Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. Читать далее >

Отчет ЦРУ из Таллинна после смерти Сталина: русский язык доминирует – "советские" говорят громче эстонцев

2
КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ
Сообщи
ФОТО: Rahvusarhiivi filmiarhiiv

Один из рассекреченных ЦРУ документов – отчет из Таллинна, присланный от 7 августа 1953 года.

В отчете отмечается, что с 1939 года Таллинн сильно изменился: «Весь район вокруг улицы Харью теперь – зеленая лужайка с фигурно подстриженными кустами и цветочными клумбами. Общеизвестно, что эту часть города полностью уничтожил массивный советский налет 8 марта 1944 года. Власти не имеют намерений ее возрождать и поэтому превратили в парк».

Далее говорится, что театр «Эстония», частично пострадавший во время налета, полностью восстановлен. «Здание офицерского клуба на улице Сакала, которое начали строить во время независимости, достроено. Теперь это штаб-квартира для всякого рода полуофициальных пропагандистских организаций: профсоюзов, пионеров, Союза писателей».

Агент добавляет: между улицами Карья, Пости и Мюйривахе выстроен большой кинотеатр («Сыпрус», надо полагать, в то время - "Ленинград" - прим. ред.).

«Таллинн полон советских («советскими» в донесении именуются неэстонцы, приехавшие из СССРприм. ред.), одни служат на флоте, другие в администрации, третьи – простые рабочие. Русский язык на улицах Таллинна доминирует, отчасти, конечно, потому, что советские склонны говорить куда громче эстонцев».

Отмечается, что больших депортаций после 1949 года не было, хотя «людей арестовывают и депортируют поодиночке», кроме того, в марте 1953 года было депортировано немало крестьян из Харьюмаа, «точное число неизвестно, говорят о нескольких вагонах». Причина тоже неизвестна; ходили слухи о том, что окрестности столицы избавляют от «подозрительных элементов, которые могут в случае войны помочь армии противника».

Агент сообщает, что условия жизни в Эстонии стали куда хуже, и приводит цифры: второй инженер на грузовом пароходе получает около 1000 рублей, простой матрос – 450-500 рублей, а политрук корабля «ни за что» – 2500 рублей в месяц. Средняя зарплата рабочего – 500 рублей.

Обеспечить себя едой на зарплату вполне возможно, а вот одежда – большая проблема: мужской костюм стоит 2500–3000 рублей. После смерти Сталина цены были понижены - так, килограмм масла стал стоить 38 рублей (при жизни вождя – 50 рублей), но спустя полмесяца цены стали расти вновь. В Таллинне в мае 1953 года масло стоило 49 рублей за килограмм.

«После смерти Сталина не только эстонцы, но и нормальные советские в Таллинне тайно радовались и надеялись, что режим смягчится. Последующее разочарование было велико. Все остается как было, все боятся, что гайки будут закручены еще больше. Никто не знает, за что стоит Маленков... Все убеждены, что после смерти Сталина власть перейдет к Берии – и он будет равен Сталину по жестокости».

«Эстонцы ничего не желают так сильно, как войны, какой бы ужасной она ни была. Советские, напротив, боятся войны. Даже офицеры считают, что если дойдет до вооруженного конфликта, американцы их побьют. По всей Эстонии слушают передачи “Голоса Америки”... Эстонцы возлагают большие надежды на бежавших за границу соотечественников и верят в то, что те пойдут на что угодно, лишь бы освободить свою страну от коммунистического террора». Советские офицеры, продолжает источник ЦРУ, тоже слушают «Голос Америки», несмотря на то, что это запрещено и карается законом, – и не боятся обсуждать новости со знакомыми эстонцами.

«Людям, депортированным в СССР (в Россию прим. ред.), разрешают переписываться с родственниками в Эстонии, но редко. Некоторые эстонцы даже навещали своих родственников в советских лагерях. Это непросто. Нужно множество разрешений, требуются время, энергия и деньги. Многие из депортированных в 1941 году умерли. Очень немногие вернулись в Эстонию. Ни один эстонец не переехал в СССР добровольно – условия там даже хуже, чем на родине. Молодежь, которую посылают в СССР, едет неохотно и делает всё, чтобы этого избежать».

Агент сообщает, что между эстонцами и «советскими» почти нет контактов, даже дети эстонцев не играют с «советскими детьми». «Все ощущают к советским не только враждебность, но и презрение, настолько те неотесаны и нецивилизованны – и в то же время хвастливы и заносчивы».

Наверх