Об отсутствии у педагога авторитета: невозможно поднять то, чего нет

Учитель в школе. Фото иллюстративное.

ФОТО: Scanpix

В последнее время страсти кипят вокруг темы, касающейся права учителей в определенных случаях призывать учеников к порядку с помощью физической силы. Не поддерживающие эту идею учителя объявлены чуть ли не противниками правового государства. Пусть я тогда стану врагом государства, но я против подобного закона, пишет в «Учительской газете» бывшая учительница Маре Россманн.

Не знаю, действовал ли аналогичный закон в советские времена, потому как мне никогда не приходилось применять силу ради успокоения учеников. Я и сейчас за то, чтобы все школьные проблемы решались с помощью слов. Если силы слов одного учителя недостаточно, то всегда можно прибегнуть к помощи коллег, руководителей школы или родителей. В наследство от школы ученику должно достаться знание, что насилием не решить никаких проблем – оно лишь создаст новые.

Расскажу вам теперь о нескольких реальных случаях из школьной жизни. Шел 1955-й год. Я ходила в десятый класс, и однажды парни решили подшутить над одной учительницей, которую не переваривали. Они поместили в ящики, что внутри парт, какие-то колокольчики. Когда учительница подбегала к парте с целью вытащить и забрать их себе, звон раздавался уже из другой парты. Какое-то время учительница носилась так по классу, а потом таки пошла за помощью к завучу. «Вижу, что вам нравится эта игра, - сказала завуч ребятам. - Я внесу ее в расписание восьмым уроком». – «Нет-нет-нет, мы больше не будем!», - заныли пацаны.

Был 1963-й год. Детям до 14 лет это читать нельзя. Тем не менее, это случилось, а все очевидцы события до сих пор живы. Шел первый год моей работы в крохотной уездной школе. В седьмом классе сидел третьегодник, которому было уже 18 лет. Сейчас таких называют учениками с особыми потребностями. Он прихватил с собой из дома длинную веревку и, заскучав на уроке, привязал ее под партой к своему мужскому достоинству. Поскольку парень не реагировал на призывы учителя отдать ему веревку, то тот схватился за нее и так они и шли по коридору – багровый от гнева преподаватель спереди и дико орущий парень сзади. Заметивший их директор оценил ситуацию и сказал: «Вы, учитель, возвращайтесь в класс, а с Калле я сам поговорю».

Одно время было принято во время урока писать записки одноклассникам. Я договорилась с учениками, что если застану кого-то за написанием записки, то посмотрю на него и он сам положит ее на мой стол – никто ее не прочитает, а после урока записку можно будет либо выбросить в мусорник, либо передать адресату.

Если школьный учитель не в состоянии заставить себя ценить, то, быть может, ему стоит поискать для самореализации другую сферу деятельности? Составляемый законопроект авторитета учителей не поднимет, ибо невозможно поднять то, чего нет. Даже с помощью закона.

Читать также

НАВЕРХ