В ожидании смерти Кащея

Вадим Штепа.

ФОТО: личный архив

Новый год в Эстонии начался с политического пробуждения. 3 марта грядут выборы в Рийгикогу, поэтому улицы городов и сайты в интернете уже заполнились предвыборными лозунгами. Разумеется, не обходится и без неизбежных в таких случаях скандалов – история с «плакатным апартеидом» наделала много шума.

Но какие бы предвыборные скандалы ни происходили – они в любом случае являются показателем наличия в стране политической жизни. Есть и другой фактор, о котором граждане Эстонии часто забывают, настолько он кажется естественным. Но для меня как гражданина России - это повод для белой зависти. Это здоровая политическая непредсказуемость, которая свойственна демократии.

Фактически этим было показано – Россией правит «царь», который не опускается до прямых дебатов с «холопами». 

Какая именно партия победит на мартовских выборах, вряд ли кто-то сегодня решится предсказать точно. Еще предстоит полтора месяца предвыборной борьбы – и на дебатах возможны различные сюрпризы. Вполне может статься так, что те, кто считают себя лидерами, окажутся менее убедительными, чем аутсайдеры. Но для демократической страны это также в порядке вещей.

Вот чего решительно невозможно представить в Эстонии – это чтобы какая-то партия вдруг решила уклониться от предвыборных дебатов, сославшись на то, что она «занята реальным делом» и ей не до «пустых разговоров». Такое решение моментально обрушило бы ее рейтинг в глазах избирателей, и она бы вообще не прошла в парламент. Я привожу эту гипотетическую ситуацию для того, чтобы показать контраст с российской политической системой.

В России, в отличие от Эстонии, президентская форма правления. Однако «основной кандидат» на пост президента России вообще никогда не участвовал в теледебатах с оппонентами! Начиная с 1991 года, когда президентские выборы состоялись впервые, Борис Ельцин отказался от дискуссии в прямом эфире с другими пятью кандидатами, посчитав свою популярность превосходящей их всех. Ельцин тогда действительно был народным кумиром, но вот его отказ от прямых дебатов с оппонентами почему-то не насторожил демократов.

А дальше это вошло в систему – перед выборами 1996 года Ельцин также не участвовал в дебатах, затем и его «преемник» Путин их игнорировал, и даже мимолетный «модернизатор» Медведев. В телестудиях жарко спорили между собой любые другие кандидаты, допущенные к выборам, но «главный» молчаливо оставался за кадром, демонстрируя тем самым свой бесспорный статус. Фактически этим было показано: Россией правит «царь», который не опускается до прямых дебатов с «холопами». Поэтому и сами президентские выборы в России изначально стали абсолютно предсказуемыми.

Вот ведь какая разница «политических непредсказуемостей»! Если для Эстонии – это результаты парламентских выборов, то для России – ни много ни мало – ввергнет ли «царь» страну в новую мировую войну?

И сегодня этот «царский» режим практически уничтожил всю свободную политику в России. Да, кое-где в регионах еще могут быть какие-то протестные голосования, но в центре все схвачено. Удивительно наблюдать, как российские политологи рассуждают уже сегодня о транзите власти после 2024 года, когда нынешний путинский срок завершится. То есть в ближайшие шесть лет они не видят никаких возможностей для позитивных перемен.

Это какое-то небывалое политическое безвременье! Обычно за шесть лет страна способна существенно измениться. Отмотайте, например, этот срок назад от текущего момента – куда мы попадем? В начало 2013-го – когда Россия еще была равноправным членом G8, а война с Украиной казалась какой-то нелепой антиутопией. Но сегодня Кремль загнал страну в мировую изоляцию, а воинственная телепропаганда свирепеет год от года. И что будет через шесть лет – вы решитесь предсказать?

Вот ведь какая разница «политических непредсказуемостей»! Если для Эстонии – это результаты парламентских выборов, то для России – ни много ни мало – ввергнет ли «царь» страну в новую мировую войну?

Поэтому и массовые настроения в нынешней России – подавленно-нервозные, прорывающиеся разве что истерическим смехом. Недавним поводом, породившим множество мемов, стала начавшаяся продажа яиц в упаковках по 9 штук. Причем стоимость такой упаковки – та же, как у прежнего десятка. В соцсетях уже появились изображения монеты в 9 рублей, а также «томос» РПЦ, постановляющий чтить 9 заповедей вместо 10 («не укради» убрали как оскорбляющую чувства власти).

Но наиболее глубоко в смысл происходящего проник художник Сергей Ёлкин. На его рисунке покупатель осведомляется у продавца: «А где десятое яйцо?» – и получает ответ: «В десятом – смерть Кащея!» Этот рисунок вызвал тысячи лайков и репостов в Фейсбуке.

Очевидно, что всё это отражает пока еще затаенную, но уже массовую уверенность россиян – без «смерти Кащея» ничего в стране в лучшую сторону не изменится. Разве что с каждого очередного дна будут стучать…

Но возможно, это и есть закономерный исторический результат того, что постсоветская Россия вновь поставила у власти «царя». И этот царь постепенно превратился в Кащея.

Кстати, особой разницы между этими персонажами нет. Еще Пушкин замечал: «Там царь Кащей над златом чахнет»…

НАВЕРХ