Тот, благодаря кому во главе преступного мира до сих пор никого нет

Прокурор года Вахур Верте.

ФОТО: Sander Ilvest

Ставший прокурором года госпрокурор Вахур Верте сыграл значительную роль в том, что после убийства Николая Таранкова в эстонском преступном мире до сих пор нет явного лидера, пишет Postimees.

Не без помощи Верте лишились власти ключевые фигуры преступного мира, и благодаря этой работе фентаниловый рынок ссохся. Это спасло десятки, если не сотни жизней в год. Сам Верте, говоря о своих достижениях, остается скромным и хвалит за трудную работу полицейских. Кроме того, если слишком долго почивать на лаврах, в преступном мире кто-нибудь снова захватит ключевые позиции.

- Вы отправили под суд авторитетных лидеров преступного мира, которые могут по-прежнему иметь достаточное влияние на тех членов банды, оставшихся на свободе. Насколько опасна ваша работа?

- Честно скажу: мне никогда не угрожали. Судебный процесс вызывает стресс и в некоторые моменты эмоции у обвиняемых могут вскипеть, тогда у них вырываются яростные слова, но серьезных угроз не было. Хотелось бы верить, что у преступников достаточно ума, чтобы понять, что их обвинение – это не мой личный интерес или миссия, а я лишь исполняю в этот момент возложенные на меня задачи: если есть доказательства, придется предъявить обвинение. Думаю, они понимают и то, что, если бы не я делал свою работу, вместо меня ее делал бы кто-то другой.

- Некоторые преступные авторитеты – как публичные персоны. Мы видели на похоронах Николая Таранкова, как на могилу клали букеты разные "звезды". Почему же трудно доказать, что и они на самом деле преступники?

- Знание – это одно. Центральная криминальная полиция подтвердила, что у них довольно хорошее представление о преступных группировках, представляющих угрозу, их функционировании, структуре и т.д. Но одного только знания недостаточно. Цель преступных группировок – делать свои дела потихоньку, привлекая как можно меньше внимания правоохранительных органов. Например, они скрываются под легальным бизнесом.

Если мы говорим о перестрелке где-нибудь в центре города или похищении человека посреди дня и его доставке куда-нибудь в карьер, это привлекает слишком много внимания и давления со стороны полиции, что, в свою очередь, мешает деятельности преступной группировки. Таким образом, подобных случаев стараются избегать.

Также преступления помогают скрыть структурированность группировок: подлинный глава группировки общается только со вторым номером в ОПГ, который, в свою очередь, общается с бригадирами, а они уже - с низшим звеном. Все это приводит к тому, что разрушить группировку сложно и собрать против нее доказательства - тоже. Низшие члены ОПГ могут вообще не знать, что работают, например, на чеченскую или азербайджанскую группировку.

Группировкам хорошо известно, какие возможности и средства вообще есть у полиции, чтобы вести расследование. Инструментарий для раскрытия такого рода конспиративных групп довольно невелик, но прежние истории успеха подтверждают, что наши следователи умело управляются с теми инструментами, которые у них есть.

К тому же, все рано или поздно ошибаются. Не секрет, например, что предполагаемый лидер Кемеровской группировки Вячеслав Гулевич много лет назад попал на скамью подсудимых из-за того, что сам отправился выбивать один долг.

- Даже в прессу попали видео, как испанская полиция арестовывала Гулевича в его доме в провинции Малага. Можно ли сегодня жить преступной жизнью, потягивая коктейли в теплой стране? Насколько гламурной может быть эта жизнь?

- Точно мы причин не знаем, но, по крайней мере, насколько мне известно, Гулевич не просто так поехал отдыхать в Испанию после смерти Таранкова. Там он оказался по какой-то определенной причине.

Но если преступная жизнь вообще может быть гламурной, то лишь на первый взгляд, да и то только у тех, кто находится на вершине иерархии. Однако я не верю, что автомобиль круче среднего или большая квартира стоит того знания, что ты постоянно должен оглядываться и проверять, не идет ли за тобой полицейский и не точат ли на тебя зуб конкуренты.

Конечно, жизнь среднего эстонца гламурнее, чем жизнь среднего наркопреступника. В ней нет ничего, чего стоило бы жаждать.

- Таранков умер. За короткое время десять преступных группировок было отдано под суд. В преступном мире теперь зияет огромная дыра или природа не терпит пустоты?

На данный момент прошло два года с убийства Таранкова и мы до сих пор не слышали ничего о конкретном новом лидере. Это о чем-то да говорит.

Если вбросить в воздух гипотезу, у кого-то может возникнуть желание заполнить создавшийся вакуум. Не секрет, что, по сведениям полиции, у нас действует больше преступных группировок, чем было отдано под суд. То есть некоторые преступные группировки активны и по сей день.

Другой вопрос, позволят ли те группировки, деятельность которых пока не удалось пресечь, проникнуть туда кому-нибудь со стороны.

- Такие группировки в основном зарабатывают на наркотиках. В прошлом году полиции и прокуратуре удалось по сути уничтожить эстонский рынок фентанила. Но в 1999-2017 годах в Эстонии от передозировки наркотиками умерло более 1500 человек. Достаточно ли серьезно мы все это время относились к такой огромной проблеме в обществе?

- Я убежден, что каждую смерть от передозировки можно было предотвратить. Это, естественно, непросто, но предотвращение каждой смерти должно быть нашей общей целью.

Были и до прошлого года трудовые победы, которые повлияли на распространение наркотиков. В 2009 году был задержан, например, Андрей Каялин, и после этого с рынка исчез значительно более сильный и опасный триметилфентанил. Летом 2017 года в рамках двух уголовных дел было конфисковано около десяти килограммов фентанила, что составляет более 30 миллионов доз.

Для сравнения: после прошлого лета фентанила и его аналогов с рынка было изъято несколько сотен граммов. Количества стали намного меньше.

В прошлом году было объявлено, что наступил фентаниловый рождественский мир, и это попало в поле зрения СМИ. Но в действительности этот мир в широком плане действует по сей день: фентанил движется, конечно, в очень малой мере, и полиция заметила новое вещество – циклопропиленфентанил, но последний обычно в десятки раз слабее и не влечет за собой волны передозировок.

Одним словом, положение значительно лучше прежнего. После этих трудовых побед полиции, конечно, пришлось еще много потрудиться, чтобы сохранить установленный мир.

Хотя роль полиции – уменьшить предложение наркотиков, наряду с этим важно уменьшать и спрос, чем и занимаются медицинские учреждения, Министерство социальных дел и его ведомства. Сразу, как только фентаниловый рынок усох, они начали активно искать дополнительные средства, чтобы еще более активно уменьшать спрос на наркотики. Все понимают, что пока есть спрос, полиции тоже приходится серьезно трудиться над уменьшением предложения. Увы, не все фентанилозависимые прошли лечение или выразили желание его получить, и это не та проблема, которую можно решить за ночь. Для этого необходимо увеличить число мест в больницах, для этого в свою очередь нужен больший бюджет и больше обученных специалистов.

НАВЕРХ