Чтобы добавить закладку, вы должны войти в свой аккаунт на Postimees.
Войти
У вас нет аккаунта?
Создать аккаунт на Postimees
Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.

Бывший министр внутренних дел Лагле Парек умеет ценить роскошь быть свободными

Сосредоточенная на благотворительности Лагле Парек остается в курсе всех событий политической и общественной жизни. ФОТО: Тоомас Хуйк

Борец за свободу, бывший кандидат в президенты и бывший министр внутренних дел, а ныне — друг Пиритаского монастыря Лагле Парек (70) в канун 20-летия восстановления независимости делится с Верни Лейваком своими размышлениями над тем, мож­но ли гордиться современной Эстонией.

Лагле Парек этим летом много путешествовала по Эстонии и находит, что все то, на что сетовали на протяжении долгих лет — поля зарастают сорняками, село приходит в упадок — постепенно проходит. По ее словам, поля с волнующимися злаками выглядят просто волшебно, а урожай убирают вполне современные комбайны.

«В последние годы произошли заметные перемены, — отмечает Парек. — Посмотришь на то, какие нынче в деревне постройки, и видишь, что на многих хуторах царит буквально фантастический порядок. Мне нравится точка зрения селянина: если сам не сделаешь, никто не станет работать за тебя. Крестьянство понимает: на свободном гражданине лежит ответственность за результаты его деяний».

Правда, на то, чтобы пр­ий­ти к такому пониманию, нашим людям потребовались годы. Тем не менее Парек убеждена: если за полвека, предшествовавшие восстановлению независимости, гражданские инициативы подавлялись, то за последние двадцать лет в мировоззрении народа произошли основополагающие перемены.

Что значит быть политиком?

В чем же кроется та сила, которая ведет общество вперед? В неудовлетворенности, считает Лагле Парек.

Она утверждает, чтобы самореализоваться, надо достичь власти. «Но чтобы добиться власти, приходится выдвигать глупые лозунги. Вот тут-то и запутаны все узлы. Невозможно чего-то добиться слишком быстро», — полагает она. И в качестве примера приводит лозунг ввести в кратчайший срок Эстонию в число пяти самых богатых стран Европы.

«Отсюда и застой в развитии политического мышления, — считает Парек. — Ныне этот застой совершенно очевиден. Слишком многие стали профессиональными политиками. Для них политика — не возможность проведения в жизнь определенных идей, а хлебное рабочее место, за которое надо держаться во что бы то ни стало. И тогда дело заходит в тупик, и это весьма прискорбно. Трагикомично хотя бы то, что мы до сих пор не сумели справиться с административной реформой!»

Она вспоминает, что еще в начале 1990-х Яанус Райдал выдвинул идею отказаться от волостей и оставить в качестве оптимальной для Эстонии административной единицы только уезды. «К сожалению, власть, от которой в таком случае многим пришлось бы отказаться, привлекательнее для них, чем интересы развития государства. И это очень печально», — утверждает она.

«И что еще существеннее, — слишком многие, находящиеся у власти, понятия не имеют, как живется в Эстонии. Они никогда не испытали на себе, каково быть рядовым гражданином Эстонии, они все время находились на высоких должностях и мало что знают о реальности».

О пустых желудках

Лагле Парек вспоминает, что недавно в телепередаче признали, что около трех тысяч детей летом, когда они не получают питания в школе, недоедают. С аналогичной проблемой Лагле Парек столкнулась еще в 1996 году, когда ей предложили возглавить католическую благотворительную организацию Caritas. «Mеня потрясло то, что когда мы занялись питанием детей в Ида-Вирумаа, выяснилось, что летом дети голодают. И так до сих пор. Но государство уже не так слабо, чтобы решить проблему».

Парек подсчитала, в какую сумму может обойтись нормальный сытный обед — разумеется, без изысканных деликатесов. «В три евро. Если у нас голодают 3000 детей, то чтобы их накормить, потребуется 9000 евро в день.

Но задуматься следует вот над чем — над тем, что эта проблема в Эстонии существует по сей день. И задуматься следует ох как крепко! А мы стараемся вслух не говорить на эту тему. Потому что стыдно. И в самом деле, стыдно!»

В настоящее время Caritas работает с несовершеннолетними матерями, устроил для них летний лагерь. «И в лагере эти матери, которые сами еще по существу дети, откровенно говорят о своих заботах, — отмечает Парек. — И там тоже выяснилось, что самая сложная проблема — еда. Это ужасно. И постыдно, что обычно никто не решается об этом сказать!»

Из милиции в полицию

Как бывший министр внутренних дел Лагле Парек считает, что сегодня в Эстонии явно больше порядка, чем в первые годы независимости. Она с улыбкой вспоминает, как бывшие генералы милиции, ставшие полицейскими, вытягивались в струнку, входя в кабинет министра.

