Кто скажет, эстонцы ли они и являются ли гражданами?

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать
  • На практике Департамент трактует гражданство не так, как премьер
  • Отчасти этнические эстонцы не могут получить гражданство
  • Героиня этой истории говорит на чистом эстонском и вообще здесь родилась

Семейная история Марины (в центре) показывает, как сложно на основании исторического материала определить, кто является гражданином по рождению, а кто нет.

ФОТО: Erakogu

Знакомьтесь, Марина. Родилась в 1963 году в Хаапсалу в русско-эстонской семье. Говорит по-эстонски. Мать троих детей, бабушка двоих внуков. Десятки лет прожила в Петербурге. Гражданка России.

Десять лет назад Марина стала узнавать, может ли она получить эстонский паспорт, чтобы вернуться, пишет Postimees. Сестра у нее – гражданка Эстонии и живет сейчас в Хаапсалу. Насколько ей известно, гражданами Эстонии были и ее покойная бабушка Элизабет и мама Вера, то есть Марина может быть гражданкой Эстонии по рождению. Прошлой осенью из Департамента полиции и погранохраны пришел ответ: Марина не получит паспорт, поскольку недостаточно доказательств, что она является гражданкой Эстонии.

“Как так?” – удивляется Марина. “Я так мечтаю о том, чтобы переехать в Эстонию. Маленький домик… Но сейчас я не верю, что это получится”, - добавляет она.

Семейная история Марины и ее живущей в Хаапсалу сестры Надежды сложна, как история Эстонской Республики. Их бабушка Элизабет Ламмертсон в подростковом возрасте в 1909 или 1910 году переехала вместе с семьей из Тарту в Сибирь. В Эстонии жилось хорошо, но Россия обещала, что в Томской области жизнь еще лучше. Уезжали многие – и разочаровывались: жизнь в Сибири была трудной, некоторые перебирались обратно.

Спустя десять лет, когда была провозглашена Эстонская Республика, жившие в Сибири Ламмертсоны захотели, чтобы молодая республика признала их своими гражданами. Они хотели переехать обратно на родину. В 1921 году Эстония выдала Элизабет Ламмертсон свидетельство о гражданстве с фотографией. Теперь она могла вернуться.

“Но моя бабушка неудачно вышла замуж в Сибири”, - рассказывает Марина. У нее был возлюбленный эстонец, но на нее положил глаз русский комиссар Михаил Ольшевский. “Он сказал, что если ты за меня не выйдешь, вы, эстонцы, домой не попадете”, - рассказывает Марина о мужчине, который стал ее дедушкой.

Ольшевский сдержал свое обещание и помог Ламмертсонам вернуться в Тарту. В любом случае, по словам Марины и ее сестры Надежды, родители Элизабет похоронены под Тарту.

Другая история произошла с самой Элизабет. Письменных доказательств тому нет, но, по сведениям Марины, бабушка Элизабет приехала в Эстонию, а затем вернулась в Сибирь. Очевидно, потому, что узнала о том, что ждет ребенка, который в 1922 году умер.

Генеалогическое древо Марины

ФОТО: Pm

Все-таки в Эстонию

В Сибири она снова стала хлопотать, чтобы все-таки вернуться в Эстонию. В Национальном архиве есть написанное ею в 1922 году прошение, отправленное представителю Эстонской Республики в России, чтобы ее отправили из России обратно на родину. Она продала свое имущество в сибирской деревне Вабадус, выбрала эстонское гражданство и хотела стать швеей в Эстонии.

По сведениям Марины, Михаил и Элизабет несколько раз пытались вместе приехать в Эстонию, однако это удалось им лишь после войны, в 1946 или 1947 году, когда Эстония уже была оккупирована. К тому времени у пары уже была дочь Вера, мать Марины.

Михаил и Элизабет переехали с ребенком в Кивиыли, а затем в Хаапсалу. Вера выросла именно там, дважды за время советской оккупации вышла замуж и родила двоих детей – Марину и Надежду.

“Я родилась в Хаапсалу. С бабушкой мы говорили по-эстонски, мама была учительнцей эстонского языка”, - вспоминает Марина, которая и спустя десятилетия вдали от родины по-прежнему довольно хорошо владеет эстонским.

Мать Марины, Вера, и бабушка Элизабет умерли в Хаапсалу в 1993 году, когда Эстония уже восстановила независимость, но путаницы с гражданством было много.

“Бабушка умерла, думая, что она все время была гражданкой Эстонии, но теперь мы понимаем, что на самом деле она никогда ей не была”, - удивляется Марина. Так можно вычитать из письма Департамента полиции и погранохраны, присланного ей в прошлом году.

