Суд оценил боль родителей, потерявших ребенка при родах, в 50 000 евро

В понедельник Пярнуский уездный суд вынес решение по делу Пярнуской больницы и родителей, чей сын умер через час после рождения.

ФОТО: Урмас Луйк/Pärnu Postimees

Потерявшие через час после родов новорожденного сына Марек и Кайли три с половиной года судились с Пярнуской больницей и боролись за то, чтобы больницу признали виновной в гибели ребенка. В понедельник Пярнуский уездный суд частично признал вину больницы. Медицинское учреждение своей вины в произошедшем не видит, пишет Pärnu Postimees.

Сын Марека и Кайли умер почти сразу после рождения утром последнего августовского дня 2015 года. У младенца при родах возникла нехватка кислорода, которую врачи сразу не заметили. Позже это выяснилось, и в свидетельстве о смерти появилась запись: пупочный узел.

Родители обвиняют больницу в нескольких ошибках. Представители больницы говорят, что ошибок не совершали, а врачи действовали лучшим из возможных способов.

И все же суд пришел к выводу, что работники больницы частично виновны в произошедшем, поскольку своими действиями или бездействием нарушили обязательство работать добросовестно.

Также суд усмотрел в гибели ребенка и вину матери, таким образом, требование о возмещении неимущественного ущерба (50 000 обоим родителям и 100 000 - за смерть ребенка) оставили без удовлетворения в полном объеме. В качестве компенсации матери присудили 30 000 евро, отцу – 20 000 евро, а требование в отношении прожившего всего один час Хенри оставили без удовлетворения. Это объяснили тем, что причинение ему страданий не доказано. Суд сослался на тот факт, что ребенок по сути был без сознания и не мог ничего чувствовать. Кроме того, с больницы взыскали компенсацию на покрытие 75 процентов расходов на похороны.

Вина матери заключалась в том, что пациент должен помогать медицинскому персоналу, поскольку это необходимо для лечения. Согласно утверждениям больницы, мать ребенка не следовала рекомендациям, которые ей давали в больнице во время беременности, а кроме того, во время родов не шла на сотрудничество.

Кайли и Марек не понимают, как женщина может быть виновата: «Что я должна была делать? Я доверяла врачам». Марек вспоминает, что у жены были жуткие боли, она находилась на грани обморока. Он стоял рядом с ней и держал ватку с нашатырным спиртом возле ее носа: «Они убили нашего ребенка. Гинеколога во время родов не было, хотя речь шла о беременности с рисками. Я несколько раз просил, чтобы пришел врач».

Понятно, что ни одна компенсация не восполнит потерю Кайли и Марека. Марек утверждает, что они борются за справедливость. Деньги не вернут им ребенка,  такой суммы просто не существует: «Жизнь нашего ребенка бесценна. Больше всего раздражает то, что они ошиблись, но не признают это. Большая больница, в их руках человеческие жизни - мы должны им доверять».

Кайли входила в число беременных с рисками, поскольку у нее был диагностирован сахарный диабет, возникший на фоне беременности. Несмотря на это, беременность протекала без существенных осложнений. Мать следила за своим питанием и уровнем сахара. Ей предъявляют претензию, что она не сообщила об этом в родильном отделении. По словам Кайли, когда она мучилась от родовых болей, ей просто не пришло в голову, что врачи больницы, в которой она наблюдалась в течение всей беременности, не знают о состоянии ее здоровья.

Пока что Пярнуская больница не хочет комментировать решение. «Поскольку процесс был длинным и требовавшим времени, решение суда получилось объемным. Поговорим с адвокатом и, исходя из этого, сформулируем свою позицию», - сказала специалист по маркетингу Пярнуской больницы Эррит Кульдкепп.

Оценки Кайли и Марека поддерживает аудит, проведенный в ноябре 2015 года экспертной комиссией по надзору за качеством лечения Министерства социальных дел, в результате которого было установлено, что ошибки и недостатки имели место как во время наблюдения беременности, так и при оказании родовспоможения. Аудит заказала сама Пярнуская больница.

Вот, например, выдержка из протокола совещания комиссии: «Риски для матери и новорожденного не были оценены заранее, и исходя из этого не были выполнены условия немедленной реанимации новорожденного».

Но Пярнуская больница подала ходатайство о проведении новой экспертизы реанимации. По оценке больницы, без этого было невозможно вынести справедливое решение. Истцы с этим не согласились, поскольку ранее проведенным аудитом было установлено нарушение обязанности документации процесса родов. «Утверждение, что реанимация недостаточно задокументирована, неоднократно доказано», - сказал судья Тоомас Тальвисте. Он добавил, что у суда нет данных о том, что после аудита экспертов появились важные или новые документы.

В суд не пришли и основные свидетели. Одна из важных свидетельниц, присутствовавшая во время родов акушерка, за день до заседания подала ходатайство о своем неучастии в процессе, поскольку это приведет ее к новым переживаниям. «А что мы должны пережить? Мы три с половиной года боролись. Они об этом подумали?» - спрашивают родители, у которых не укладывается в голове то, что основные участники не явились в суд.

Больше всего родителей возмущает, что больница не хочет признавать свои ошибки. Больница объяснила, что гинеколог не был обязан присутствовать на родах, хотя речь идет о женщине, у которой во время беременности возник сахарный диабет. Также было сказано, что чаще всего женщины с таким диабетом рожают сами, а не при помощи кесарева сечения. Вес ребенка, - выше среднего - по оценке больницы, не препятствовал естественным родам.

Кайли и Марек высказали в суде желание рассказать свою историю под присягой. Суд этого не разрешил. «Что может быть важнее наших показаний?» - задается вопросом Марек, который громко заявлял о своем желании в суде.

Завершена ли эта история или дело отправится в следующую инстанцию суда, выяснится в течение ближайшего месяца. Марек и Кайли пока не могут ничего сказать, хотя они не согласны с тем, что мать тоже признали виноватой, а ребенок не чувствовал боли. «У него были открыты глаза, он кричал», - вспоминает мать, едва сдерживая слезы. Она до последнего момента надеялась, что ее ребенка спасут, и она сможет приложить своего сына к груди. Но когда врачи в итоге принесли ребенка назад с кровавыми ручейками из носа и марлевым тампоном в горле – земля ушла у нее из-под ног. То августовское утро они оба до сих пор помнят до мельчайших деталей, словно все произошло четыре часа, а не четыре года назад.

Вся судебная сага оказалась крайне стрессовой для родителей, постоянно приходилось бередить свои раны. «Какой-то правды мы этим решением суда все же добились. Но то, что они врут, не умещается в голове. Посмотрим, что будем делать дальше», - сказал Марек.

НАВЕРХ