Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. Читать далее >

Вячеслав Иванов. Хождение Русского театра по граблям

2
КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ
Сообщи
Вячеслав Иванов. | ФОТО: архив автора

Недавняя пресс-конференция нового худрука Русского театра Эстонии оставила ощущение недосказанности, пишет журналист Вячеслав Иванов.

Не могу утверждать, что по этой причине лишился сна и долгими осенними ночами мучаюсь в недоумении. Но все-таки...

Варяги – в очередь!

Вообще-то недоумение (в смысле – то, что не доходит до ума) возникает у меня едва ли не всякий раз, когда я встречаю – на письме или в устной речи – словосочетание «Русский театр Эстонии».

Началось это с тех пор, как на место художественного руководителя театра была назначена (приглашена?) Наталья Лапина – юное дарование, неизвестно откуда взявшееся и невесть куда канувшее. Ее правление сопровождалось чередой более-менее громких скандалов и завершилось трагедией, случившейся в ее присутствии и, по сути, при ее попустительстве, когда группа молодых артистов в эпатажном настроении выпивала на крыше театра, и один из них – Андрей Зубков – сорвался и разбился насмерть.

Это вконец переполнило чашу терпения коллектива: в первый и в последний раз за всю историю существования Русского театра худруку удалось не приказом, а на добровольной основе объединить людей, которые при иных обстоятельствах порой терпеть друг друга не могли. Сорок с лишним сотрудников, включая артистов, рабочих сцены, гримеров, работников пошивочного цеха, подписали тогда письмо в Министерство культуры с выражением недоверия худруку и просьбой уволить его (ее) с этой должности.

Пришедший на смену Лапиной Марат Гацалов и вовсе руководил театром виртуально, по Скайпу, получая при этом вполне реальную зарплату, сопоставимую с министерской. Он поставил спектакль – якобы притчу – «Вавилонская башня», сыгранный в общей сложности три раза. Зато потом дорогущие многотонные металлические конструкции, изготовленные специально для «ВБ-1», дико и бессмысленно ржавели на складе несколько месяцев.

После худрука-конструктивиста в театральном бюджете осталась дыра в четверть миллиона евро.

Немного цифири

Авангардистские эксперименты обоих худруков сопровождались многочисленными кадровыми встрясками, в результате которых из театра ушли многие артисты, от чего зашатался весь репертуар. Правда, большинство из них впоследствии удалось вернуть в театр – когда его труппу возглавил Игорь Лысов. Собственно, за все последние годы он оказался единственным худруком, при котором не был уволен ни один артист.

Кроме того, при нем же в театре выросло общее количество сыгранных спектаклей. Если сравнивать итоги последнего года правления каждого худрука, то в 2012-м, при Лапиной, их было 249. В 2014-м (уход Гацалова, приход Лысова) – 258; 2016 год (уход Лысова) – 306. Увеличилось и число премьер: соответственно 12, 8 и 14. В театр вновь потянулись зрители, которые «проголосовали ногами» против новаций Лапиной и Гацалова.

Соответственно увеличились доходы: впервые с начала 2000-х Русский театр в 2016 году преодолел планку в 375 тысяч евро, вплотную подойдя к границе рентабельности, что для подобного учреждения культуры почти нереально. И хотя Лысов тоже был приглашенным варягом, ему как-то удалось заручиться поддержкой труппы и вытащить театр из ямы, вырытой Маратом Гацаловым. Не зря же маститый театральный критик Борис Тух назвал уход Лысова «трагедией Русского театра Эстонии».

Правда, председатель совета целевого учреждения Vene Teater известный театральный деятель и политик Яак Аллик в одной из телепередач не согласился с Тухом по части трагичности ситуации. И при этом вполне справедливо упрекнул Лысова в том, что репертуар театра начисто лишен произведений, которые хоть каким-то образом были бы связаны с эстонской тематикой. Собственно, этот упрек можно с полным основанием отнести и ко всем предшественникам Лысова.

В одну и ту же реку...

...Говорят, нельзя войти дважды. Но это относится к одному и тому же человеку. А если человек другой, то – пожалуйста, без проблем!

В какой-то миг вдруг повеяло надеждой, что Русский театр в этой части репертуара наконец-то повернется лицом к Эстонской Республике. В одном из своих первых интервью – по-моему, еще до официального вступления в должность, – новый художественный руководитель Русского театра Филипп Лось уверенно сообщил о твердом намерении работать в тесном сотрудничестве с эстонскими театрами, эстонскими режиссерами и драматургами.