А именно, департамент сообщил, что Элизабет должна была в течение года после получения свидетельства о гражданстве уехать из России в Эстонию, в противном случае она официально гражданкой не становилась.

“Я не понимаю, как человек получил гражданство, и спустя сто лет говорят, что мы его отбираем. Кем она тогда была при жизни?” – спрашивает Марина.

Прошение бабушки об отъезде в Россию

ФОТО: Rahvusarhiiv

Брак как препятствие

В то же время департамент указывает на еще одно препятствие: Закон о гражданстве, вступивший в силу в 1922 году, гласил, что “освобожденными от эстонского гражданства считаются гражданки Эстонии, вступившие в брак с иностранцем, если в течение двух недель после заключения брака они не сообщили о своем желании его сохранить”.

Департамент сообщил Марине, что она не присовокупила к своему ходатайству справку, когда и где ее бабушка Элизабет вышла замуж до рождения дочери, поскольку в свидетельстве о рождении Веры, родившейся в 1936 году, фамилии родителей уже значатся как Ольшевская и Ольшевский. “То есть, даже если Элизабет Ламмертсон была эстонской гражданкой, они все же могла утратить эстонское гражданство как лицо, вступившее в брак с гражданином другого государства”, - значится в ответе департамента, который Марина получила в сентябре прошлого года.

Несколькими месяцами ранее МВД начало искать в Национальном архиве следы семейной истории министра Андреса Анвельта. Гражданство, предоставленное Анвельту в порядке натурализации, было изменено на гражданство по рождению, хотя его бабушка в 1925 году покинула Эстонию и вышла замуж за иностранного гражданина.

“Один только факт отъезда из страны или замужество с иностранным гражданином не может автоматически влечь за собой утрату гражданства, государство должно это документировать, - пояснил тогда депутатам Рийгикогу премьер-министр Юри Ратас. – Поскольку нет данных или документов, что бабушка Андреса Анвельта утратила эстонское гражданство, ее дети и внуки, в том числе Андрес Анвельт, являются гражданами Эстонии по рождению”.

Реальность противоречит словам

Он ссылается на то, что Временное правительство приняло окончательное решение об освобождении от гражданства. Также по Закону о гражданстве от 1922 года выход из гражданства был возможен лишь в случае, если человек сам того желал и предпринял для этого соответствующие шаги, значится в письме Ратаса. В фондах Национального архива нет данных, что бабушка Анвельта была освобождена от гражданства. “Также нет данных, чтобы ее считали лишенной эстонского гражданства”, - комментировал Ратас случай Анвельта.

Однако то же самое в таком случае должно касаться и бабушки Элизабет. Марина не нашла в архивах справки, что ее бабушка и дедушка вообще официально были женаты. Откуда в позднейших документах взялась фамилия Ольшевская, непонятно.

Также известно, что не все просившие о гражданстве зарубежные эстонцы доехали за год после возникновения республики до родины, поскольку советское государство препятствовало их возвращению. Несмотря на это Эстония и позднее принимала эстонцев, у которых был с собой документ “принят в гражданство”. Элизабет тоже вернулась в Эстонию, где и была похоронена.

Очевидно, и Марина была бы сейчас эстонской гражданкой, если бы сама после неудачного года в Тартуском университете не переехала в Россию к родственникам. Шел 1983 год. “Нас исключили вместе с молодым человеком из-за нашей большой любви. Мы ничего не замечали кроме друг друга”, - вспоминает Марина со смехом. Она переехала в Петербург к родственникам, а молодой человек ушел в армию. Теперь у обоих семьи в Эстонии и России, но время от времени они все же общаются.

“Десять лет назад я стала искать в архиве документы. Пошла спросить в консульстве помощи, они сказали, что бабушка была гражданкой Эстонии и все в порядке”, - вспоминает Марина. На данный момент дело зашло в тупик, а вопрос, является ли Марина гражданкой Эстонии по рождению, остается без ответа. Сама она считает себя эстонкой и русской одновременно, не скрывает женщина.

Эстонский язык Марина постаралась передать и трем своим детям, из которых двое живут в России, а третий – во Франции. “Они учили у нас эстонский язык в церкви Яани в Петербурге. Я их тоже немного учила, так как этого хотела бабушка. Каждый год мы с ними ездили в Хаапсалу, и они не понимали, почему мы вообще возвращались в Россию, но так сложилась жизнь”, - говорит она.

