«Призрак в доспехах»: доспехи без призрака

Скарлетт Йоханссон играет отлично, но из некоторых ролей можно выжать немногое.

ФОТО: wikimedia.com

Из голливудской экранизации культового японского киберпанка «Призрака в доспехах» ничего путного не вышло, считает Николай Караев: упрощать абсолютно – значит получать на выходе в лучшем случае робота-симулякра, а в худшем – гальванизированный труп.

Сначала была манга (то есть специфический японский комикс) Масамунэ Сиро, выходившая отдельными выпусками в 1989-1990 годах под оригинальным японским названием «Бронированный мобильный полицейский спецназ», к которому добавлялось английское: «The Ghost in the Shell». По-русски оно стало традиционно «Призраком в доспехах», хотя по-хорошему надо было перевести его «Дух в оболочке» – смысл именно этот. Ну ладно, призрак и призрак. Манга была киберпанковская, революционная, смелая, представлявшая не только оболочку киберпанка (а-ля знаменитый фильма Ридли Скотта «Бегущий по лезвию бритвы»), но и его суть (а-ля культовый роман Уильяма Гибсона «Нейромант», с которого, по большому счету, и начался киберпанк).

Иссосем Японию до основанья!

Речь шла о тех переменах бытия и сознания, которые вот-вот принесет нам на блюдечке наступающее киберпанковское будущее. Искусственные тела, всевозможные электронные приложения к телу, странствия по виртуальности, незаметный взлом сознания, имплантация искусственных воспоминаний, слияние сознаний, тех самых «призраков», – и, как следствие, ключевой вопрос: где будет заканчиваться человек и начинаться машина? и не будет ли так, что в итоге появится на свет нечто третье, новое существо, которое будет качественно отличаться от вида Homo sapiens sapiens?

В общем, была манга, и манга была хороша. И было – в 1995 году – аниме (специфически японский мультфильм) режиссера Мамору Осии по этой манге с тем же названием, тоже потрясающее; без него, в частности, не случилось бы «Матрицы» Вачовски. И был – в 2004 году – сиквел к аниме, «Призрак в доспехах: невинность», уже не совсем по манге, но все равно изумительный. Были еще анимешные сериалы, сиквелы манги и прочее, но не о них речь.

И вот Голливуд сподобился переснять «Призрака в доспехах». Раз где-то что-то культовое – надо и нам присосаться, как бы говорит нам Голливуд. И присасывается. (С японщиной это у него не впервые, само собой, начиная с «Семи самураев», а то и раньше; из недавних поделок можно вспомнить «Тихоокеанский рубеж» Гильермо дель Торо, присосавшегося к гигантским человекоподобным роботам. Вспоминается по ассоциации Достоевский: «Иссосали мы тебя, Соня...») Правда, отчего-то поручает экранизацию манги Масамунэ Сиро не маститому режиссеру, а новичку Руперту Сандерсу, до того снявшему «Белоснежку и Охотника». Зато в главной роли – Скарлетт Йоханссон. Хотя погодите. Главгероиня – она же японка! А Йоханссон вроде нет...

Чтобы не залезать в дебри, лучше сразу сказать: фильм получился странный. Будь это самостоятельное произведение искусства, можно было бы говорить о сравнительно неплохом кино, хотя и далеко не революционном: с сожалением приходится констатировать, что визуал братья-сестры Вачовски умели делать лучше 18 лет назад, в «Матрице»; что сюжет с заменой памяти куда лучше получился у Пола Верховена в фильме «Вспомнить всё» 27 лет назад (а если брать первоисточник фантаста Филипа К. Дика, так и вовсе во времена, когда Руперт Сандерс еще не родился); что философский киберпанк на порядок лучше удавался Габриэле Сальваторесу 20 лет назад в «Нирване»; и так далее, и так далее.

