Страсти на сцене и за кулисами

Спектакль "Коварство и любовь".

ФОТО: aрхив фестиваля «Золотая маска в Эстонии»

Фестивальная программа 2013 года была разнообразной и ориентированной на самые разные вкусы. Открылся фестиваль спектаклем «Год, когда я не родился» Московского театра-студии под руководством Олега Табакова.

За курение на сцене – штраф

Режиссёр Константин Богомолов обратился к пьесе известного советского драматурга Виктора Розова «Гнездо глухаря» – спектакль получился достаточно спорный. Включить его в фестивальную афишу организаторов «Золотой Маски в Эстонии» побудили несколько факторов: имя драматурга, интерпретация нашего прошлого, сравнительно недавнего для старшего поколения, но уже далекого для молодых, и, конечно же, участие в спектакле мэтра российской сцены Олега Табакова.

«Памятуя о возрасте актера и его нагрузке – Олег Павлович руководил двумя театрами! – я понимала, что такую масштабную роль в его исполнении ожидать не приходится. Во всяком случае, в ближайшее время. Поэтому очень хотелось показать нашей публике эту большую работу. Тем более, что в спектакле весь актерский ансамбль замечательный, – рассказывает директор фестиваля «Золотая Маска в Эстонии» Светлана Янчек.

Олег Павлович Табаков, увы, недавно ушел из жизни.

Как водится, не обошлось без проблем. В театре «Эстония» категорически запрещено курить. Во всём здании! А тут на сцене весь выход актрисы Розы Хайруллиной во втором действии – с папиросой «Беломорканал». Естественно, выписали штраф! Делать нечего – заплатили.

Незабываемые впечатления

Зрители, видевшие спектакль московского Театра им. А.С. Пушкина «Материнское поле» по Чингизу Айтматову, вспоминают его до сих пор и говорят, что это было одно из самых сильных впечатлений фестиваля «Золотая Маска в Эстонии».

Спектакль "Материнское поле".

ФОТО: aрхив фестиваля «Золотая маска в Эстонии»

Спектакль – без слов, но это не балет. История семьи, у которой война забирает всех мужчин, одного за другим, решена выразительным языком пластики.

Публика в финале плакала

Большой сценической культурой был отмечен спектакль «Без названия» ярославского Театра им. Ф. Волкова. Раннюю чеховскую пьесу «Платонов» мы увидели в постановке одного из лучших российских режиссеров Евгения Марчелли.

«Энергичная фантазия Марчелли и его свобода стоят на знании конкретных и очень узнаваемых человеческих реакций – поэтому чеховская пьеса кажется написанной про сегодняшних людей, а не вчерашних», – писала об этом спектакле театральный критик Кристина Матвиенко.

Спектакль «Танец Дели» по пьесе Ивана Вырыпаева режиссер Дмитрий Волкострелов: поставил в необычной манере: актеры отрешенно рассказывают разные истории, как могло бы показаться, абсолютно не включаясь эмоционально. При этом эффект эмоционального воздействия на публику – очень мощный.

После спектакля было обсуждение со зрителями. Казалось бы, на сцене говорили на одной ноте, а тут такие разгорелись страсти! Обсуждение планировалось на час с небольшим, но остановить публику было невозможно: дискутировали два с половиной часа. Эстонские студенты Театральной школы и Вильяндиской академии культуры поначалу были слегка ошарашены этим накалом страстей. А потом приняли активное участие в обсуждении – как всегда, переводили в наушники, и всем было понятно, о чем идёт речь.

«Скорая помощь» для Данилы Козловского

Малый драматический театр из Санкт-Петербурга привёз спектакль Льва Додина «Коварство и любовь», очень красивый и безупречно стильный.

Спектакль "Коварство и любовь".

ФОТО: aрхив фестиваля «Золотая маска в Эстонии»

В последней сцене у Данилы Козловского, игравшего Фердинанда, раскололся в руке стакан – на белоснежную скатерть брызнула кровь. Актер доиграл спектакль, но порез оказался настолько глубоким, что решили вызвать скорую помощь. Увидев живого Данилу Козловского, девушки-медсестры чуть не упали в обморок. Но взяли себя в руки и сделали перевязку. Козловский, рассыпавшись в благодарностях, оставил им на память автографы. Бригада направилась к выходу, а в дверях гримерки столкнулась с партнершей Козловского по спектаклю – Лизой Боярской. Девушки-медсестры ахнули и застыли, как вкопанные. Короче, неизвестно, кому была нужна неотложка.

НАВЕРХ