Родители отказались от маленького ребенка с тяжелой инвалидностью
Мать: нас пришлось очернять, чтобы суд отобрал право опеки

Семья.

ФОТО: Illustratsioon: Artur Kuus

Родители обратились к чиновнику по защите детей, чтобы сдать свою дочь с тяжелыми физическими недостатками на попечение волости. Для успеха предприятия им пришлось выставить себя перед судом в самом неприглядном свете, пишет Postimees.

В августе прошлого года в семье Яануса и Керли (имена изменены) должен был наступить счастливейший момент.  Но, к сожалению, с рождением дочери в их жизни началась глава, травмирующая обоих родителей.

В целях защиты родителей Postimees не может называть ни их настоящие имена, ни наименование небольшого населенного пункта в Эстонии, где развернулись эти события.

О том, что что-то не так, родители узнали на 29-й неделе беременности, за два месяца до рождения дочери. Что именно, врачи разъяснить не смогли. Следующие месяцы были мучительными, поскольку никто не был уверен, что ребенок вообще выживет.

В конце лета крошечная девочка с тяжелой и редкой формой инвалидности все-таки родилась. С первого вздоха дочери Яанусу и Керли было ясно, что самостоятельно справляться в жизни ребенок никогда не сможет.

Родители, по их словам, до сих пор не знают, какая болезнь одолевает их дочь. "Мы нигде не получили ответа", - говорит мать.

Как говорят родители, врачи не сумели ничего объяснить несмотря на многочисленные анализы. Неясно было, и сколько проживет ребенок. Возможно, эта неизвестность была самым мучительным аспектом.

Контакта с ребенком не возникло

После выписки из Таллиннской детской больницы ребенка на скорой помощи доставили в родной уезд. Новорожденная девочка находилась  под присмотром местных специалистов в семейном доме замещающей опеки. На попечении она должна была оставаться в течение 90 дней, после чего ее следовало отправить домой под присмотр родителей. Этого не произошло.

В октябре прошлого года родители обратились к советнику волостной управы по защите детей. Их запрос касался возможностей отказа от родительских прав. Мать со слезами на глазах подтвердила,  что родительского контакта с ребенком не возникло. 

Это может звучать жестоко, но семейный терапевт Кайа Капста-Форрестер подтверждает, что при травматическом опыте рождения в этом нет ничего необычного.

"Может случиться так, что родитель подсознательно не позволяет себе установить эмоциональный контакт с ребенком, потому что образующееся за счет близости чувство привязанности может быть невыносимо болезненным", - объясняет она.

"Должен быть очень сильный разрыв в чувствах, чтобы связь между родителем и ребенком не образовывалась на протяжении длительного времени. Люди и ситуации бывают разными. Я не знаю обстоятельств случившегося, но ясно то, что неодобрение в этой ситуации родителям никак бы не помогло".

Поначалу чиновник даже переубедил родителей. Он предложил такой распорядок жизни семьи, при котором ребенок в течение рабочей недели жил бы в семейном доме, а на выходных - у матери с отцом. Яанус и Керли согласились.

Может случиться так, что родитель подсознательно не позволяет себе установить эмоциональный контакт с ребенком, потому что образующееся за счет близости чувство привязанности может быть невыносимо болезненным.

5

"Она не спала, только плакала, - вспоминает мать.  - Это было постоянное наблюдение, 24 часа. Каждые три часа - ввод лекарств и кормление. Мы видели, что из-за этого невозможно ходить на работу, потому что после таких выходных человек не в состоянии вообще ничего делать. Мы  поняли, что мы - просто не те люди, которые в состоянии и через десять или двадцать лет заботиться о человеке, который вырос лишь физически, но во всем остальном остался прежним".

Желание отказаться от ребенка не пропало. После многочисленных попыток переубеждения и волостной чиновник понял, что другой возможности не остается. Чтобы лишить Яануса и Керли родительских прав, пришлось обращаться в суд. Соответствующее заявление должно было подать самоуправление: сами родители этого сделать не могут.

Вынужденное легкомыслие

Постановление суда представляет родителей девочки с тяжелыми недостатками как  легкомысленных и черствых людей. Согласно судебным документам, родители не проявляли заботу о своей дочери, не навещали ее в семейном доме и не были заинтересованы в уходе за ней.

