Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.

Йерун Бюлт: Эстонии предстоит выбор между НАТО и ЕС

Йерун Бюлт
Йерун Бюлт: Эстонии предстоит выбор между НАТО и ЕС
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 6
Вице-президент США Майк Пенс обращается к Эстонии и солдатам союзников в генштабе Сил обороны в Таллинне.
Вице-президент США Майк Пенс обращается к Эстонии и солдатам союзников в генштабе Сил обороны в Таллинне. Фото: SCANPIX

Жители старой Европы могут думать, будто они посылают солдат, истребители и финансовую помощь в Восточную Европу, но не получают оттуда ничего взамен, пишет голландский историк и публицист Йерун Бюлт в Postimees.

«Президент Дональд Трамп прислал меня сюда, чтобы сказать: мы – вместе с вами. Мы вместе с людьми и народами Эстонии, Латвии и Литвы – мы будем вместе всегда». Три прибалтийских президента с лицами, на которых было написано облегчение, стояли за спиной вице-президента США Пенса, когда тот призносил эти слова 31 июля, на второй день своего таллиннского визита.

Как бы ни были предсказуемы слова Пенса, факт есть факт: 77 лет назад, 23 июня 1940 года, заместитель госсекретаря США Самнер Уэллс сделал знаменитое заявление, в котором решительно осудил оккупацию Эстонии, Латвии и Литвы Советским Союзом, и американская политика, не признавшая присоединения этих стран к СССР, придала его словам символический оттенок. В апреле и мае спикер Пол Райан (в Таллинне) и министр обороны Джеймс Мэттис (в Вильнюсе) сделали аналогичные успокаивающие заявления.

Можно ли сказать, что бывший президент Литвы Валдас Адамкус, дипломат-ветеран и ныне эстонский коллега Мэттиса Юри Луйк, а также тогдашний эстонский президент Тоомас Хендрик Ильвес были правы, когда говорили, что администрация Трампа станет придерживаться прежних принципов и черт внешней политики США, включая гарантии безопасности для региона Балтийского моря? «Конец света не настал, хотя Дональда Трампа и выбрали президентом Соединенных Штатов», – писал Postimees после неожиданной победы Трампа в ноябре 2016 года.

Героический ореол

Последовательная тяга Эстонии (а также Латвии и Литвы) к НАТО, нежелание даже «пробовать» альтернативные, ставящие ЕС во главу угла сценарии безопасности и стремление всегда предпочесть статус-кво – всё это и правда весьма понятно с историческо-психологической точки зрения.

В июле 2010 года премьер-министры стран Балтии послали письмо предшественнику Трампа Бараку Обаме – с заверением в том, что декларация Уэллса «позволила дипломатическим представительствам стран Балтии продолжать свою работу... и дала людям Эстонии, Латвии и Литвы силу и веру, чтобы продолжить бороться за независимость».

Это, а также понимание того, что президент Рональд Рейган «освободит» их от ига коммунизма, придало США в Эстонии эдакий героический ореол, который переживет и эпоху Трампа (независимо от того, оправдан ли этот ореол с исторический точки зрения: ведь оккупации и аннексии стран Балтии страстно противостояли и другие западные страны, например, Франция, а бурным летом 1991 года США медлили с признанием восстановления независимости трех бывших прибалтийских советских республик).

Трамп на одно лицо с Никсоном

Некоторые партнеры Эстонии по ЕС, большая часть которых относится к «старым» странам-членам, составлявшим сердцевину Европы еще во времена Каролингов, все-таки до сих пор не убеждены в том, что мы избежали запущенного Трампом «конца света».

Им не нравится грубоватая и сюрреалистическая внешняя политика Трампа, а также его мантра «Америка прежде всего», и они считают, что стоит пробовать альтернативные сценарии безопасности, базирующиеся на ЕС. В этом, конечно, нет ничего нового.

Уже в декабре 1969 года шесть глав стран-членов Европейского сообщества, предшественника ЕС, решили довести политическое сотрудничество до уровня, который тогда трактовали как реакцию на т.н. доктрину Ричарда Никсона.

Никсон намекал на то, что союзники США должны взять на себя большую, нежели прежде, долю в коллективной обороне (и политическую, и финансовую), а сама Америка должна сосредоточиться прежде всего на отношениях с другими странами – с мировыми сверхдержавами (с Китаем).

