«Чтоб вы все сдохли!»: две женщины годами терроризируют многоквартирный дом

В этом на первый взгляд спокойном доме уже годами люди страдают от жильцов одной из квартир.

ФОТО: Marianne Loorents

Знакомьтесь, 70-летняя Элеонора. Жительница Тапа, владелица жилья в доме с 44 квартирами. Она приватизировала квартиру в 1995 году. У нее есть дочь Наталья, которой, по словам других жителей дома, около 40 лет. Мать на пенсии по старости, дочь не работает, никогда не работала и не собирается.

Происходящее в их квартире на первом этаже годами беспокоит других жителей дома. Написано огромное количество жалоб, постоянно приезжают полиция и скорая помощь. Ничего не помогает, пишет Postimees.

Ежедневные крики на жителей дома, ругань, скандалы. Удары металлической трубой по стенам и батареям, в том числе и ночью. «Они плюют на почтовые ящики других жильцов, мочатся на пол в подвале, ломают имущество других людей и свое», - описывает происходящее на протяжении двух лет направленный квартирным товариществом иск в Вируский уездный суд. Вместо стекла на окнах квартиры Элеоноры и ее дочери установлена фанера, поскольку стекла они разбили.

«Они все время злобные. Я и мой сосед снизу получили справки от врача, что у нас из-за них проблемы со здоровьем», - рассказывает дама, которая живет на одной лестничной клетке с нарушительницами спокойствия.

Квартирное товарищество последние несколько лет обращается в суд, чтобы избавиться от Элеоноры и ее дочери, но безрезультатно. Элеонора утверждает, что жалобы против нее преувеличены, а другие жильцы дома просто ее на дух не переносят.

Ссоры продолжаются по-прежнему. «Они умные сумасшедшие. Они пишут ужасно много жалоб. Все боятся. Полиция говорит, что не хочет с ними связываться. Семейный врач спрашивает, что она может сделать», - говорит проживающий в квартире на той же лестничной площадке человек.

«Если я слышу, что они вышли из квартиры и направляются далеко, тогда и сама осмеливаюсь сходить в магазин. Они обзывают всех. Взглядом с ними нельзя встречаться. Это приводит их в бешенство, они начинают, не подбирая слов, кричать на русском языке, что мы все должны сдохнуть, наши родственники должны умереть, наши дети должны умереть».

В доме половина жителей говорит на русском языке, а другая половина — на эстонском. Элеонора общается только на русском, ее дочь и говорит, и даже пишет и на эстонском.

История старая и кишит жуткими подробностями. Уже в 2002 году жильцы дома написали письмо, чтобы что-то предпринять в отношении дебоширок. Тогда Элеонора с дочерью вывесили свое грязное нижнее белье на веревку под окнами соседских квартир. Стучали в три часа ночи в стены соседских квартир. Бранились и кричали. Писали жалобы префекту, он приходил разговаривать с жильцами дома. После этого под окнами соседей на веревке вновь появилось грязное нижнее белье матери и дочки.

В 2002 году жители дома потребовали в коллективном письме, чтобы шумящих соседей определили в сумасшедший дом, предоставили им новое жилье или переселили в другое место остальных жильцов. Но все осталось по-прежнему.

В 2006 году Элеонора в свою очередь подала в полицию жалобу на председателя квартирного товарищества. Тот якобы ее толкнул, в результате чего у нее травмы. Полиция выяснила, что в заявленное время председатель даже не был в Тапа, поэтому никак не мог быть причастен к этому.

Как были сломаны окна Элеоноры?

«Они обвиняли соседских детей, что те разбили их окна. У них были очень старые окна, а они открывали их сильным ударом, так возникали трещины. Сами испортили свои окна, но товарищество должно им ставить новые. Сейчас идет реновация дома, в квартире Элеоноры установили новые окна и новые батареи», - говорит одна из соседок.

Небольшое отступление: начавшая в прошлом году работы в этом доме строительная фирма потребовала для своих рабочих противогазы, поскольку из квартиры Элеоноры исходило зловоние. Возле окон еще как-то можно было находиться, а внутри необходимо было передвигаться в масках, жаловались строители.

«Они высыпают свой мусор возле контейнера, испачканные фекалиями газеты летают по двору», - продолжает та же соседка.

Кто-нибудь пытался с ними поговорить, узнать, почему они так поступают?

«Они сказали мне прямо, что мы, эстонцы, - фашисты. Что они — третье поколение русской династии, что они сильные, а мы должны исчезнуть».

Март 2018-го — все по-прежнему. Элеонора и Наталья живут в этом доме, а в доме делают серьезный ремонт. На лестничной клетке пахнет как в старых многоквартирных домах, но ничего ужасного.

Чаша терпения квартирного товарищества переполнилась осенью 2015 года. Было созвано общее собрание. Тема: что делать с Элеонорой. Так дальше продолжаться не может.

Товарищество опиралось на Закон о квартирной собственности: если владелец квартиры неоднократно нарушал свои обязанности перед другими владельцами квартир и если владельцы квартир больше не видят возможной его принадлежность к товариществу, они могут потребовать отчуждения квартиры.

Иск отправили в Вируский уездный суд вместе с дневником наблюдений жителя дома.

Из дневника: «5 июня в 19.30 на нас посыпались проклятья. Мы убийцы, монстры и мы все должны сдохнуть».

Через несколько дней: «Ударили в стену 20 раз. Чуть позже стали бить в стену соседней квартиры».

Дневник заканчивается предложением: «У нас, жильцов лестничной площадки первого этажа, вообще есть права человека?»

30 ноября 2015 года на общем собрании дома с 44 квартирами большинством в 27 голосов было решено требовать отчуждения квартирной собственности Элеоноры. Товарищество отправилось в суд.

Элеонора не осталась в долгу: в данных суду объяснениях она отметила, что для собрания многие передали свое право голоса председателю, а поскольку председатель товарищества ее ненавидит, такое решение и было принято. Элеонора написала, что следует принять меры в отношении председателя товарищества.

Элеонора ходатайствовала перед государством о предоставлении ей правовой помощи, и ей предоставили присяжного адвоката.

Вируский уездный суд несколько раз пытался рассмотреть иск товарищества, но приходилось это делать без участия Элеоноры, поскольку она просто не являлась в суд.

Решение суда гласит: поскольку отчуждение квартиры — крайняя мера, товарищество должно было внести в повестку дня пункт об обращении в суд по вопросу отчуждения квартиры Элеоноры. Другими словами, в повестке дня должно стоять «Обязать владельца квартиры номер Х отказаться от квартиры» или «Решение по предоставлению требования принудительного отчуждения в отношении квартирной собственности номер Х». Это было необходимо сделать для того, чтобы Элеонора могла подготовиться и знала, что будет происходить на собрании.

К сожалению, товарищество сформулировало повестку дня более мягко — обсудить связанные с квартирой проблемы.

Это хороший урок для всех квартирных товариществ, которые страдают от соседей-нарушителей. Если у вас в планах обращаться в суд по поводу отчуждения чьей-либо квартиры, следует вносить это в повестку дня.

Решение об отчуждении так или иначе принимает только суд.

Тапаское квартирное товарищество планирует новое общее собрание. На этот раз - с правильной повесткой дня.

НАВЕРХ