Когда «патриотизм» меняет значение

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Вадим Штепа.

ФОТО: личный архив

На прошлой неделе российский президент Путин отправил в отставку губернатора Санкт-Петербурга Георгия Полтавченко и назначил временно исполняющим обязанности Александра Беглова – бывшего полпреда по Северо-Западному федеральному округу.

В очередной раз была продемонстрирована характерная для Кремля модель «превентивной демократии». Она состоит в том, что президент, не дожидаясь региональных выборов, снимает действующего губернатора и назначает «исполняющего обязанности». В период до выборов на нового назначенца работает вся административно-пропагандистская машина, и в ходе голосования он триумфально побеждает. К тому же, когда реально оппозиционным кандидатам на губернаторский пост выдвинуться практически невозможно, учитывая многочисленные «муниципальные фильтры».

Эта модель успешно действовала с 2012 года, когда Путин вернулся в президентское кресло, но губернаторские выборы уже были формально возвращены. Таким образом, сохранилась фактическая назначаемость губернаторов из Кремля, но при иллюзии свободных выборов.

Однако в текущем году в ряде регионов (Приморский и Хабаровский края, Республика Хакасия, Владимирская область) «превентивная демократия» дала сбой. Избиратели упорно не желали голосовать за кремлевских назначенцев из «Единой России», которая активно поддержала непопулярную пенсионную реформу. Там предпочли кого угодно – хоть кандидатов от псевдооппозиционной ЛДПР, только не от «партии власти».

Но даже такие игры для Санкт-Петербурга – «второй столицы» России и родины Путина – были бы неприемлемы. Поэтому там «превентивная демократия» продолжается – одного кремлевского назначенца, надоевшего горожанам за семь лет, просто заменили на другого. Хотя в действительности они мало чем отличаются: и тот, и другой – персоны медийно закрытые, непубличные, как и свойственно кадрам, связанным с силовыми структурами. И что интересно, оба – уроженцы даже не Санкт-Петербурга, а по странному совпадению – солнечного Баку.

Тем не менее, Кремль рассчитывает, что к следующему сентябрю, когда состоится очередной «единый день голосования», Александр Беглов обретет в городе достаточную популярность, чтобы выйти на губернаторские выборы. Однако сегодня эта надежда выглядит весьма призрачной, учитывая довольно массовые протестные настроения в Петербурге, продемонстрированные на гражданских акциях последних лет.

Фигура питерского губернатора важна и для жителей Эстонии, учитывая соседство страны с этим крупнейшим мегаполисом на Балтике. И хотя основные параметры российской внешней политики определяются в Москве, губернатор все же может повлиять в ту или иную сторону на состояние приграничных отношений. Чего же следует ожидать от нового назначенца?

Взгляды Александра Беглова достаточно ясно показала его весенняя встреча, тогда еще в ранге полпреда, со студентами питерского Политеха. Там он изложил три мегапроекта, которые, на его взгляд, сегодня стоят перед Россией. Это создание нового ядерного оружия, модернизация армии и защита сознания населения от влияния Запада. Вот такие убеждения у нынешнего градоначальника российского «окна в Европу»!

Ветеран российской политики Николай Травкин резонно сравнил эту агрессивную риторику с идеологией вождей КПСС эпохи перед распадом СССР. Они тоже жили в своем выдуманном мире, где боролись с «загнивающим Западом», не замечая реального и стремительного загнивания собственной империи.  

В первом же заявлении и.о. губернатора пообещал сделать Петербург «первым в России по патриотическому воспитанию молодежи». Однако в истории бывают эпохи, когда значение самого слова «патриотизм» существенно меняется. И возможно, мы сейчас находимся на пороге очередной такой перемены…

Например, в том же Петербурге уже более десяти лет существует неформальное движение Ингерманландских регионалистов. Их интересы не сводятся к сугубо этническим, как это зачастую представляется извне. Полезно вспомнить, что первым названием этого региона при Петре было «Ингерманландская губерния», и оно в любом случае звучит лучше, чем сохранившаяся с советских времен «Ленинградская область» – тем более нелепая, что топонима «Ленинград» уже не существует.

Нынешние «ингерманландцы» – сторонники гражданского самоуправления в своем городе и регионе, и в целом люди проевропейских взглядов. Это спонтанное движение, которое активно участвует в оппозиционных акциях, стало своего рода альтернативой имперскому имиджу Петербурга, который культивируют Путин и его ставленники. Оно не является политической партией (в нынешней России региональные политические партии запрещены), но выражает зреющие общественные настроения в поддержку свободных выборов городской и областной власти, за налоговую децентрализацию, в защиту уникальных местных культур и т.д.

Фактически ингерманландских регионалистов можно назвать настоящими  патриотами, патриотами своей земли. А у нового кремлевского назначенца – совершенно иная, имперская трактовка патриотизма. И политически они несовместимы – до прямого конфликта. Показательно, что всего через два дня после назначения Беглова в Петербурге была задержана группа регионалистов, пришедшая встречать после административного ареста свою соратницу. Причем задержали их за исполнение новой песни известного петербургского барда Михаила Новицкого «Слава Ингрии!»

Эти события неожиданно вызывают в памяти картины совсем другой эпохи. Борьба за независимость Эстонии также начиналась с неформальной «Поющей революции». Это и был живой, настоящий, творческий патриотизм, который уже никак не сочетался с официозно-советским. И советская империя тогда рухнула. Но Россия как ее «правопреемница» пошла по тому же имперскому пути – и очевидно, финал будет тем же…

НАВЕРХ