На сей раз обстановка более напряженная

На сей раз напряженность над Атлантикой куда серьезнее. Никсон отлично знал, что ввиду длительного идеологического, геополитического и военного противостояния с СССР нельзя забывать про НАТО. Трамп способен, по крайней мере, в теории бросить и НАТО, и Европу.

Политические связи ЕС и США на деле ослабели, прежде всего оттого, что Вашингтон после конца «холодной войны» направил стратегическое внимание преимущественно на Ближний и Центральный Восток, а также на тихоокеанский регион.

Всё это совпало по времени с углубляющимся культурно-идеологическим отчуждением Америки и (особенно постмодернистской и секуляризованной) Европы. Впрочем, можно сказать, что похожий раскол существует и внутри США, хотя в какой-нибудь западноевропейской стране такое противостояние может означать «продолжающееся культурное самоуничтожение».

Решение президента Трампа не присоединяться к Парижскому соглашению по климату и острая антипатия в сфере внешней торговли – это самые последние примеры того, как идеологические предрассудки могут влиять на отношения Америки и Европы на политическом уровне.

Даже если взять в расчет эти подводные течения, комментарии и предложения старой Европы стали в последнее время очень откровенными. «Времена, когда мы могли полностью положиться на других, в известной части прошли. Мы, европейцы, должны по-настоящему взять свою судьбу в свои руки», – сказала канцлер Германии Меркель в конце мая, назавтра после (неудачного) саммита Большой Семерки в идиллическом городке Таормина.

Вероятно, Меркель пыталась оставить своего политического противника, лидера социал-демократов Мартина Шульца без возможности поднять лакомую тему на грядущих выборах в Германии, однако так или иначе ее слова оказали огромное влияние на мир.

«Одно предложение, однако его риторическая сила была такой, что ничего похожего не наблюдалось со дня создания федеративной республики в 1949 году», – писала датская газета Jyllands-Posten.

В другой датской газете, Information, известный историк Уффе Эстергод предсказывал, что для осуществления этого замысла Германия создаст в рамках ЕС очень сильный альянс с Францией. В числе прочего будет решен и вопрос безопасности.

Если предсказание Эстергода сбудется, уже в следующем месяце, точнее, после выборов в бундестаг, перед Эстонией может встать нелегкий выбор. Заявление, которое сделал Ильвес через два месяца после того, как «зеленые человечки» России вторглись в Крым, очень точно характеризует глубокое неверие эстонцев в европейскую военную интеграцию: «НАТО защищает каждого союзника и территорию каждого союзника, в то время как у ЕС нет соответствующей организации, планов и военной структуры управления».

Ильвес мог бы указать еще на «мягкий» (пока что) характер обороны ЕС, проявляющийся в небольших миротворческих операциях и морских миссиях.

Эстония, как и Латвия, и Литва, и Польша прежде всего заинтересована в жесткой безопасности, а именно – в обороне во всеобъемлющем значении этого слова. Исходя из этого, слова Пенса, конечно, дают куда большее чувство уверенности, чем слова Меркель.

Оборонная инициатива в Лету не канет

С другой стороны, Эстония не может и игнорировать соображения западных и южных партнеров по ЕС, полагающих, что европейская безопасность – это потенциально мощное средство как противостояния массовой иммиграции из Северной Африки, так и борьбы с терроризмом (и вредящим торговле пиратством).

Жители старой Европы могут думать, будто они посылают солдат, истребители и финансовую помощь в Восточную Европу, но не получают оттуда ничего взамен. Quid pro quo.

Вдобавок Эстония потеряла главного союзника, которому не нравилась оборонная авантюра ЕС, – Великобританию. Если остаться в стороне от участия в оборонной инициативе ЕС, Германия, Франция и другие страны могут даже создать внутри блока свою оборонную группу, что означало бы политическое раздробление, которое Россия, конечно же, постарается использовать.

Правда, прежде, чем до этого дойдет, перед оборонной инициативой стоит еще один барьер – финансовый. Большинство европейских стран-членов НАТО в последние двадцать лет не уделяли внимание оборонным расходам, из-за чего у них нет возможности финансировать (расширенную) оборону ЕС.

Литовский политолог и публицист Кестутис Гирнюс на портале Delfi.lt недавно констатировал: «Дела стоят больше слов, а Германия постыдно не выполняет свое обязательство перед НАТО тратить два процента ВВП на оборону».

Однако вопреки тому, чего тайком ожидает Эстония, оборонная инициатива в Лету не канет, как это случилось с политическим сотрудничеством в 1969 году.

Перевод с эстонского.

Ключевые слова
Наверх