Но это даже если не вспоминать про оригинальные фильмы Мамору Осии. Да хотя бы и первый из них, достаточно малобюджетный и статичный. Хотя и сюжет, и ключевые сцены нынешний «Призрак в доспехах» заимствует из обоих, и это приводит к неоднозначным результатам: в одной из первых сцен, например, на мирно пирующих людей нападают сразу группа вооруженных бандитов (из первого анимэ Осии) и робот-гейша (из второго). К чему такая кучность? Непонятно.

Беда буквально cо всем. Беда с сюжетом: он склеен из сюжетов двух фильмов Осии, склеен неумело, низведен до уровня стандартной голливудской драмы, достаточно – по меркам фантастического кино – банальной: главгероиня – тут ее зовут не Мотоко Кусанаги, а Мира Киллиан – не одна из множества киборгов, а самый первый киборг в мире, и оттого метафизически несчастна. Разумеется, в ее прошлом есть Тайна. У оригинальной Мотоко никакой тайны не было, что переводило ситуацию на философский уровень. Масамунэ Сиро размышлял о том, кто мы такие вне (!) зависимости от нашего прошлого, а в фильме Сандерса мораль звучит как «важно не то, что мы помним, а то, что мы делаем». Это прекрасная мораль, но, увы, не слишком глубокая, хотя и ее можно было раскрыть куда ярче.

Банальное – враг хорошего

С философией – особенная беда: в фильмах Осии философский уровень неотъемлем, а тут философия нахлобучена на экшн, как седло на корову. Персонажи рассказывают о том, что должно быть понятно по их поступкам. К финалу ситуация немного выправляется, но в первых двух третях фильма философия и экшн никак не хотят совпадать.

Беда с визуальной поэтикой: лучшие сцены все повторяют таковые в фильмах Осии, худшие, очевидно, придуманы режиссером и его сотрудниками. Ну и потом, когда главгероиня, обладающая совершенным искусственным телом, голая прыгает с небоскреба у Осии, это чисто эстетически красиво – и, главное, мультипликация позволяет обойтись без особых анатомических подробностей; проделать то же самое голой Скарлетт Йоханссон, естественно, никто бы не дал, в итоге главгероиня в фильме прыгает как бы голая – в теле, которое видится настолько искусственным, что ничего, кроме недоумения, не вызывает. (Вачовски в «Матрице» решили вопрос просто: их Тринити щеголяет в облегающем черном костюме, который повторяет все изгибы ее тела, но не дает никому обвинить создателей в порнографии.)

Беда с музыкой: оригинальная, до костей пробирающая музыка Кэндзи Каваи звучит только на титрах, а то, что звучит внутри фильма, пробирает не очень. Беда с героями: они все как на подбор неглубоки, и, опять же, если у Осии создавалось впечатление, что мы видим лишь кусочек адски сложного полотна, тут всё поплоще - и даже злодей (с удобным именем Cutter, «резальщик») настолько банален, что хочется выть. Беда с логикой, наконец, и с тем самым уважением к чужой культуре. Хорошо, из того, что Йоханссон – не японка, режиссер как-то выкрутился, но почему ее героиня понимает шефа, говорящего исключительно по-японски Арамаки (Такэси Китано), а с пожилой японкой говорит на английском? Почему город, в котором происходит действие, кишит иероглифами – а японские имена героев записываются латиницей? Чтобы угодить невзыскательному западному зрителю? Потому что иероглифы для вас – не текст, а элемент дизайна? Не содержание, а форма?..

В том и дело: получилась оболочка без души, доспехи без призрака, форма без содержания. Я не хочу углубляться в джунгли сюжета; кто захочет – разыщет мангу Масамунэ Сиро и фильмы Мамору Осии, прочтет, посмотрит и сравнит. Обидно, что Голливуд в очередной раз упрощает, причем упрощает как-то абсолютно. Простота – она хуже воровства все-таки, когда речь идет об искусстве. Потому что оболочка без души – это в лучшем случае робот-симулякр, а в худшем – гальванизированный труп.

НАВЕРХ