Тийна Кангро: патология реформы трудоспособности

Тийна Кангро

ФОТО: Mihkel Maripuu / Postimees

Парламент обсуждал на прошлой неделе реформу трудоспособности. Обсуждение на таком уровне стало возможным только потому, что на этом настояли люди. Хотя политики и чиновники высосали реформу из пальца еще три года назад, они до сих пор не удосужились не то что сформулировать ее концепцию, но даже просто внятно объяснить, что она собой представляет.

Попытки компетентных людей объяснить, что происходит на самом деле, задушены бюрократией и государственным пиаром. Последний выражается в манипулировании информацией, данными и людьми.

Представители двадцати общественных организаций передали законодателям коллективное обращение с требованием переработать программу реформы трудоспособности, убрать неясности, внести дополнения, изменить планы безответственного использования средств.

В Рийгикогу обсуждают реформу трудоспособности. Хотя что тут обсуждать, если еще неделю назад партнеры по коалиции четко дали понять: проблемные законопроекты будут приняты. В обмен на отданную соцдемам голову Юргена Лиги реформистов заверили в том, что вопрос с реформой трудоспособности будет решен.

Для того чтобы все прошло без осложнений, члены социальной парламентской комиссии, находящейся под контролем министра Урмаса Круузе (Партия реформ) задумали политтехнологический трюк, суть которого сводится к тому, чтобы не допустить к обсуждению реформы силы, стоящие за обращением. Соратник Круузе по партии Юри Яансон окрестил их экстремистами.

Государственные мужи свято уверовали в то, что вместе с должностью получают государственный ум. И когда на чаше весов оказываются здравый смысл и власть, то без всяких сомнений выбирается власть.

Я внимательно следила за тем, как рождалась сама идея реформы. Уже с самого начала было ясно, что допущены принципиальные ошибки. Хотя в последние месяцы политики, демонстрируя великодушие, внесли в проект реформы незначительные поправки.

Увы, поправки умело дозированы таким образом, чтобы не усовершенствовать реформу, а, идя на популистские уступки, погасить поток критики. В итоге общая картина стала еще более туманной, баланс расходности-доходности оказался под вопросом, а предполагаемый положительный результат и вовсе представляется утопией.

Но это никого не волнует, ведь главное – дожить до выборов. Кроме того, все промахи и недостатки реформы придется расхлебывать даже не следующему правительству, а тому, которое придет вслед за ним. Страшно было слушать, как сначала реформисты, а теперь и социал-демократы убеждали, что именно так и делаются государственные дела: сначала, мол, нужно принять законопроект, а потом внесем поправки!

Еще одна проблема в том, что недоработанная реформа начнет выдавать аппаратчикам нужную для их работы информацию вместе с заложенными в ней ошибками, и эти ошибки будут бить по людям. Эксперименты над людьми относятся к области этики. Чего-чего, а материала для эксперимента точно хватит, ведь ежегодно 50 000 человек будут проходить только процедуру оценки трудоспособности, и количество людей, которых охватит система, составит вскоре шестизначную цифру.  

Большинство депутатов парламента, которые обсуждают законопроект, не разбирается в деталях реформы, но они согласны начать неразумный социальный эксперимент и вовлечь в него более ста тысяч людей, которых и без того сурово наказывает жизнь.

Премьер-министр Таави Рыйвас заявил, что приоритетами предвыборной программы его партии являются гособорона и реформа трудоспособности. Выступая на конференции руководителей высшего звена, Рыйвас сказал, что к 2018 году планируется увеличить ВВП на 25% (!), и это будет достигнуто путем повышения трудовой занятости за счет до сих пор не использовавшихся ресурсов.

Правда, ни в программе реформы трудоспособности, ни в бюджете об этом нет ни слова. Возможно, он имел в виду вклад административного аппарата, раздуваемого за счет брюссельских миллионов, в показной рост экономики? Или реформа в целом задумывалась исключительно как пиар-ход, чтобы прибрать к рукам средства Кассы страхования от безработицы и европейские деньги?

НАВЕРХ