Март Хельме: «Мы не будем обносить Эстонию забором»
Хельме знал о проступке Куузика

И последний из приглашенных президентом кандидатов в министры – вероятный министр внутренних дел Март Хельме – после встречи вышел к журналистам и поделился впечатлениями и планами.

Хельме перечислил: «Говорили об очень многих вещах: о МВД, о полиции, Спасательном департаменте – обо всех имеющихся проблемах. Был разговор и о так называемом теневом государстве, обсудили тему – вмешивается ли такое теневое государство в политику, и пришли к совместному выводу, что эту проблему нужно прояснить. В этом смысле как министр внутренних дел я буду искать все возможности, чтобы развеять страхи и подозрения».

По словам Хельме, очень много говорили о внешних контактах Эстонии. В том числе о Москве: «Обсудили, поскольку у меня есть опыт работы с русскими и с Москвой». (Март Хельме был послом Эстонии в России.) Также говорили о внешней торговле Эстонии и экономике. О том, что богатство нужно создавать, а не только распределять. Говорили о том, что делать с экономической отчетностью, и о том, как привнести ИТ в экономику - где ее сегодня еще нет. «Говорили о моей персоне и о том, подходит ли она на эту должность», - с улыбкой поведал Хельме.

И что президент спросила? «Спросила, насколько я успел ознакомиться с этой сферой деятельности и каковы вообще мои планы. Планы большие, я не буду врать, я уже проделал предварительную работу – поговорил по телефону с канцлером МВД, встречался с генеральными директорами некоторых департаментов. Они уже представили мне свои „списки рождественских подарков“ - то есть все, что необходимо, и во что это обойдется. То, без чего еще можно справиться и то, без чего уже никак».

А как насчет риторики и того, подходит ли Хельме на эту должность? «По поводу риторики я сказал, что у нас были определенные сложности с выходом из оппозиции. Мы привыкли, что нам нужны патроны, чтобы отстреливаться. Теперь же нам нужно думать о том, чтобы, может быть, копить патроны для управления страной, а не для стрельбы по оппонентам».

Стоял вопрос о сотрудничестве - президент, премьер-министр, правительство в целом, а также председатели партий: «Мы составили краткосрочный план, как мы собираемся действовать».

На вопрос, как ему показалось, – утвердит ли президент его в должности – Хельме ответил, что она не сказала, что не утвердит. Естественно, спросили его и о Марти Куузике, которого поймали за рулем с остаточными алкогольными явлениями: «Его имя не упоминалось. Этой темы мы не касались. А если вы хотите узнать мое личное мнение, то я скажу так: речь идет о деле на грани – полиция, кроме предупреждения и отправки водителя на обучение больше ничего не предприняла.

В тот момент он еще не был кандидатом в министры. Тогда у него не было ни малейшего представления о том, что он станет кандидатом в министры. Я не хочу его оправдывать, он сам признал свою вину и раскаялся. Давайте дадим человеку возможность себя проявить. У меня нет абсолютно никаких сомнений в том, что Марти Куузик очень деятельный и хороший человек с мозгами. И он еще сможет себя проявить в этой сфере».

У Хельме спросили, говорил ли Куузик ему раньше о том, что с ним произошло? «Да, он говорил, что у него есть такая проблема - задержали, но ничего серьезного не отобрали, только направили на обучение. Если бы мы решили, что это исключает его назначение на должность министра, он бы это принял. Но мы обсудили этот вопрос и пришли к выводу, что это не может быть настолько серьезной проблемой, чтобы мы отстранили человека».

Журналисты уточнили: какой сигнал мы подаем обществу – садитесь за руль пьяными и ничего страшного? «Это да, но свое наказание он получил. Это наказание было легким, полиция не посчитала его поведение слишком опасным».

На вопрос о его допуске к гостайнам, Хельме напомнил, что как заместитель комиссии по безопасности он имеет доступ к государственным секретам. Он не помнит, когда разрешение нужно обновлять, но не думает, что у него возникнут с этим проблемы.

Он также рассказал, что встречался с канцлером МВД, который рассказал, что в министерстве ощущается волнение, однако Хельме заверил, что для волнений нет никаких причин: «У меня нет списков людей, которых я собираюсь увольнять. Но мы вместе рассмотрим сферу деятельности работников, структуру, всю конструкцию министерства, и я не исключаю, что внесем определенные структурные изменения, в результате которых обязанности каких-то людей могут измениться. Но того, что начнутся массовые увольнения, людям бояться не нужно. Этого не должны бояться и работники других министерств, которыми будут руководить представители EKRE. Массовых увольнений, которые нам приписывают журналисты, не будет – к вашему большому разочарованию».