Но в ходе упомянутой пресс-конференции, целиком посвященной началу нового театрального сезона, эта тема вообще не поднималась. Лось назвал массу действительно интересных имен и наименований. Это и Вильям наш Шекспир («Ричард III»); и «Грибоедов. Горе от ума»; и «Джулия Фарнезе» Лиона Фейхтвангера (последний спектакль Игоря Лысова); и «Утиная охота» Александра Вампилова; и «Емельян Пугачев» Сергея Есенина; и «Планета новогодних елок» Джанни Родари... И даже ремейк спектакля московского театра Фоменко «Одна абсолютно счастливая деревня» по повести Бориса Вахтина, и даже тургеневский «Месяц в деревне», который планируется сыграть будущим летом на мызе Сагади.

Последнее обстоятельство – единственная привязка к эстонской тематике. Да и та – чисто географическая.

На этом фоне не очень понятно, почему новый худрук, который, по его собственному признанию, является личным другом Яака Аллика, не посоветовался с другом на предмет репертуарной политики. Да, собственно, Филипп Лось и сам не новичок в Эстонии. У него, как он выразился в интервью порталу Rus.Postimees, был «бурный, чудесный любовный роман с Rakvere Teater», где он поставил в разные годы спектакли «Памятник» по пьесе Владимира Жеребцова и «Изобилие» Бета Хенли.

Что, впрочем, дало уже упоминавшемуся Борису Туху повод высказаться в Postimees так: «Я видел только два спектакля Лося. Скажем так, к числу хитовых режиссеров он не относится точно». Хотя это, конечно, его личное мнение, с которым кто-то может и не согласиться...

Кроме того, новый худрук Русского театра охотно делится со здешними СМИ воспоминаниями, как еще во время учебы на втором курсе исторического факультета он по приглашению друзей принял участие в детском театральном фестивале, проходившем в Москве. И так получилось, что первыми его подопечными стали ребята из детского художественного коллектива с острова Хийумаа. Затем – знакомство с режиссером и продюсером Адольфом Кяйсом и тесное сотрудничество с Русским театром в Таллинне.

В интервью ETV+ Лось рассказывает: «Первые спектакли были здесь, на сцене Русского театра. Поэтому с этим зданием я знаком очень давно, всегда восхищался его красотой и атмосферой замечательной. Тогда мои встречи с Таллинном стали совсем регулярными. Мы привозили три-четыре раза за сезон свои премьеры, и это продолжалось в течение нескольких лет».

Оскудела, дескать, земля эстонская талантами...

Я согласен – таллиннскому зрителю небезынтересно увидеть на здешней сцене премьеры московских спектаклей. Но я не уверен, что следует превращать нашу сцену в постоянно действующий филиал московских, питерских и других российских театров. Тем более что в Эстонии хватает собственных интересных пьес и режиссеров.

Я помню, например, какой фурор произвела в самом начале перестройки поставленная Микком Микивером на сцене Эстонского театра драмы трилогия по пьесам «Тихая волость» и «Цвета облаков» Яана Круусвала и «Ссылка» Рейна Салури. Эти спектакли рассказывали о событиях, происходивших на территории Эстонии в самый канун Второй мировой войны и в первые годы после ее окончания. Рассказывали честно, без истерики, без однозначного раскрашивания всех и вся только белой и черной красками, – как оно было на самом деле. И еще я помню, какое мощное воздействие эти спектакли произвели на самую тогда недоброжелательную зрительскую аудиторию – работников Союзного завода «Балтиец»...

Почему бы сегодня не повторить тот успех – уже на русском языке и на сцене Русского театра? К тому же этими пьесами вероятный к постановке список произведений эстонских авторов отнюдь не исчерпывается.

В принципе желание каждого руководителя, только что занявшего должность, привнести в возглавленное им предприятие (учреждение, команду и т.д.) что-то новое, свое, – вполне объяснимо. Гласит же известная пословица «новая метла по-новому метет». И все же к ней, думается, следует относиться без фанатизма. Хорошо известно, кто именно традиционно использует метлу в качестве транспортного средства.

...В феврале 2008 года, незадолго до назначения Натальи Лапиной, тогдашний директор театра Яанус Кукк на вопрос журналиста, где вы надеетесь найти нового худрука, ответил: «В Эстонии не найти, это точно. Придется искать в России». Это, получается, такая новая эстонская театральная забава – хождение по граблям...

Наверх