спектакле до конца.

Крестный отец Давид Ойстрах

– Эри, можно сказать, что у вас в этом году двойной юбилей: 50 лет назад вы впервые встали за дирижерский пульт в оперном театре. А пятью годами ранее впервые дирижировали в концертном зале «Эстония», на выпускном экзамене училища.

– Да, я дирижировал хором и оркестром Таллиннского училища, мы исполняли кантату Грига «Новая родина».

– Что и кто повлиял на ваш выбор профессии? Помню, как вы мне рассказывали, что еще маленьким мальчиком залезали на табуретку и начинали дирижировать.

– Я рос в музыкальной семье: мой отец был виолончелистом, мама – пианисткой. Оба учились на одном курсе в Таллиннской консерватории, на этом же курсе, кстати, учились Густав Эрнесакс, Эуген Капп, Роман Матсов…


Так что музыка меня окружала с самого раннего детства. В нашей квартире на Ломоносова, ныне Гонсиори, где по соседству жил Бруно Лукк, все время звучала музыка: у Лукка было два рояля, у нас – рояль и пианино, так что с утра до вечера я слушал музыку. Конечно, меня больше тянуло на улицу, я был живой мальчик, любил играть в футбол. Но надо было заниматься, я учился в музыкальной школе, играл на скрипке.


И как-то однажды летом в Пярну, где мы с мамой отдыхали, меня услышал Давид Федорович Ойстрах, который проводил там с семьей отпуск. И, заметив, что у меня хорошая память, посоветовал маме: пусть мальчик займется дирижированием, у вас в Эстонии замечательные хоры и дирижеры.


Давид Федорович стал моим музыкальным крестным отцом и следил за моей судьбой до конца своих дней. С его благословения я начал учиться сначала в училище, затем в Таллиннской консерватории у Густава Эрнесакса.
Потом был Ленинград и Николай Семенович Рабинович. Он часто приезжал в Таллинн дирижировать, а я в то время играл в оркестре на ударных инструментах. Он тоже заметил у меня какие-то способности к дирижированию. У меня была мечта – учиться в Ленинградской консерватории, и она вскоре реализовалась.

– У вас в те годы был какой-то пример для подражания?

– Большим примером для меня был Неэме Ярви, который старше меня ровно на два года – мы с ним родились в один день. И он тоже, как я, играл на ударных инструментах, мы с ним даже сидели рядом в Эстонском государственном симфоническом оркестре. Он первым поехал в Ленинград учиться, потом, следом за ним, отправился я. Неэме был моим маяком, на который я ориентировался. Должен сказать, что по сей день мы с ним друзья.

– Это большая редкость: между коллегами в творческой среде обычно есть негласное соревнование, ревностное отношение к чужим успехам.

– Вы знаете, у меня нет такого. И Неэме это несвойственно. Он всегда первым звонит мне и поздравляет с днем рождения – хотя на два года старше. Неэме – настоящий фанатик музыки, гораздо больше, чем я. Он с такой радостью относится к каждому музыкальному событию! В нем до сих пор живет пятилетний мальчик. Мы очень с ним дружим. Хотя многие люди хотели нас поссорить, но у них ничего не вышло.

Без политических костылей

– Дирижерами рождаются – или становятся? Известно высказывание Римского-Корсакова, что «дирижирование – это темное дело», Светланов любил повторять, что это «сплошное мистериозо».

– Мне кажется, очень важно с годами не утратить способность удивляться и восхищаться. Моя мама, которая ушла из жизни в 87 лет, до последнего дня говорила: «Я хочу знать, что будет завтра». И я тоже все время хочу знать, что день грядущий мне готовит. Мне всегда мало 24 часов в сутки…


В жизни я интересовался очень многим – и спортом, и театром, ходил на режиссерские курсы, писал сценарии для кинофильмов… И в музыке «не сидел на диете» – занимался не только классикой, но и джазом, устраивал фестивали не только в Эстонии, но и за границей.


Интересовался и политикой, но никогда свой палец туда не совал. Я никогда не был членом КПСС, хотя все руководители должны были быть партийными. Когда мне сказали, что меня могут не утвердить на место главного дирижера, я сказал: «Ну и не утверждайте». Я никогда не нуждался в этих политических костылях. Когда Эстония в 1991 году вновь обрела независимость, стали возникать разные партии, и они меня начали настойчиво звать.

– Было время, когда вас прочили в президенты Эстонии.

– Но меня об этом не спросили. Я не играю в эти игры. Мне предлагали и деньги, и славу, и ордена, но мне все это не нужно. Я хочу оставаться самим собой и не зависеть от чьих-то политических взглядов и предпочтений.

– Но политика все равно нас окружает, и мы не можем оставаться равнодушными к тому, что в мире происходит. Есть такие музыканты, как Гергиев, которые открыто выражают свою гражданскую позицию. Недавно финская оперная звезда Карита Маттила отказалась петь в Карнеги-холле в концерте под управлением Гергиева, объяснив свой отказ неприятием его политических взглядов. Как вы к этому относитесь?

