Волонтеры собрались в Нарве, чтобы создать "мозговой центр" гражданского общества

Первое заседание "Гражданского совета" в Нарве

ФОТО: Николай Андреев

В среду в Нарве прошел “Гражданский совет” - вместе собрались местные журналисты, создатели двух популярных групп в Фейсбуке и несколько человек, которые принимали участие в различных общественных инициативах, например, искали заблудившегося в лесу Ивана Тогидного и собирали подписи против вырубки деревьев в Нарва-Йыэсуу. За три часа споров родилось нечто, что задумано как  мозговой центр гражданского общества в Нарве.

“У нас плохой город, плохая страна”

Встречу организовал юрист Олег Медведев, основатель популярной группы “Нарва+” в Фейсбуке. Он нарвитянин, учился в Санкт-Петербурге, затем в Японии, работал в Англии, а сейчас ведет юридическую практику, специализируясь на странах Дальнего Востока, и много передвигается по миру. При этом как исследователь изучает гражданские общество, собирает материал для книги о гражданском обществе, и считает, что Нарва - хороший объект для его исследования.

На “Гражданский совет” он позвал сто человек, пришли 12. Среди них не только “закоренелые” нарвитяне, но также житель Йыхви, два петербуржца, переехавшие жить в Нарву, две нарвитянки, вернувшиеся в город после учебы и работы за границей. Их никак нельзя назвать единомышленниками, по многим вопросам они спорили друг с другом, но сошлись в том, что чувствуют себя “гражданами Нарвы”.

Валерия (к слову, единственный участник встречи, который продолжает постоянно жить за границей), сформулировала свое чувство так:

“Мне с детства казалось, что у нас плохой город, плохая страна, все одноклассники хотели уехать отсюда. Но в последнее время я стала думать: может быть не город плохой, а мы что-то нужное в нем не делаем. Хочется приезжать сюда и видеть уже не тот плохой город”.

По мнению Олега Медведева, нарвитяне начинают задумываться о том, как развивать свой город. И это удачно совпадает с тем, что из-за конфликта России и Запада Нарва оказалась в центре внимания - причем не только журналистов, но и иностранных ученых, исследующих общество.

“Моя идея в том, чтобы совместить высокий уровень осмысления происходящего с практической деятельностью”, - объясняет Олег Медведев.

Команда и деньги появились сами

В отличие от исследователя Медведева, многие участники встречи оказались практиками с своим конкретным опытом. Например нарвский активист, а с недавних пор политик Станислав Пупкевич рассказал, как формировалась команда для поисков заблудившегося в лесу пенсионера Ивана Тогидного:

“Никто не собирал команду, она появилась сама. Есть проблема - неэффективность системы поиска людей, и есть люди, которые готовы эту проблему решать. При этом не было противопоставления добровольцев властям. Недавно прошла встреча с полицией, мы наладили контакт. Наше НКО будет получать от полиции обучение, потом - снабжение”.

Некоммерческое объединение из числа участников поиска еще в стадии создания. Станислав Пупкевич считает, что официально регистрировать организацию нужно, чтобы полиция имела возможность обращаться за помощью к его участникам.

Но при этом получится небольшая команда обученных людей, а не такое широкое движение, которое возникло стихийно.

“Было бы лучше иметь 50 человек, которые чему-то обучены, чем много необученных людей, - считает другой участник поиска, арборист и специалист по лесу Александр. - Потому что мне самому порой приходилось помогать добровольцам выходить из болота. В лес приезжали энтузиасты, но некоторые просто не представляли, что такое пройти 20 км по болоту. Это очень тяжело!”

Станислав Пупкевич - кинолог, в прошлом пограничник. Сейчас он выбирает для создающейся организации щенка, которого обучит поиску пропавших людей.

“Правда, я так и не понял, откуда у нас взялись деньги на покупку собаки”, - признается он.

“Просто одна женщина, которая сама не участвовала в поисках, предложила знакомым - давайте соберем ребятам деньги. Больше 2 тысяч собрали буквально за 2 дня,” - объяснил Александр.

Кто занят выживанием, тому не до общества

В большинстве случаев волонтеры, которые готовы лично и бесплатно участвовать в какой-то общественной работе - это либо молодежь, которая пока не связана семьей и работой, либо самодостаточные люди, у которых есть свой бизнес и желание сделать что-то хорошее. Среднестатистический человек, который всегда занят, вообще не очень вписывается в гражданское общество.

“С людьми, которые борются за выживание, никакого волонтерства не получится, - делится своим опытом Александр Петухов. - А в условиях, когда в городе практически одни пенсионеры и люмпены, строить гражданское общество очень тяжело”.

Александр Петухов - в прошлом руководитель кабельного телевидения в Нарве, продюсер, а сейчас свободный журналист. Большую часть времени он живет в деревне Васкнарва в часе езды от Нарвы, где выступает местным гражданским активистом и отстаивает интересы деревенских жителей в спорах с волостными властями и пограничниками - ведь деревня находится на берегу Наровы.

