Государство, возможно, поможет с жилищными кредитами молодым семьям Ида-Вирумаа

По словам Райво Аэга, слова коалиционного партнера EKRE о том, что головы судей должны полететь с плеч, безответственны, и их не стоит воспринимать всерьез.

ФОТО: Пеэтер Лиллевяли / Põhjarannik

Побывавший в начале этой недели с двухдневным визитом в Ида-Вирумаа министр юстиции Райво Аэг ("Отечество") в интервью "Северному побережью" рассказал о том, почему найти госчиновников для работы в Ида-Вирумаа непросто.

- Что вас как министра юстиции сейчас беспокоит в Ида-Вирумаа больше всего?

- Я бы начал с хорошего. У нас в Ида-Вирумаа вообще нет проблем с замещением должностей судей.

- Что же случилось, что проблемы больше нет?

- Я не знаю. В Нарве 12 судей, хотя семь из них ездят на работу из Таллинна. Но они ездят, и хорошо, что они приняли такой вызов. На встрече в прокуратуре подчеркнули, что качество подготовки судей очень хорошее и приходит много молодых, энергичных судей.

Но проблему представляет качество правовой помощи. Как государственной правовой помощи, назначаемой судом, так и государственной правовой помощи первичного уровня, когда люди получают определенное число часов бесплатных консультаций.

Однако наиболее болезненной проблемой являются действующие на рынке юридические бюро. Судьи говорят, что после получения услуги в таких юридических бюро ситуация человека нередко становится еще хуже, чем была: они платят деньги, но услугу не получают.

В случае адвокатов, назначаемых для оказания государственной правовой помощи, положение определяет рыночная ситуация. Хорошие адвокаты отправляются туда, где больше заработок, прежде всего в Таллинн и Тарту. На местах остаются те, кто уже в возрасте или у кого квалификация недостаточна, чтобы быть конкурентоспособными в Таллинне.

Я спросил, мол, но ведь для того, чтобы стать членом адвокатуры, нужно сдать экзамен. Выяснилось, что часть адвокатов сдавала экзамен в адвокатуру очень давно, возможно, еще при прежнем государственном строе.

Для судов это (плохое качество правовой помощи. - Ред.) нередко оборачивается дополнительной работой. В случае дел, которые, например, в Харьюмаа возможно рассмотреть в порядке письменного производства на основании поданных документов, здесь нужно проводить заседание, чтобы судья вообще понял, в чем проблема. Потому что весь представленный суду исходный материал настолько недостаточный и путаный, что приходится запрашивать дополнительную информацию у участников дела.

- Но что же делать, где здесь взять этих квалифицированных адвокатов?

- Государство не может вмешиваться в работу адвокатуры, адвокаты - представители свободной профессии. Разумеется, мы можем ввести определенные критерии для юридических бюро, которым работающие в них люди должны соответствовать. Обсудим эту тему с сотрудниками Министерства юстиции. В действительности у нас немало профессий, в которых для оказания услуги требуется наличие определенной квалификации и свидетельства.

- Недавно канцлер права обнародовала результаты аудита находящейся в Йыхви Вируской тюрьмы, из которых явствует, что очень большой проблемой остается нехватка кадров, которая, по оценке канцлера права, представляет также угрозу безопасности. Почему этот вопрос за десять с лишним лет не сумели решить, хотя зарплаты работников Вируской тюрьмы на четверть выше, чем у их коллег в других тюрьмах?

- Зарплата - не единственный стимул. У молодого человека, переезжающего сюда вместе с семьей, сразу возникает проблема с поиском жилплощади. Стоимость недвижимости низкая, из-за чего кредит в банке получить трудно, банк оценивает стоимость залога очень низко. Рынок арендного жилья здесь практически отсутствует. Новостроек очень мало, если они вообще есть.

- Послушайте, в Кохтла-Ярве жилплощадь можно купить за половину месячной зарплаты госчиновника. Для чего здесь банковский заем?

- Но что это за жилплощадь? Как много в Кохтла-Ярве строится современных многоквартирных домов?

- Получается замкнутый круг. Государство говорит, что чиновники наверняка приехали бы, если бы было новое жилье. Девелоперы говорят: мы бы строили, если б имелся интерес. Может быть, потенциальных приезжающих все-таки маловато?

- Я только что пришел со встречи с судьями, и там встал тот же вопрос. Председатель суда сказал, что когда он сюда приехал девять лет назад, ему пришлось сильно потрудиться, чтобы найти себе в Нарве съемную квартиру. Недавно он вел переговоры с одним судьей Харьюского уездного суда, чтобы тот приехал сюда на работу. Человек ознакомился с ситуацией на месте и сказал, что не приедет, потому что не может здесь найти себе нормальную жилплощадь.

В наши дни приезжающий сюда человек уже не будет покупать какую-то вторичную квартиру, в которой ему придется делать капитальный ремонт. Жизнь настолько изменилась, что если человек приезжает, то он хочет получить качественное жилье. Пусть это будет съемная жилплощадь, но отремонтированная, чистая и пригодная для жизни.

