Игорь Калакаускас: снова пронесло?..

Игорь Калакаускас.

ФОТО: Konstantin Sednev

Не буду утверждать, что ждал вчерашних слушаний в Рийгикогу с замиранием сердца. Однако некоторое волнение все-таки испытал. Несмотря на то, что большинство местных политологов и разного рода экспертов прочили провал проекта Партии реформ по окончательному решению русского школьного вопроса, я не был так уверен в неизбежности фиаско.

Впрочем, называть сокрушительным провалом идею прикончить русскую школу уже к сентябрю 2020 года я не торопился бы. Напомню, что это была уже вторая за последнее время попытка протолкнуть через парламент законопроект, который изрядно трепал нервы учителям русских школ.

Надо признать, что наши политики перестали стесняться в этом непростом вопросе. Действующий полтора десятка лет закон ЭР о школе, по мнению значительной части из них, утратил свою актуальность. Дарованные на бумаге свободы в выборе языка на основной ступени школы не дают покоя самым озабоченным. Мы вдруг из уст президента слышим о некоем согласии, которое якобы уже достигнуто в вопросе превращения всех школ республики в эстоноязычные.

Никто уже не вспоминает о том, что осенью 2016 года вновь созданная правительственная коалиция вела разговор об «эксперименте», в который пытались втянуть русские школы. Правила игры с тех времен так и не обозначили, но туманно пообещали смельчакам поблажки в реализации плана «60/40», взяв с них слово поднять преподавание эстонского языка на небывалый уровень. Ход сего феерического действа оказался настолько размытым, что никто уже ничего не понимает.

В Эстонии категорически не желают заниматься объективным исследованием, насколько успешно преподаются в русских школах предметы на эстонском языке. Никто – ни политики, ни чиновники – не смогут ответить, на каком этапе мы сейчас находимся; как усваивается русскими учениками изучаемый на эстонском языке материал; как обстоят дела с кадрами, методиками. Похоже, что все ждут, что это как-то само рассосется.

Отчаянные призывы объединить русских и эстонских учеников под одной школьной крышей, если не считать отдельных не делающих погоды флагманов, остаются призывами, не находящими отклик в душах радетелей за чистоту национальных рядов. Экспериментировать предпочитают над русскими учениками, то «погружая», то «переплетая» - юные отпрыски представителей титульной нации участвуют в проекте исключительно на добровольных началах, не связывая себя никакими обязательствами и внятными целями.

Особо хотелось сказать об учителях русских школ: они словно в рот воды набрали. Добиться от них открытых высказываний по столь болезненной теме совершенно невозможно. Я сам себе уже стал напоминать городского сумасшедшего: простите за нескромность, но из педагогов, кроме меня, в местных СМИ вы не найдете практически никого, кто хоть бы как-то обозначил свою позицию. Со стороны может показаться, что остальных все устраивает.

Я не призываю идти на баррикады, но не стыдно, уважаемые коллеги, унижать себя трусливым молчанием? Вы боитесь неприятностей? Хорошо, сейчас вы их избежите, а завтра состав коалиции вновь изменится, и где гарантия, что оставленный под сукном проект по уничтожению русских школ не получит поддержку? И что вы тогда скажете родителям, ученикам, самим себе?

Те представители русской общины, кто считает образование на эстонском языке более перспективным, уже давно этот вопрос решили, отправив своих детей в эстоноязычные школы. Пока в стенах русских школ есть ученики, мы не имеем права делать вид, что ничего серьезного не происходит. Мы не должны предоставлять право политиканам, демагогам и конформистам решать за нас судьбу русской школы – мы должны требовать включать нас в дискуссию по этому вопросу.

НАВЕРХ