Будут ли повышать зарплаты полицейским и спасателям? «Генеральный директор полиции выразил недовольство тем, что уходящий министр внутренних дел за короткий срок дважды поднял зарплаты руководству. Я ему сказал – не беспокойся, просто уходящий министр хочет истратить зарплатный фонд. Зарплаты полицейских и спасателей – это очень острый вопрос.

Эльмар Вахер передал мне бумагу, на которой написано, когда и как полицейские будут выходить на пенсию и сколько человек нужно на замену, сколько патрульных полицейских и других работников. Это очень серьезный вопрос. Такая же история и со спасателями. Деньги – это одно, но мы уже сейчас должны подумать, где мы возьмем человеческие ресурсы, поскольку это еще более критичная проблема.

И всем этим нужно начинать заниматься уже сейчас, поскольку буферного периода уже нет: если мы сегодня не начнем готовить новых полицейских и спасателей, это выйдет нам боком. Мы должны посмотреть, как можно инкорпорировать другие службы – пограничную службу мы тоже планируем изменить, расширить. И я был очень приятно удивлен, что Эльмар Вахер был всячески с этим согласен – пограничная служба нуждается в укреплении. У нас почти нет морской пограничной охраны. Это очень дорогие сферы деятельности, но это сферы, которыми нужно заниматься. И если мы не начнем этим заниматься сейчас, – поиском денег и людей – то через два-три года окажемся в очень тяжелой ситуации».

У Хельме также спросили, как он планирует работать вместе с Рийной Сольман, встречался ли с ней? «Да, мы встречались пару недель назад и четко распределили, кто чем будет заниматься. Вопросы народонаселения останутся у Рийны Сольман, в том числе, тема интеграции, а все, что касается иммиграции, останется в Министерстве внутренних дел. Я консультировался с нашими департаментами, и мне объяснили: это настолько интегрированная система, что если ее начать ломать и делить между разными министерствами, это не пойдет на пользу. Тут мы быстро достигли понимания, кто и чем будет заниматься».

А как насчет миграции, о которой EKRE очень много говорила? Что у нас в будущем будет с поставкой иностранной рабочей силы и интеграцией? Мы же видим, сколько украинцев привезли в Эстонию. «Уже составлен конкретный план предложений. Этот план не предусматривает устрашения, мол, мы обнесем Эстонию забором. Но мы хотим создать такую ситуацию, - у нас уже заключены договоры с польскими партнерами - чтобы арендованная рабочая сила не шла из третьих стран через Европу, когда налоги в Эстонию не поступают и никакого контроля за ними нет.

Полиция очень сильно заинтересована в том, чтобы эта сфера была взята под контроль. Правила въезда в страну должны было пересмотрены, уточнены, конкретизированы, чтобы нелегальная миграция у нас была минимальной. В полиции упомянули еще одну серьезную проблему, которая увеличивается и в будущем угрожает Эстонии, может быть, очень трагическими последствиями – это торговля людьми. Эстония уже стала транзитной страной в торговле людьми. Сейчас это идет, прежде всего, через Украину, Россию, Молдавию, все страны СНГ, где происходит одурачивание молодых женщин и продажа их в проститутки. Это то, что все миграционные исключения очень сильно используются. И я думаю, что у нас тут с полицией очень схожее понимание вопроса».

Спросили у возможного министра внутренних дел и об указании матери и отца в анкете ребенка, в которой сейчас начали писать «родитель 1» и «родитель 2». «У вас есть мама и папа? - спросил Хельме у журналиста. – Это – одна из вещей, которую я хочу вернуть. У ребенка должны быть мать и отец, а не эти «родитель 1» и «родитель 2». Да, все мы, имеющие детей, – родители, но мы говорим прежде всего о матери и отце, так должно и оставаться. Я, например, с дочерью справлялся лучше, чем с сыном, был к ней как-то ближе. Но я считаю, что рука отца и его пример в определенном возрасте имеют критическое значение. Поэтому я считаю, что называть мать и отца просто родителями – это ерунда». Он уточнил, что на эту тему с президентом не говорил.

НАВЕРХ
Back