Кармо Тюйр: сравнение двух КаПо Контрразведка Эстонии влияет на общественность лучше, чем контрразведка Грузии

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Ежегодник Полиции безопасности.

ФОТО: Михкель Марипуу

Колумнист Кармо Тюйр прочел два ежегодника контрразведок - Эстонии и Грузии - и поделился своими замечаниями, пишет Postimees.

Выход ежегодника эстонской Полиции безопасности обычно вызывает незначительное волнение в пруду местных СМИ. Самый большой интерес вызывает вопрос: кого и в каком контексте там называют по имени. Более широкая картина безопасности обычно, что и понятно, отражается в СМИ в меньшей степени, поскольку это не приносит достаточного количества кликов.

Но давайте в этот раз возьмем ежегодник в руки и посмотрим на него более широким взглядом. И лучше всего в этом поможет сравнение. Поскольку во вводной статье нынешнего ежегодника ссылаются на то, что с момента нападения России на Грузию прошло десять лет, возьмем такой же отчет из Грузии.

Разные задачи

В самом общем плане создается впечатление, что эти два издания выполняют совершенно разные задачи. Если грузинский – сухой, техничный и отрывочно информирующий о деятельности отчет, то эстонский оформлен как средство оказания влияния. Это не оценка по шкале «хороший-плохой», это просто утверждение.

Оба учреждения по своему характеру являются закрытыми, а официальный ежегодник – это одно из немногих средств связи с общественностью. Грузинские контрразведчики его посредством дают знать, что было сделано в прошлом году, сколько уголовных дел возбуждено, и сколько человек и за что задержано. Эстонские коллеги делают то же самое, но добавляют к тому же скелету мясо.

Если грузинский документ – это обезличенный и из-за сокращений безграмотный технический документ, то ежегодник КаПо начинается с обращения руководителя департамента с его портретом и именем, и чисто визуально очень привлекателен. Прямо и косвенно даютщиеся советы на уровне «не делайте так» влияют на читателя, конечно, сильнее, чем простой перечень граждан (в Грузии их 61), осужденных за коррупцию. На основе этого можно сказать, что эстонская контора использует этот, направленный на общественность,  рабочий инструмент более эффективно.

Роль России

Естественно, центральную роль в отчетах спецслужб обоих государств играет Россия. Если в 50-страничном эстонском издании соседняя страна упоминается примерно 130 раз, то в грузинской примерно 20-страничной версии - 25 раз. Большая сосредоточенность на России в нашем документе исходит из обоснования, в котором разъясняется, например, деятельность Москвы по оказанию влияния при построении сети молодых соотечественников, в то время как у грузин эта тема остается совершенно нетронутой.

Но, с другой стороны, ситуация в Грузии сильно отличается от нашей, поскольку большая часть территории страны de facto находится под контролем Москвы. Регион Абхазии и Цхинвали отделен от Грузии колючей проволокой и российскими пограничниками, российская армия проводит там десятки учений, а сам регион финансируется напрямую из федерального бюджета России: например, в случае Южной Осетии зарубежное финансирование достигает примерно 90 процентов от бюджета (121 миллион долларов).

Для использования этой темы характерна частота использования выражения «так называемый», когда говорят о «суверенности», «границах», «местных властях» и так далее. Особой инфоврезкой приводятся переименования и в Южной Осении по аналогии с Северной Осетией названий с русского на осетинский манер: как субъект Российской Федерации, так и оккупированная часть Грузии теперь носят название Алания.

Сходство и различия

Структурно сходства больше, чем различий. В обоих отчетах говорят о своих основных рабочих задачах, в том числе, о борьбе с коррупцией и терроризмом. Оба дают понять, что главными опасностями, таящимися в коррупции, являются потеря доверия, урон для репутации и вред экономике государства, не говоря уже о выведовании государственных тайн.

В то же время, грузинская контора считает необходимым информировать о числе своих сотрудников (их 3339) и размере бюджета (например, что только из-за электронного ведения делопроизводства на организации конкурсов на господряд/договорах удалось сэкономить 1,2 миллиона лари, или около 400 000 евро).

В обоих отчетах говорят о людях, присоединившихся к ИГИЛ, и связанном с этим картировании соотечественников (насколько известно, 30 граждан Грузии воевали в рядах террористических объединений). В то же время, например, удивляет, что в отличие от Эстонии, Грузия не считает нужным говорить о воспрепятствовании торговле оружием, что, учитывая тамошнюю ситуацию, должно быть в несколько раз более актуальным, чем здесь.

Какие обобщенные выводы можно сделать об этих двух документах? Эстонская контора в этом смысле лучше справилась со своей задачей - чтобы ежегодник был более обзорным, аналитическим и, что главное, легко читаемым. Поскольку речь идет о документе, направленном на общественность, не так-то и маловажна доступность изложения. Но для грузинских коллег это, по сути, новый формат: сборник вышел в третий раз, и только два последних доступны на английском языке. Ежегодник КаПо Эстонии выходит с 1998 года, и с самого начала доступен, как для своей, так и для международной публики.

НАВЕРХ