- Но и курс государственной политики не выглядит твердым. Ваш однопартиец, бывший министр юстиции Урмас Рейнсалу говорит, мол, переведем из Таллинна в Ида-Вирумаа 1000 рабочих мест. Тем самым девелоперам недвижимости вроде как дают сигнал: начинайте планировать новое жилье. Но затем выясняется, что вместо 1000 рабочих мест переведут всего 14, и все прежние обещания больше недействительны.

- Думаю, что ситуацию смягчит строительство комплекса колледжа Академии внутренней обороны в Нарве. Там запланированы жилплощади квартирного типа. Одна из возможностей - строительство государственных многоквартирных домов, что в свое время предложила министр Урве Пало. Сейчас мы также обсуждаем возможность увеличения государственной гарантии жилищных кредитов молодых семей в регионах, где цены на недвижимость низкие.

- Нехватка качественной жилплощади - это основное препятствие, затрудняющее привлечение в уезд чиновников?

- Нет. Нужно учитывать и психологический фактор. Люди, которые не знают местных реалий, думают, мол, ой, Ида-Вирумаа, как я туда поеду, там ведь всякие опасности, то и другое. Этот страх существует, и на это нельзя закрывать глаза.

- Недавно общественность потряс скандал, когда два министра от EKRE попытались незаконно уволить генерального директора Департамента полиции, вменив ему в вину план проведения сокращений в полиции. Глава полиции сказал, что предписание о сокращении исходит от правительства. Как много сотрудников придется сократить вам в вашей сфере управления из-за программы сокращения расходов?

- Программы сокращения расходов как таковой нет. Это гипотеза, выдвинутая в ходе переговоров о стратегии государственного бюджета с целью добиться структурного баланса на следующие четыре года. Я не вижу возможности для сокращения работников Министерства юстиции. Скорее, мы отложим инвестиции и проекты развития.

- Вы являетесь бывшим гендиректором Департамента полиции и бывшим гендиректором Департамента полиции безопасности. Когда вы узнали о том, что произошло между министром внутренних дел Мартом Хельме и гендиректором полиции Элмаром Вахером, о том, что последнего вынуждали уйти, а затем его попытались уволить, какие мысли это у вас вызвало?

- Для меня это было странным, потому что я тоже работал с несколькими министрами. У конфликта всегда две стороны. Но если оценивать Элмара Вахера, то я не нахожу ни одного значительного промаха, за который его можно упрекнуть. В свое время, когда я был гендиректором Департамента полиции, я повысил его до руководителя Центральной криминальной полиции, и на этом посту он, на мой взгляд, очень хорошо справлялся со своей работой. Позднее, наблюдая за его карьерой со стороны, я не заметил ничего настолько катастрофического, чтобы требовать от человека написать заявление об уходе.

- А как вы переведете судьям сказанные когда-то одним из ведущих политиков EKRE, вашего нынешнего партнера по правительству, слова о том, что головы судей должны полететь с плеч?

- По моему мнению, это безответственное высказывание и такой подход, который не согласуется с принципами правового государства. Такие высказывания нельзя воспринимать всерьез, это провоцирующая риторика в духе EKRE.

- То есть, слово - не есть дело?

- Оно не может быть делом, вы и сами это понимаете. Назначение судей на должность политическим путем - это ведь предполагает изменение Конституции. Конституцию можно изменить только двумя третями голосов двух созывов Рийгикогу. Я не вижу ни сейчас, ни в будущем возможности возникновения в Рийгикогу настолько обширного консенсуса, который позволил бы приступить к разрушению нашего правового государства.

- Как вам кажется, отец и сын Хельме, что сидят в правительстве в Доме Стенбока, и те Хельме, что время от времени выступают в эфире одной радиостанции, - это одни и те же люди?

- Порой кажется, что нет. Потому что когда поблизости нет микрофонов и аудитории, работа за столом правительства очень конструктивная, разумная и аргументированная. Там не разбрасываются лозунгами. Разумеется, есть разногласия, но такой риторики нет.

Почему правительство хочет создать должность спецпрокурора

Правительственная коалиция не добилась консенсуса относительно предложенного EKRE и включенного в коалиционный договор создания должности спецпрокурора.

- Во время коалиционных переговоров эту тему углубленно не рассматривали, но, насколько я понимаю, у каждого коалиционного партнера было свое представление о должности спецпрокурора, - сказал Райво Аэг. Вариант, предложенный Министерством юстиции, EKRE не подошел. "В нашем представлении спецпрокурора назначают временно для управления некой конкретной задачей, проектом, уголовным делом или группой сотрудничества. Согласно представлению EKRE, спецпрокурор - это человек, решающий некую общественную проблему, вставшую перед политиками, и он не должен быть из прокуратуры", - отметил Аэг.

С точки зрения министерства, прокурор - это все же тот, кто руководит уголовным производством и на основании доказательств направляет дело в суд. "Причем на основании фактических доказательств, а не мнений и эмоций. Но наш партнер по коалиции подразумевал под спецпрокурором, скорее, роль спецдокладчика, для которого формулируют некую острую общественную проблему, которая потребует в дальнейшем, скорее, политического, а не правового решения. И им действительно может быть некий акцептированный в обществе эксперт, который проводит расследование и затем представляет итоговый отчет о своей работе", - сказал министр юстиции, добавив, что называть такого эксперта прокурором все же неуместно.

НАВЕРХ