Департамент: вышла замуж – лишилась гражданства

По словам ведущего следователя миграционного бюро Департамента полиции и погранохраны Пилле Кюйт, по тогдашним законам, женщина, выходившая замуж за иностранца, все же утрачивала гражданство, а премьер-министр Юри Ратас не прав.

“Утрата эстонского гражданства регулировалась Законом о гражданстве от 1922 года, пункт 1 статьи 19 которого предусматривал, что, вступая в брак с иностранцем, эстонская гражданка автоматически утрачивала эстонское гражданство, если она не изъявляла желания сохранить эстонское гражданство, - отметила Кюйт. – Таким образом, если женщина определялась как гражданка Эстонии, а потом выходила замуж за иностранного гражданина и не изъявляла желания сохранить эстонское гражданство, она утрачивала его, а ее потомки не могли получить гражданство Эстонии по ней”.

Кюйт добавила, что департамент исходит при рассмотрении вопроса из Тартуского мирного договора, Закона о гражданстве от 1922 года и прочих правовых актов, связанных с гражданством, которые действовали в тот момент времени.

Она добавила, что Тартуский мирный договор предусматривал определенные условия получения эстонского гражданства, которые надо было выполнить. “Если условия для получения эстонского гражданства не были выполнены, лицо не считалось гражданином Эстонии и в этом случае оно не могло и утратить эстонское гражданство”, - пояснила Кюйт.

При выдаче документа эстонского гражданина Департамент полиции и погранохраны сперва должен выяснить, являлось ли лицо, через которое хотят доказать наличие эстонского гражданства по рождению, гражданином Эстонии, а затем установить, не отказался ли затем и не утратил ли предок свое гражданство.

Другие товарищи по несчастью

Есть и другие люди, которым Департамент полиции и погранохраны сообщил, что их предок, очевидно, утратил эстонское гражданство, вступив в брак с гражданином другой страны.

Одна из них – живущая в Венгрия гражданка России Елена. Она хотела доказать свое (и следовательно – сына) эстонское гражданство по рождению в 2016 году, однако департамент не счел их гражданами. История Елены во многом похожа на другие. Ее предки тоже до возникновения республики уехали из Эстонии в Россию, однако после провозглашения независимости попросили, чтобы их считали гражданами. Такое свидетельство получила прабабушка Елены Эльза, но, поскольку после получения свидетельства она в течение года не покинула Россию, департамент считает, что Эльза не стала гражданкой Эстонии. Так трактует Тартуский мирный договор и Госсуд.

Кроме того, департамент отмечает, что, даже если Эльза была гражданкой Эстонии, она, очевидно, утратила гражданство, выйдя замуж за иностранца. “Эльза Валльфиш вышла замуж 27.04.1925 года в Ленинграде за Евгения Герлинга. Даже если в момент заключения брака она была гражданкой Эстонии, то по пункту 1 статьи 19 Закона о гражданстве от 1922 года она считалась освобожденной от эстонского гражданства – за исключением случая, еслии Евгений Герлинг был гражданином Эстонии или же Эльза Герлинг (Валльфиш) в течение двух недель выразила свое желание остаться гражданкой Эстонии”, - значится в ответе Елене.

Однако Postimees известен и случай гражданина Израиля, которому помешал получить эстонский паспорт только брак его бабушки-эстонки с иностранцем. Департамент сообщил мужчине, который живет в Израиле, но бывает в Эстонии, что он не является гражданином по рождению, поскольку его бабушка в 1928 году вышла замуж за гражданина Болгарии и тем самым утратила эстонское гражданство. Таким образом была утрачена и преемственность по рождению, хотя бабушка родилась и выросла в Тарту. Израильтянин, работающий врачом, заявил в ответ департаменту, что, по его мнению, таким образом закон дискриминирует женщин, поскольку мужчины могли жениться за границей и у них гражданство оставалось.

То есть на практике не отвечает действительности утверждение Юри Ратаса, что “один только факт отъезда из страны или брак с гражданином иностранного государства не может автоматически повлечь за собой утраты гражданства; а государство должно его документировать”. Так он объяснил членам Рийгикогу причины, по которым Андрес Анвельт стал в прошлом году гражданином Эстонии по рождению, хотя и его бабушка вышла замуж за иностранца и по действовавшему тогда закону утратила тем самым гражданство.

“Поскольку нет данных или документов, что бабушка Андреса Анвельта утратила эстонское гражданство, ее дети и внуки, в том числе Андрес Анвельт, являются гражданами Эстонии по рождению”, - добавил Ратас.

Вопрос в том, осмелится ли он утверждать то же самое в отношении граждан Израиля или России, если они станут требовать эстонское гражданство на тех же основаниях.

НАВЕРХ