Мать, а также люди, знакомые с ситуацией, утверждают, что все это не соответствует действительности: просто суд должен быть уверен, что изъятие ребенка из семьи - единственно возможный вариант.

"Это все пришлось сюда вписать, выставляя нас в максимально невыгодном свете. Родителей пришлось очернять, чтобы отказ от ребенка стал возможным. Это можно было сделать только так", - говорит мать. Длившийся несколько месяцев бюрократический процесс был травмирующим опытом, оставившим, по словам Керли, чувство вины в их сердцах. В постановлении суда указано, что родители согласились с характеристиками их личностей.

В конце января этого года суд по сути назначил родителем ребенка волостную управу. Керли подчеркивает, что это наилучший вариант для малышки, потому что теперь за ней каждый день наблюдают люди, умеющие обеспечивать должный уход.

Неожиданно для родителей уездный суд своим решением от 30 января потребовал от них деньги на содержание ребенка в размере 270 евро в месяц. Судебное дело, которое в действительности не должно было являться спором, в итоге оказалось им.

Родители оспорили решение, поскольку о денежном содержании в ходе производства якобы не было ни слова. В мае этого года окружной суд признал правоту родителей. Суд высшей инстанции подтвердил, что уездный суд вынес нелогичное решение, которое нельзя было принимать без отдельного производства.

"Весь последний год у меня было чувство, будто нас за что-то наказали, как будто мы совершили преступление", - описывает свое состояние отказавшаяся от ребенка Керли.

Весь последний год у меня было чувство, будто нас за что-то наказали, как будто мы совершили преступление.

5

В общем-то, у волости по-прежнему есть право предъявить отдельный иск по части выплаты денег на содержание. Будет ли это сделано - волостная управа прокомментировать не смогла.

"Кажется, что это может произойти в любой момент, и все начнется снова", - опасается мать.

Керли знает, что она в своем опыте не одинока. Она говорит, что общалась с людьми, которые вели себя как она, а также с теми, кто решил оставить ребенка с недостатками на соьственном попечении. В совете и понимании нуждаются и те и другие.

"Те, кто испытал что-то подобное, нас не осуждают", - говорит она. Керли и сама думает о том, как помочь людям со схожим опытом.

Терапевт Капста-Форрестер говорит, что порицание здесь не кажется разумным поведением.

"Если ребенка пришлось передать системе для того, чтобы за ним ухаживали, возникает вопрос, не могут ли семьи в случае детей с серьезными нарушениями здоровья получать от государства и системы здравоохранения аналогичную стопроцентную поддержку без отказа от родительских прав", - рассуждает она.

Специалист признает, что если на родителе до конца жизни остается клеймо человека, лишенного судом родительских прав, это травмирует его и компрометирует.

Что станет с ребенком-инвалидом теперь? В волостной управе говорят, что есть две возможности. Во-первых, ребенка усыновят. К сожалению, это маловероятно, поскольку детей с физическими недостатками берут под опеку редко. Немногие родители решатся на это.

По второму сценарию она будет жить в семейном доме до достижения 18-летнего возраста, если болезнь не одержит верх раньше. Потом ее переведут в дом призрения.

Представлявший интересы ребенка в суде присяжный адвокат говорит, что есть и третий вариант.

"Не исключена ситуация когда в результате совместной работы волости и родителей последним вернут право опеки", - говорит он.

Можно ли отдать ребенка?

Все специалисты как один говорят, что пример Яануса и Керли - самый крайний случай. В Эстонии добровольно отказаться от ребенка очень непросто, даже в интересах ребенка.

Глава отдела защиты детей Департамента социального страхования по Ляэнескому региону Ирье Таммелехт объясняет, что родитель никогда не может отказаться от ребенка по собственному желанию. Сначала потребность в лишении права на опеку должен с максимальной основательностью проанализировать работник по защите детей, потом при необходимости самоуправление подает заявление в суд, и только суд может вынести решение.

Однако, есть возможность отказаться от ребенка еще в роддоме сразу же после его рождения. Если родитель чувствует, что не может растить ребенка и заботиться о нем, он может подписать документы о передаче новорожденного на адоптацию.

До принятия решения Департамент социального страхования обязан проконсультировать родителя и разъяснить ему последствия такого решения. Вступление подписи в силу занимает восемь недель, чтобы все стороны могли убедиться в неизменности решения.

НАВЕРХ
Back