Волки загрызли на одном хуторе в Ярвамаа двух собак

Анне Пыдер
Copy
Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.
Айнард Алев гладит полугодовалого Мури, который точная копия своей матери Лотте. Однако Лотте не видно уже две недели, что заставляет думать, что и она могла стать добычей волков.
Айнард Алев гладит полугодовалого Мури, который точная копия своей матери Лотте. Однако Лотте не видно уже две недели, что заставляет думать, что и она могла стать добычей волков. Фото: Dmitri Kotjuh / Järva Teataja

На прошлой неделе житель деревни Каарука Ярваского уезда Айнард Алев нашел во дворе своего хутора следы жестокого убийства. От собаки Тиспи остались лишь клоки шерсти и часть задней лапы. Предположительно волки напали на пса всего в метре от будки, пишет Postimees.

Алев сказал, что никого кроме волков он в этом обвинить не может: «Можно предположить, что нападавших было больше одного, потому что небольшого роста коренастая собака была разорвана в клочья. Неподалеку от будки была лужа крови, чуть дальше - клок шерсти и наполовину обглоданная лапа».

Такую картину Алев увидел во двое хутора в прошлый четверг утром. Он говорит, что Тиспи был для серых легкой добычей, поскольку это была 12-летняя черно-белая норная собака на цепи: «Мы отпускали его во двор побегать, но он при своем дружелюбном характере должен был умереть во дворе у будки на цепи. Ночью мы его никогда не отпускали».

Почему волки выбрали именно Тиспи, Алев сказать не смог, потому что в десяти метрах в другой будке живет еще одна собака, которая до сих пор жива и здорова.

Но теперь у семьи Алевов угасла надежда увидеть живым пропавшую десять дней назад еще одну любимицу – Лотте, которая была беременной.

Если сначала они думали, что собака ушла из дома, чтобы родить щенков, то теперь они считают, что пропавшей собаки больше нет в живых.

Дети с нетерпением ждали щенков Лотте

По словам Айнарда Алева, Лотте была собакой, которая охраняла дом: своим лаем давала знать о приближении посторонних: «Она никогда не уходила далеко от дома. За ворота выбегала только за какой-нибудь деревенской кошкой. Но как-то утром, когда я пошел кормить животных, Лотте не было нигде. Она не прибежала, когда я ее звал, хотя обычно сразу появлялась».

Алев добавил, что о Лотте беспокоится и полугодовалый щенок Мури из предыдущего помета, который обычно не отходил от нее ни на шаг. Утром, когда пропала его мать, Мури, поджав хвост, держался поближе к дому.

Лотте, по словам Алева, была собакой детей, и ее потомства они ждали с большим нетерпением: «Теперь внуки все время спрашивают, вернется ли Лотте и нет ли еще маленьких щенков. Как им сказать, что Лотте никогда не вернется?»

Он отметил, что живет в Каарука много лет, но волков никогда не боялся: «Скорее тут можно было встретить медведя, чем волка. Такого, чтобы волки загрызли во дворе дома собаку, я и не упомню. У нас же рядом бараны и телята. И их волки прежде не трогали».

О случившемся он тут же сообщил в местное охотничье общество. Охотник Хейно Васке тоже считает, что это работа волков: «Все указывает на то, что это они».

Следов волков видно не было, потому что земли очень сухая. Также было трудно понять, откуда лесные звери пришли и куда ушли со своей добычей: «То, что в окрестностях есть волки - это не сюрприз. Мы знаем о логове рядом с Кийгумыйза. Их ли это работа, сказать сложно, потому что волки бродят на больших территориях. Могли быть они, а могли - и пробегавшие мимо».

Гибель собак официально не зарегистрирована

Для того чтобы учить щенков нападать, по словам Васке, время еще не пришло. Молодые волки, конечно, уже бегают за родителями и требуют больше еды. Специалисты говорят, что ходить с родителями на охоту щенки начнут лишь ранней осенью.

Охотники советовали Айнарду Алеву сообщить и в Департамент охраны окружающей среды. Для того, чтобы нападение волков было официально зафиксировано и было учтено в следующем году при раздаче разрешений на охоту, но Алев не дал делу официальный ход.

«Забросал лужу крови землей, чтобы она не начала вонять в жару, и быстро похоронил то, что осталось от Тиспи, - сказал Алев. – А расследование мне собаку не вернет».

Наверх