Калев Стоическу: визит Кальюлайд в Москву - mission impossible?

Красная площадь в Москве.

ФОТО: SCANPIX

Кремль смотрит на другие страны, как на вассалов или врагов. Поскольку Эстония является последним, то визит Кальюлайд в Москву станет одним из самых сложных мероприятий за время ее пребывания в должности, пишет в Postimees колумнист и научный сотрудник Центра международных оборонных исследований Калев Стоическу.

Президент Владимир Путин любит эффектно и результативно удивлять, но никак не торопиться. Можно предположить, что встречу президентов Эстонии и России 18 апреля долгое время обсуждали по дипломатическим каналам, прежде чем в какой-то день общественность узнала о согласии второй стороны.

Посещая все равно какую страну, в том числе, Россию, глава государства, премьер-министр и так далее имеют естественное желание встретиться со своим коллегой, что, правда, осложняет каждый визит. Открытие обновленного здания посольства, ставшее новостным поводом, конечно, является важным событием, но в данном контексте это все же второстепенно.

Никто точно не знает, что будут обсуждать между собой два президента, но многие поспешили предсказать, что ничего значительного они решить не смогут. Это правда, поскольку Эстония никогда не сможет исполнить основное желание России. Например, прекратить введенные Европейским союзом карательные меры, которые Кремль считает совершенно безосновательными и якобы являющиеся причиной противостояния России и Запада, а не следствием.

Или отказ Эстонии о своих планов – усилить присутствие союзников на своей территории, хотя президент Путин, конечно, подчеркивает «безопасность» России и отсутствие злонамеренных планов в отношении соседей. Это подтвердил и его пресс-секретарь Песков. Не будет третьей попытки договориться о границе, поскольку глава России может со своей стороны пообещать процедуру ратификации в Госдуме, но в Эстонии этот вопрос – из-за возможной разобщенности в тройственном союзе – спрятан под сукно.

Эстония может попросить о поддержке, чтобы получить статус непостоянного члена Совбеза ООН (2020-2022), что по сравнению с прочей мелочью является крупной темой. Получить поддержку можно, но в России есть и радикальные взгляды. Депутат Госдумы Чернышов недавно потребовал от генерального секретаря ООН Гутерреша, чтобы Эстонию из ООН исключили. Депутата встревожила собственная интерпретация слов президента Кальюлайд о том, что русский язык является угрозой эстонскому языку в нашей школьной системе. Общение президентов через переводчика ярко и элегантно показало бы, что оба языка красивы и не угрожают друг другу, а также то, что и в Эстонии, и в России – по одному президенту и по одному государственному языку.

Символом уважения друг друга и добрых намерений вполне могло бы стать, если бы Путин отдал Кальюлайд регалии Пятса. Символы – это очень сильная вещь. Регалии, имеющие историческую ценность и находящиеся в Оружейной палате Кремля, могут стать символом эстонской правопреемственности, почти 80 лет проведшей в застенках Лефортово, с чем Россия не согласится. Но когда-то регалии придется вернуть. Почему не теперь? Если это чудо произойдет, что могла бы подарить президент Эстонии Путину в ответ на этот красивый жест? Удостоверение  э-резидента? Власти России хорошо понимают, что единодушие и добрые намерения более убедительно можно продемонстрировать делами, чем словами.

Самый важный вопрос – мотивация Эстонии и России встретиться на самом высоком уровне. Эстония пытается показать, что она открыта и не избегает общения с Россией, хотя двусторонние отношения от этого, скорее всего, не изменятся. Встречу Кальюлайд и Путина, конечно, будут освещать СМИ по всему миру, и это своего рода достижение. Союзники и партнеры Эстонии испытывают интерес к посланиям (приватным) Путина и даже к языку жестов. С другой стороны, у России есть возможность продемонстрировать, что Россия не игнорирует даже самые «русофобские» страны (в число которых Кремль нас официально поместил), и их руководство в Россию может свободно приезжать.

Самый большой риск - недружелюбное или даже невежливое отношение принимающей стороны, хотя возможность этого минимальна. Встреча равного с равным исключена априори, но это невозможно и в случае таких же контактов между Эстонии и США, или Эстонией и Китаем. Президент Путин должен постараться, чтобы показать глубокое уважение к крошечной соседней стране. Эстония является страной Европейского союза и НАТО, что позволяет России применить для этого случая свои стратегические нарративы: ключ к безопасности региона Балтийского моря находится в Москве, а не в Вашингтоне; Россию не удалось «изолировать», это никому ненужно, вредно и опасно; наказание России – это, как стрельба себе в ногу и так далее.

В итоге, стоит вспомнить слова, сказанные когда-то ветеран американской дипломатии Джорждем Ф. Кеннаном (1904-2005): «Ревнивый и нетерпимый взор Кремля различает только врагов и вассалов, и соседям России нужно отдавать себе отчет, что если они не будут одними - то станут другими». В логике Кеннана не стоит сомневаться и сегодня, – десятки лет спустя – хотя есть и исключения, например, Финляндия и Китай.

В военном смысле Финляндия «неприсоединившаяся» страна (после ее вступления в Европейский союз в 2005 году о нейтральности говорить нельзя). Плотные и дружеские переговоры Москвы и Хельсинки, в том числе, на уровне глав государств, основаны на общей политической истине, что вступление Финляндии в НАТО – это не самая хорошая идея. По крайней мере, не в сегодняшних обстоятельствах, хотя политики и руководители Генштаба России не скрывают, что в случае регионального конфликта Россия будет воспринимать Финляндию как противника. Китай, что понятно, скорее сосед другой весовой категории, с которым Кремль вынужден играть в игру стратегического партнерства, прекрасно зная, откуда исходит реальная угроза.

Эстония не хочет быть вассалом Москвы и должна согласиться с ролью «врага» России. До тех пор, пока продолжается противостояние между Кремлем и Западом, между двумя странами неизбежно будет проходить линия политического фронта. Несмотря на это общение друг с другом полезно, поскольку это демонстрирует добрую волю Эстонии, на которую Россия  (теоретически) может ответить тем же. Эстония не может надеяться на (быстрое) изменение стратегического курса России, хотя Кремль не исключает этого в случае Эстонии. Мы не видим тут ни одного Орбана или Сальвини, но, может быть, Россия уже кого-то заметила. В любом случае, речь может идти о самом привлекающем на данный момент внимание визите Кальюлайд, где каждое слово и движение руки будут иметь вес. Желаю ей удачи!

НАВЕРХ