Эстонский журналист: живем на своей земле уже 11 000 лет, но до сих пор являемся игрушкой в руках судьбы

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Ajaloolised mälestushetked Konstantin Pätsi sünnikohas Tahkurannas.

ФОТО: Urmas Luik

И настанет понедельник, первый понедельник второго столетия Эстонской Республики. Я встану перед классом и скажу ученикам: «Жить стоит ради того, чтобы…» Я больше не осмеливаюсь выступать перед школьниками. Я вижу вопросительные взгляды, но сказать что-либо не смею. У меня, 53-летнего бывшего учителя и нынешнего журналиста, нет больше ответов, пишет в «Учительской газете» Сулев Олль.

Мир, в котором я жил, сделал резкий зигзаг. Резкий настолько, что я увидел себя в зеркале заднего вида. Оно словно спрашивает у меня: «Ты все еще веришь, надеешься, любишь?».

Долгая жизнь мученика

Спешу ответить: «Да, я, конечно же, верю. Верю в то, что испытания, выпавшие в прошлом на долю нашего народа и государства, обернутся безоблачным будущим. Разумеется, есть в этом и доля личной скорби, иногда даже трагедии. В основном же все было устроено так, что если бабушки-дедушки жили плохо, то нашим родителям было уже проще, мы жили совсем даже хорошо, ну а судьбы детей так вообще должны были бы быть легкими и счастливыми. Им уже не придется горбатиться на помещичьих угодьях и не доведется быть избитыми розгами на конюшнях. Им не надо будет молотить цепами и избавляться от боли в пояснице. Им не понадобится выбирать между русскими и немцами во время великой войны, а то и вовсе сражаться или скрываться в лесах, пока мир не повернется к ним своей более светлой стороной».

А вдруг мне станет жаль нового поколения, потому как той жизни попроще, которую мы для них придумали, на самом деле не существует? Зато есть понимание того, что даже после получения хорошего образования зарплаты будет не хватать на покрытие ипотеки и автолизинга. А если и будет, то для этого придется зависеть от кредиторов почти до самой пенсии.

Пенсия не спасет

Да какая там пенсия! Если наши родители и в самом деле рвались к этой отметке, чтобы «только тогда начать жить», то нынешнее поколение осознает, что никакого мирного будущего у них не будет и покачиваться в кресле-качалке, подаренном к 50-летнему юбилею, не придется. Есть страх, что если не будет заработка, то на этом все и закончится.

Причем, не ясно даже то, что это «всё» означает. Новые поколения все более малочисленны. Они не могут, а, скорее всего, даже не хотят работать во имя чьих-либо пенсий. Мы уже озираемся в поисках помощи по сторонам: может, удастся привлечь в Эстонию иностранную рабочую силу, быть может, она заплатит за немногочисленные радости нашего пенсионерства, чтобы со временем самой стать теми, ради которых работают.

«Нет мотивации», - говорят студенты, даже те, которые только-только окунулись в академическую атмосферу. И я их понимаю. К чему напрягаться, если результат труда не столь очевиден? Зачем горбатиться, если непонятно, что вообще будет с этим миром?

Да, открытость и мультикультурность сейчас в тренде, но даже гражданин мира должен что-то отстаивать, жить какими-то идеалами. Особенно в ситуации, когда все сильнее становятся голоса тех, кто противопоставляет себя нашему хрупкому миру.

Когда жизнь кажется игрой

Наше представление о будущем рассыпалось довольно неожиданно. Давно ли это было, когда мы, взявшись за руки, допелись до свободы Эстонии. Лишь недавно мы пускали слезу, вставляя во флагшток сине-черно-белый, доселе скрываемый под печкой. Совсем недавно мы еще верили в победу…

Мы, конечно же, победили и, конечно же, доказали, что, Эстония, твой мужественный нрав… Однако одной только отваги недостаточно. Мы небольшие и слабые, и не можем никак обойтись без большого брата. К сожалению, настоящих братьев у нас нет, зато есть ненастоящие по принципу «ты – мне, я – тебе». Таким вот образом мы и жертвуем одними своими свободами ради других свобод, расхваливая то, во что не верим. Голосуем «за» в надежде, что в нужный час проголосуют и за нас, раскрыв над головами зонты безопасности.

Нет ничего больней, чем осознание собственного бессилия. Мы живем на своей земле уже 11 000 лет, однако до сих пор являемся игрушкой в руках судьбы. Нашему народу удалось стать нацией, но теперь мы с сожалением констатируем, что в живых остаются лишь большие и очень большие народы и что игры разума по поводу празднования 150-й или 200-й годовщины Эстонской Республики – это вовсе не игры.

Европейцу тоже не лучше

Однако вернемся в школьный класс. Что-то же ведь надо ученикам сказать. К примеру: «Лучше забудьте, что вы эстонцы, и станьте быстрее европейцами!». Но даже это, скорее всего, не поможет, ибо мы стоим на карачках даже в статусе европейцев – вера в то, что каждое поколение будет жить легче, сытнее и беззаботнее, оказалась ложью. Да, несколько столетий все так, наверно, и было, однако теперь мы приближаемся к какому-то финишу. Неважно, насколько быстрое интернет-соединение в нашем компьютере. В любом случае оно недостаточно быстрое для того, чтобы гарантировать нам благополучное и безопасное завтра.

С каждым днем почва все быстрее уходит у нас из-под ног, ибо мы больше не кузнецы своего счастья. Кузница счастья находится где-то совсем в другом месте, а кузнецами являются вообще посторонние люди. Большая часть истории нашего успеха – истории на удивление смышленого и трудолюбивого народа – постепенно становится сказкой.

Тем не менее, нам нужно жить дальше, создавать семьи, рожать детей и учиться. Другими словами, верить, надеяться и любить. Что же это за ценности такие, в которые стоит верить? Быть может, это личное счастье каждого, какая-то особенная любовь к своим родителям, жене/мужу и детям? К улице, дереву, скамейке?

Рассуждая подобным образом, перестаешь жалеть о том, что мы больше не эстонцы, что Ванемуйне не сыграет нам на гуслях народных мелодий, а Калевипоэг не продолжит борьбу за давно утраченную свободу.

Дай нам сил, учитель!

«Времена национальных государств прошли!», - утверждают знатоки. Европа движется к закату, добавляют ученые. Само же время, к счастью, никуда не исчезнет. Его просто придется заново переосмыслить в ожидании новых рассветов и скрывающихся за ними завтрашних дней.

Учитель как раз и есть один из тех, кто должен переосмысливать и придавать смелости. Смелости верить, а не только жертвовать деньги в церковную кружку. Смелости любить, а не надеяться на получение одного лишь удовольствия. Смелости надеяться, а не сотрясать воздух пафосными словами.

В каком-то смысле я даже завидую тебе, учитель. Ты дожил до того момента, когда готовых ответов больше нет. Есть только вопрос «Жить стоит ради того, чтобы…». И тебе придется на него ответить. За других в том числе.

НАВЕРХ