Яна Тоом: такие, как я, - граждане второго сорта

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Яна Тоом

ФОТО: Erakogu

Наша политика гражданства изначально устроена так, чтобы дать как можно больше преимуществ именно этническим эстонцам, утверждает в Postimees член Европарламента Яна Тоом.

Ахто Лобьякас пишет на этой неделе в Postimees, что Эстония оказалась лицом к лицу с кризисом доверия, и называет приоритеты, которые крайне необходимы для оздоровления нашей политической системы. Первый из них – межнациональный мир в стране (предполагает фундаментальную реформу гражданства, которая уравняет всех нынешних постоянных жителей страны). Очень верно. Но Лобьякас может себе позволить такое высказывание, он же не баллотируется.

Представьте себе, что с таким предложением выступила бы, например, Кая Каллас или Кадри Симсон. Как вы думаете, скольких бы процентов поддержки эстонцев они бы недосчитались? Предполагаю, что примерно половины, если не больше. Не помог бы ни бесплатный общественный транспорт, ни желание развивать э-государство. Поскольку консенсус в нашем обществе основан на понимании, что некоторые избранные рождаются на свет с сакральным знанием, как быть правильным гражданином, другие же еще в утробе матери не развиваются так далеко и впоследствии вынуждены смириться с гражданством второго сорта.

В чем разница? Граждане по рождению могут этого не знать, но только они имеют право стать президентом, только у них нельзя отобрать эстонское гражданство, какое бы свинство они ни совершили, и только они de facto могут иметь двойное гражданство. Да, тем самым они бы, конечно, нарушили Закон о гражданстве, однако в Конституции записано, что их гражданство по рождению священно и неприкосновенно. И Конституция превалирует над Законом о гражданстве. Точка.

Такие, как я, - все равно, получили они гражданство в порядке натурализации или за заслуги – граждане второго сорта. Мы не станем президентами или лицами с двойным гражданством. Более того, у нас можно отобрать гражданство. Например, за то, что ты без разрешения правительства вступил в организацию иностранного государства, увлекающегося военными упражнениями, или предоставил неверные сведения при ходатайстве о гражданстве.

Вообще распространенное представление о том, что у нас не принято лишать гражданства, не отвечает действительности – еще как принято. Без паспорта ежегодно остается сотня человек, как правило граждане второго сорта, которые нахально считали, что, если у соседа есть двойное гражданство, могут попробовать и они. Дудки. Так что со своей статьей о лишении гражданства в печально известном законопроекте белки ломятся в открытую дверь.

Почему они это делают? Если подумать спокойно, причина может быть простой – несчастный случай на производстве. Они некомпетентны анализировать законы, а чиновничий ресурс, годами служивший им подспорьем, был утрачен вместе с властью. Если же взглянуть с политической точки зрения, причина проста – общественный консенсус точно таков, что все равны, но некоторые равнее.

Наша политика гражданства, о которой президент Кальюлайд недавно сказала, что она хорошо сбалансирована и функциональна, изначально была устроена так, чтобы дать как можно больше преимуществ именно этническим эстонцам, и такой ситуация остается и по сей день. И это действительно хорошо работает, выполняя поставленную цель. И, поскольку политики создали такой инструмент, было лишь вопросом времени, когда его будут использовать в политической борьбе.

Марина Кальюранд была вынуждена доказывать, что она гражданка по рождению. У Яны Тоом хотелось бы отобрать гражданство. Бабушка Андреса Анвельта кажется какой-то подозрительной… Что при этом хуже всего – ни один политик не начнет такой дискуссии, если не будет видеть поддержки той части общества, которая имеет право голоса. Тем самым, очевидно, приходится констатировать, что от межнационального гражданского мира нас отделяют световые годы.

НАВЕРХ