В целом, все участники встречи сошлись на том, что благополучие сильно влияет на общественную активность людей, но о том, что может объединять нарвитян, мнения разошлись.

“Я вспоминаю, вокруг чего сплачивались нарвитяне в последние годы, - говорит Александр Петухов. - Когда было такое болото, и вдруг люди встали и резко выступили против закрытия детского отделения больницы. Или против вырубки деревьев в парке у замка. Когда людей долгие годы гнобили гражданством, гнобили языком, они молчали. А когда их совсем уже прижали, дошли до близких им вещей, благодаря которым люди чувствуют свою связь со своим городом, они встали!”

Власти не заговорят первыми

Участники обсуждения довольно четко отделяли деятельность гражданского общества от политики, часто даже противопоставляли их.

“Само гражданское общество и власть - это как инь и ян, как единство и борьба противоположностей”, - заметил Олег Медведев.

Медведев рассказал, что его сводный брат - один из известных в России психологов, консультирующих политиков.

“Политика всегда строится на разжигании в людях страхов и стереотипов”, - определяет Олег Медведев сущность политтехнологий по опыту общения с братом.

А поскольку гражданская активность часто возникает как протест против чего-то, политики стараются “оседлать” его, использовать протестующих, чтобы получить больше голосов на выборах. По мнению Станислава Пупкевича это особенно часто бывает, когда люди собирают подписи под петицией, где не предлагают конкретного решения проблемы.

“Как это было с подписями против вырубки леса в Усть-Нарве, - заявил он. - Были комментарии вплоть до того, что лес под строительство базы НАТО вырубается! Люди не вникают, они готовы подписывать что угодно”.

“Я сам активно занимался сбором подписей против вырубки леса. Это было для меня очень личное, - не согласился с ним Вячеслав Шилкин. - Человек, который ставит подпись, просто не хочет вырубки леса. А добиться от людей, чтобы они досконально вникали в каждый вопрос - такого не будет никогда. У каждого, кто подписывал, было какое-то понимание ситуации, у каждого свое”.

Вячеслав Шилкин - член правления Нарвского энергопрофсоюза. В общественную жизнь он активно вошел в 2015 году, когда возглавил протест против планов построить на территории Нарвского замка новое здание в современном стиле. Ситуация тогда активно обсуждалась в городе, но общественные активисты не добились своего, и конфликт фактически был отложен на неопределенный срок.

В ситуации с вырубками в Нарва-Йыэсуу, по мнению специалиста по лесу Александра, ситуация может сложиться похожим образом.

“Люди подали петицию, и это как раз совпало с тем, что план по вырубке леса в этом районе закончился, - рассказал Александр. - И у людей осталось ощущение, что они чего-то добились. Но через 3 года вырубки опять продолжатся”.

По мнению Олега Медведева, хорошие традиции общения властей и гражданского общества сложились в Англии.

“Там бы в аналогичной ситуации еще за год до вырубки чиновники приехали к людям и рассказали, что планируется, - сказал он. - Я считаю, так должно быть и у нас”.

Александр Петухов привел пример похожего конфликта в Васкнарве:

“У нас в деревне пограничники поставили радар. Поставили так низко, что жители попадают под его излучение. Когда я почитал в интернете, как это влияет на здоровье, у меня волосы дыбом встали! А у нас даже ничего не спросили. При этом у нас хорошие отношения с начальником кордона. Но зачем ему обращать внимание на людей?”

“Я служил на этом кордоне, - прокомментировал Станислав Пупкевич. - Радар специально поставили низко, так нужно было. Но просто никто не озаботился тем, чтобы поставить его где-то в стороне от деревни”.

Станислав Пупкевич надеется, что встречи “Гражданского совета” будут проходить регулярно.

“Если что-то случилось в городе, мы можем собраться здесь, подключить специалистов, пойти с готовым решением в управу. Если власть не захочет с нами работать - пойти в прессу”, - объясняет активист.

Олег Медведев не согласен с тем, что нужно создавать какой-то формальный, постоянно действующий орган. По его представлениям, “Гражданский совет” должен притягивать экспертов, в том числе интересующихся Нарвой исследователей из-за рубежа, и с помощью экспертов помогать проектам гражданских активистов.

Нарва как центр межнационального общения

“На фоне социального и экономического кризиса в городе не хватает объединяющей идеи, - считает Олег Медведев. - В Нарве она не может быть национальной. Здесь она должна складываться вокруг идеи Нарвы как центра межнационального общения. Вокруг этого жизнь Нарвы складывалась не одно столетие. Я вижу это как культуру диалога культур”.

Как один из первых практических шагов, активисты обсуждали создание видеоматериалов на эстонском языке, рассказывающих о Нарве жителям других городов Эстонии.

“В каком-то смысле мы все владельцы медиаресурсов, - сказал Олег Медведев. - Мы можем вовлекать людей в общение и предлагать им какое-то единство”.

НАВЕРХ