Конец русского образования: добро из двух зол

Марианна Тарасенко.

ФОТО: Тоомас Татар

Главной новостью в Эстонии вчера днем стал провал предложенного реформистами законопроекта о полном переводе образования на эстонский язык. Конечно, мы можем воспринимать сей факт с оптимизмом, но будем реалистами: рано или поздно это произойдет, вопрос лишь, в какой форме.

Мое мнение по поводу того, нужно ли нам сохранять русскоязычное образование, хорошо известно и не слишком популярно, но дело уже не в моей (и многих) уверенности, что эстонский можно прекрасно выучить и в русской школе – были бы в достаточном количестве хорошие учителя и прочие сопутствующие изучению языка факторы.

Печально, но логично

Дело в том, что если смотреть на ситуацию опять же с реалистической точки зрения, боюсь, точка невозврата уже пройдена: чтобы сохранить в Эстонии русскоязычное образование, нужна такая политическая воля и такие решения, которых в обозримом будущем явно не последует. (Скоро элементарно «кончатся» русские учителя, а новых нужно либо готовить здесь, либо отправлять на обучение заграницу; и то и другое по ряду самых разных причин вероятным не выглядит.)

А в необозримом будущем обучение на русском уже будет никому – ну, или почти никому – не нужно. Поэтому остается лишь дилемма, какой будет школа: просто эстонской или «эстонской» и «эстонской для инородцев», то есть будут ли дети всех национальностей учиться вместе или раздельно.

Горячие споры на эту тему ведутся уже несколько лет. Сторонники общей школы, в частности, Катри Райк и Кристина Каллас (дамы, я с вами!), справедливо замечают, что разделение школ по родному языку учащихся не решит главной проблемы – наличия двух школьных систем и, соответственно, не возникнет и вожделенного так называемого «переплетения» (lõimumine), пришедшего на смену дискредитировавшему себя слову «интеграция». 

Не будут в таких условиях наши дети, к тому моменту практически все – граждане Эстонии, дружить со школьной скамьи, ходить друг к другу в гости и иметь общие ценности.  И, стало быть, никуда разделение не уйдет и не возникнет единого общества. Отдельный вопрос – опять же учителя: носителей эстонского явно на всех не хватит, а насколько хорошо будут учить на эстонском (да и будут ли вообще) учителя русские? 

Печально, но нелогично

Так почему же многие противятся созданию единой школы? В первую очередь, это опасения родителей-эстонцев. И если о стереотипах (русские шумные, темпераментные, крикливые, невоспитанные и т.д.) говорить вслух считается не слишком комильфо, то упирают на другое: в смешанных классах у детей с неродным эстонским могут возникнуть затруднения. Учителю придется объяснять им по пять раз, сами они отвечать будут долго и мучительно – и таким образом затормозится обучение собственно эстонских учеников. Несомненно, для этих страхов есть основания, но кто сказал, что будет легко?

И здесь имеет место забавное противоречие. Предлагавшие, мягко говоря, нереалистичный законопроект реформисты вряд ли признаются открытым текстом, что им, по сути, плевать на то, что там и как будет происходить в этой отдельной «эстонской школе для русских»: напротив, они на голубом глазу твердят, что неэстонским детям это пойдет только на пользу – свободный эстонский, полная конкурентоспособность, возможность легко обучаться в вузе и бла-бла-бла.

Но если это так, и если дети смогут учиться на неродном языке без всякого ущерба для знаний, потому что в процессе обучения они эстонский моментально освоят на уровне родного, то почему бы всем не учиться вместе? Раз всё так просто – то и давайте строить новую общность людей. И никаких опасений, что в «отдельной» школе инородцам втихаря как-то не так объяснят спорные моменты истории, например, и навяжут чуждую Европе идеологию.

Трудно, но надо

Поэтому сторонникам сегрегации – а это будет сегрегация в чистом виде – стоит определиться: либо признать, что русская школа к переходу на полностью эстоноязычное образование не готова, либо сказать прямо, что «переплетаться» они категорически не согласны, а просто хотят соблюсти формальность и сделать значительной части своих сограждан большую и красивую гадость.

Кстати, а вот здесь возникает вопрос, который хочется задать члену партии «Отечество» и нынешнему министру культуры Тынису Лукасу, который буквально вчера заявил, что предложение реформистов явно преждевременно, поскольку русская школа к такому радикальному повороту не готова. Задаю: г-н Лукас, а почему она не готова? Пост министра образования нынешний министр культуры занимал дважды: в 1999-2002 и 2007-2011 годах, в последний раз отбыв полный срок.

И все эти годы – что в первый, что во второй раз – он рапортовал о своих достижениях на ниве подготовки к переходу, на втором сроке отличившись тем, что по-другому пересчитал пресловутую систему «40 на 60», соотношение предметов (до Лукаса) или часов (по Лукасу), преподающихся соответственно на русском и эстонском. Правда, оба его преемника на этом посту – и Евгений Осиновский, и Майлис Репс – утверждали в интервью, что особых следов деятельности Лукаса в этой сфере ими замечено не было. (Что-то я теперь волнуюсь за эстонскую культуру, но, будем надеяться, выстоит: и не такое видела.)

Так что, дорогие сограждане, если уж делать систему единой, то делать ее действительно единой. Но не с бухты-барахты – без подготовки, по команде сверху. Давайте готовиться, давайте разговаривать и договариваться. Вместе – так вместе. Дружно. Взявшись за руки.  А надуманные страхи и реальные жертвы… Для того чтобы что-то получить, всегда нужно чем-то пожертвовать. По-другому не бывает.

НАВЕРХ