– Мне это не нравится. Понимаете, я всегда старался и сейчас по-прежнему стараюсь быть строителем мостов между странами и народами, а не между политиками. Меня даже назвали в одной книге послом культуры (книга Иво Парбуса «Эри Клас. Посол культуры (беседы с дирижером)». 2008 г.– прим. Т.У.) На самом деле я много лет являюсь Послом доброй воли UNICEF.


Когда меня хотели сделать президентом, я сказал: «Знаете, я никак не подхожу на эту должность. Хотя я могу говорить на семи языках и умею договариваться с людьми и жить без скандалов, я не хочу принадлежать какой-то одной партии, быть выразителем ее интересов и взглядов. Лучше я буду строить мосты и культурные связи.

– И это вам прекрасно удается. Я не знаю в Эстонии другого музыканта, который был бы столь известен и признан в России и обладал бы столькими наградами и званиями. Вы – единственный человек в Эстонии, который имеет «Золотую маску».

– А два года назад я получил «Балтийскую звезду». Честно скажу, раньше я ничего не слышал об этой награде, но Арво Пярт, единственный эстонец, который до меня ее получил, сказал: «Это очень высокая награда». Когда я прочитал список деятелей культуры, которые были удостоены этой премии, то ахнул: Анджей Вайда, Ингмар Бергман, Джон Ноймайер, посмертно – Мстислав Ростропович… Целая плеяда.


Кстати, о наградах. Вспомнил одну историю. Когда я в 1989 году получил свой первый иностранный орден – орден Северной звезды от короля Швеции, – советский посол Панкин сказал: «Это такая почетная награда, я должен вызвать из Москвы репортеров. Нужно, чтобы с вами сделали интервью и показали по телевидению в программе «Время». И, действительно, телевизионщики приехали в Стокгольм, но когда журналист мне сказал: «Этот орден будет украшать вашу коллекцию орденов и медалей», мне пришлось его разочаровать: «Знаете, у меня только один значок есть». – «Какой?» – «Значок ГТО» (смеется). Так что начиналось все с этого значка ГТО.


А теперь у меня такое количество наград, что порой думаю, что многовато. У кого-то это вызывает зависть. Как-то на приеме у президента один человек говорит мне: «Ты ходишь и звенишь этими орденами, как новогодняя елка».

– Что-то я не замечала. Интересно, сколько их у вас?

– Я никогда не считал. Ордена и медали надеваю только раз в году, на президентский прием. А свои грамоты, дипломы я давно сдаю в библиотеку Музея театра и музыки. Только афиши вешаю в гараж.

– И напоследок не могу не поинтересоваться вашим отношением к открывающемуся 12 июня в Бразилии чемпионату мира по футболу. Вы ведь страстный болельщик, наверное, будете следить за всеми играми?

- А как же! Конечно.

- За кого болеть будете?

- За Бразилию, я всегда за нее болею. Вся эта компания – от Пеле, Гарринчи до Роналдо и Халка – очень близка моему сердцу. У них есть все: темперамент, фантазия, техническое мастерство. Когда играют бразильцы, это не только спорт, но и настоящее искусство.

К сожалению, я никогда не был в Бразилии, но я был в другой южноамериканской стране – Аргентине, и я понял, в чем особенность латиноамериканцев. Они не могут стоять на месте, у них огонь в крови и редкое чувство ритма.


Кубинцы тоже такие. Когда я был на Кубе, то помню, как Фидель Кастро обратился к народу с призывом: «Работа – да, самба – нет». Они стали эту фразу повторять рефреном и при этом танцевать. Это было что-то невероятное!

Справка «ДД»
Эри Клас

Родился 7 июня 1939 года в Таллинне, в семье музыкантов. Первые уроки музыки получил у своей матери, пианистки Анны Клас.
Окончил Таллиннское музыкальное училище (1959) и Таллиннскую консерваторию по классу хорового дирижирования проф. Г.Эрнесакса (1964). В 1964 – 67 гг. учился в Ленинградской консерватории в классе оперного и симфонического дирижирования проф. Н.Рабиновича. В 1969 -71 гг. стажировался в Большом театре у Б.Хайкина.
С 1965-го – дирижер, а в 1975 - 94 гг. – главный дирижер и художественный руководитель театра «Эстония». В 1985 – 90 гг. – главный дирижер Стокгольмской Королевской оперы. В 1991 – 96 гг.– главный дирижер симфонического оркестра в Орхусе (Дания). С 1996 до 2003 г. – главный дирижер симфонического оркестра Голландского радио и с 1998 до 2006 г. – художественный руководитель Тампереского городского оркестра.
В 2006 – 2011 гг.– главный дирижер московской «Новой оперы».
С 2000 г. – художественный руководитель Таллиннской филармонии и фестиваля «Биргитта» (с 2005 г.).


Звания и награды:
Народный артист СССР (1986).
Рыцарь шведского ордена «Северной звезды» I степени (1989), Рыцарь финского Креста льва (1992) и эстонского ордена Белой звезды III класса (1999).
Орден «Дружбы народов» (2010), орден «Балтийская звезда» (2012), премия фестиваля «Золотая маска» (2013).
Почетный гражданин Таллинна (2014), заслуженный деятель культуры Эстонии (2014).

НАВЕРХ