«Но когда несколько лет назад в Таллиннском горсобрании отчитывался тогдашний префект, я была ужасно горда, — Парек понижает голос почти до шепота. — Как уверенно, спокойно и достойно он держался и говорил».

Об интеграции

Парек, вспоминая «бронзовую ночь» 2007 года, подчеркивает: не следует забывать, что в Таллинне живет около 200 000 русскоговорящих людей, а на улицы вышли всего-то полторы тысячи.

«Для нас это оказалось таким интригующим событием только от неожиданности, — говорит она. — Тем, кто знает историю, вспомнилось 1 декабря 1924 года — все повторяется. И ведь мы справились с этим. Да и не сравнить те события с происходившим совсем недавно в Лондоне! Ну, опрокинули у нас несколько автомобилей — по сравнению с тем, что творилось в Париже и Лондоне, это пустяки».

Хлебнувшая в детстве горечь депортации в Сибирь, Парек считает, что для успеха интеграции не следует предпринимать никаких особых шагов.

«В Сибири я в семь лет пошла в первый класс, не зная по-русски ни слова, и никто меня не старался интегрировать, — вспоминает она. — Через два месяца я уже свободно говорила по-русски, потому что у меня не было выбора. И в свидетельстве за первый класс у меня стояли «пятерки» по всем предметам, кроме русского языка. Никаких интеграционных проблем!»

По мнению Парек то обстоятельство, что русскоязычное население сконцентрировано только в двух регионах, Таллинне и Ида-Вирумаа, усложняет дело.

Однако она полагает, что к интеграции следует относиться без чрезмерного драматизма. Caritas больше десяти лет проводит программу «Эстонский хутор учит эстонскому языку», в рамках которой русские дети по одиночке живут месяц-другой на эстонских хуторах.

 «Русский ребенок начинает понимать, что за создание эстонец. Это может быть немного смешным, но классным. И никакого привычного эстонско-русского противостояния! К интеграции следует относиться хладнокровно и спокойно — в этом государстве говорят по-эстонски. В конце концов, множество эстонских детей депортировали в Сибирь без каких-либо интеграционных проектов — и сплетение происходило!»

Эстонцы уезжают

Как проблема интеграции, так и проблема массового отъезда эстонцев за рубеж у нас излишне драматизируется, считает Парек. Ничего страшного нет в том, что безработные родители со своими детьми перебираются на Запад и находят там свое место под солнцем.

«В конце концов личное дело каждого, возвращаться в Эстонию или нет, — считает Парек. — Государство тут ничем помочь не может. Платить что ли повышенную зарплату тем, кто грозится уехать? Понятия не имею, как можно регулировать этот процесс. Каждый сам выбирает, жить ли ему на своей земле, среди своей культуры, говорить на родном языке или перебираться туда, где, по его мнению, лучше.

Маленькое государство с таким географическим положением, как у нас — это роскошь! Роскошь в том, что такой народ, как наш, может быть свободным. А за роскошь приходится платить. Пусть мы останемся малость беднее других, но как здорово здесь жить!»

Она верит, что для развития Эстонии очень полезно, что многие из нас работают и учатся за границей, а потом возвращаются домой. Однако для такого возвращения совершенно необходимо, чтобы конкурсы на свободные должности были совершенно прозрачны и публичны, чтобы тепленькие местечки не распределялись по блату. «Появление нового человека со свежими мыслями пугает тех, кто присосался к выгодным должностям, и они всячески стараются не допустить его в свой круг», — констатирует Парек.

От кроны к евро

Боровшаяся за свободу Эстонии Лагле Парек убеждена, что такие маленькие государс тва, как Эстония, просто не могли бы существовать, не будучи членами НАТО и ЕС. И по эстонской кроне она не скорбит.

«Mне от этой кроны не было ни жарко, ни холодно. Наименование банкнот не имеет отношения к национальной идентичности эстонцев. Абсолютно. Все равно, что изображено на дензнаках, которыми я расплачиваюсь. В конце концов, это всего лишь бумага!»

Лагле Парек

• Родилась 17 апреля 1941 г. в Пярну.

• Окончила в 1960 г. Таллиннский строительный техникум по специальности техник-технолог стекольного производства.

• Член-учредитель и председатель Партии национальной независимости Эстонии.
• Член Конгресса Эстонии.
• В 1970-х годах участвовала в движении сопротивления; в 1987 г. организовала легендарный митинг в парке Хирве.

• Министр внутренних дел в 1992-93 годах.

• С 1997 г. — член-учредитель и член правления недоходного общества Caritas.

• На президентских выборах 1992 г. набрала 4,2% голосов.

• Лауреат приза «Коосмеле» (1998), лауреат звания «Гражданин года» (2007)

• Вдова.

НАВЕРХ
Back