Ахто Лобьякас: у руководителей EKRE поехала крыша

Март Хельме и Мартин Хельме.

ФОТО: Eero Vabamägi

Тот факт, что мы имеем дело с карманными нацистами в лице EKRE, вовсе не означает, что у руководителей этой партии нет желания выловить рыбку покрупнее в мутной воде, пишет колумнист Postimees Ахто Лобьякас.

Последние высказывания Марта и Мартина Хельме можно рассматривать с нескольких сторон. С одной стороны, можно сказать, что от запаха власти у глав EKRE поехала крыша. Все более высокие ноты в голосе и все более выраженная псевдофамильярность скажут внимательному слушателю, что в животах мужчин летают бабочки, которых там раньше не было.

Второй вариант – не придавать большого значения разговорам. Они сами при любой возможности советуют не воспринимать их высказывания слишком всерьез. Как сказал Мартин Хельме изданию Deutsche Wellele, он – говорящая голова в передачах, от него чего-то подобного и ожидают.

И третий вариант – рассматривать слова Хельме как создающие пространство, все более сумасшедшее. Назовем это теорией варки лягушки. Что бы ни сказали руководители EKRE, нас это уже не удивит. Этот вариант стоит рассматривать всерьез. Как во многих их словах и делах, здесь много того, что пытается сделать фарс из истории: шаг или пару шагов в ту сторону, где за фарсом скрывается немного правды.

Конечно же, ни один из них не напишет «Mein Kampf» и даже «Klein Kampf» и не станет сжигать евреев в печи. Но оба готовы привнести в нашу действительность пару нереальных финтов, которые поставят вопросительный знак напротив холокоста, позволят поставить вопрос о том, были ли положительные стороны у Адольфа Гитлера, приучат людей к мысли, что Конституция не защищает всех в равной степени.

То, что Март и Мартин Хельме пытаются создать, - контролируемый хаос. Привести общество в темную чащу, где 2 + 2 = 5, и путь из которой достаточно широк только для одной партии. Это контекст, в котором стоит рассматривать воскресную угрозу тандема глав EKRE, что в случае провала переговоров они бросят спичку в пороховую бочку, и на улицах будет что-то такое, по сравнению с чем избиение Индрека Таранда перед парламентом было детскими шалостями.

У этого послания двойной смысл. До тех пор, пока EKRE не у власти, такие речи призваны пугать и раздражать здравомыслящих политиков. А по возможности, еще и замазать собственной краской таких жаждущих власти переговорщиков, как Юри Ратас,

Но есть и второй смысл этого заявления. Оно дает нам представление о том, чего ожидать, если EKRE когда-нибудь придет к власти. Тот факт, что в лице EKRE мы имеем дело с карманными нацистами, не означает, что у ее руководителей нет желания поймать как можно более крупную рыбу в мутной воде. Если бы сегодня нужно было очертить максимальные амбиции EKRE, то они были бы, очевидно, похожи на то, что происходит в экспериментирующих с демократией арабских странах: каждому дали голос, но только в ситуации диктатуры.

Март и Мартин почувствовали запах власти. Их планы по формированию имеют характер ad hoc. Объединяющая их сила – жажда власти, достижение статуса, при которой их судьба будет в их собственных руках.

Если провести параллели с 1930-ми, то лучше всего поискать их в собственной истории Эстонии. Именно оттуда родом политические представления EKRE. Если выяснять, насколько серьезна их поддержка, то я бы не слишком боялся, что перед замком Тоомпеа внезапно появятся сотни современных мужчин из Ания. Задуматься надо над тем, как заговаривают массы. Отец и сын Хельме говорили в передаче о 300 000 человек, которые недовольны нынешней властью. В Eesti Päevaleht Лео Куннус апеллировал теми 36% избирателей, которые вообще не дошли до избирательных участков. Это больше, чем магия чисел, это попытка искусственно создать волю народа.

НАВЕРХ