Глава Кассы по безработице: надеюсь, что в трудные времена государство вернет кредит

С балкона офиса главы Кассы по безработице Меэлиса Паавела открывается вид на Таллиннский залив и Старый город.

ФОТО: Remo Tõnismäe

Глава Кассы по безработице Меэлис Паавел предпочел бы, чтобы резерв кассы был отдельно от государственного кошелька. Сам он надеется, что, когда в экономике наступят трудные времена и Касса будет вынуждена покуситься на свой резерв, государство будет держать свои обещания, пишет Postimees.

- Что вы думаете об идее компенсировать добровольную безработицу, предложенной Марет Марипуу? Это следует обдумать?

- Короткий ответ: да. В 2008 году, когда обсуждался Закон о трудовом договоре, в него была вписана выплата компенсации по безработице даже в том случае, если человек уходит с работы по собственному желанию или соглашению сторон. А потом в экономике наступили трудные времена, были внесены коррективы и эта статья из закона была изъята.

Вторая поправка состояла в том, что в законе были установлены максимальные ставки компенсации. Сейчас компенсация безработного за первые сто дней составляет 50% предшествовавшего дохода, а потом 40, тогда договорились, соответственно, о 60 и 40%. Идея была в том, чтобы платить людям более высокую компенсацию, чтобы им было легче во время поиска работы. Эти темы актуальны по сей день.

В прошлом году Министерство социальных дел заказало в Praxis исследование, касавшееся изменения системы страхования по безработице, поскольку в этой области мы в течение десяти лет ничего не меняли. В исследовании среди прочего рассматривалась добровольная безработица и изменение ставки компенсации с точки зрения целесообразности, т.е. в соответствии с цикличностью экономики.

- Но по вашему мнению, можно было бы компенсировать добровольную безработицу?

- Да, я считаю, что это можно было бы сделать. Как в случае соглашения сторон, так при добровольном уходе с работы. Но есть нюансы. С одной стороны, смысл добровольного страхования в том, чтобы дать человеку возможность легче отказаться от работы, которую он не хочет делать и при выполнении которой он чувствует себя неудобно. С другой, это не должно побудить людей принимать непродуманные решения. Здесь необходимо найти равновесие.

- Марет Марипуу подчеркнула, что госбюджет не обязательно выдержит такую дополнительную нагрузку. Государство же использует сейчас резерв Кассы по безработице на покрытие своих текущих расходов.

- Ну, я могу заверить, что в течение многих лет, в том числе, когда Марет Марипуу была министром, в совете Кассы по безработице на эти темы шли очень сбалансированные дискуссии. У нас в совете есть представители профсоюзов, работодателей и правительства, и при принятии таких решений исходя, скорее, из влияния решений на рынок труда. Естественно, оказывает влияние и бюджет, но все же осмелюсь утверждать, что решения принимаются прежде всего исходя из влияния на трудовые отношения.

Исключением, конечно, является время кризиса, когда безработица быстро росла и резерва не хватало на выплаты. Тогда мы поднял ставки платежей по страхованию от безработицы в четыре раза, что прямо противоречило тому, как следовало бы вести себя в сложном время экономического кризиса.

- Резерв Кассы по безработице вскоре приблизится к миллиарду евро, государство использует его на текущие расходы, в то же время инфляция постоянно съедает его. Это разумно?

- Я стою за то, чтобы наша организация имела достаточно ресурсов на то время, когда дела в экономике будут идти плохо. У нас есть опыт 2009-2010 годов. Резерв должен быть в любом случае. Вопрос в том - какой.

Чисто в цифрах на конец следующего года объем нашего имущества составит 870 миллионов евро, за пару лет мы достигнем миллиарда. В то же время изменилась структура экономики и уровень зарплат, т.е. выросла обязанность компенсации. Мы составили черный сценарий, использовав данные прошлого кризиса. Результаты подсчетов показывают, что мы смогли бы за счет резерва выполнять обязательства в течение трех лет. А потом резерв кончился бы.

Правда, если перед прошлым кризисом у нас было два кошелька – автономный резерв Кассы по безработице и госрезерв, тоже автономный, то теперь они объединены. И резерв Кассы по безработице превышает государственный резерв ликвидности. Надеюсь, что, когда для Кассы придет время использовать свой резерв, государство выполнит свои договоренности и сможет использовать деньги системы. Это самое важное.

Здесь, конечно, есть аргументы «за» и «против». По мне, было бы безопаснее, если бы у нас были два разных кошелька. В то же время государство сейчас получает беспроцентный кредит от Кассы по безработице, и государству разумно так себя вести. Вопрос, скорее, в безопасности.

- Т.е. что будет, если Кассе по безработице самой понадобятся деньги?

- Да. Хотелось бы надеяться, что государство выполнит тогда свой долг. У нас есть требование к государству и сберегательный договор, который при нынешнем положении рынка просто пряник: наша процентная ставка никогда не падает ниже нуля. У нас она все время нулевая или выше. Т.е. государство потихоньку платит нам процент, который с этих сумм получается весьма приличным. Если бы мы сейчас должны были сами размещать эти деньги, результат был бы для нас хуже.

Но с тем, на что указал госконтролер, я согласен: те, кто держат кошелек, должны делать это ответственно.

- Экономический аналитик SEB сказал недавно, что у нас последние два года была полная трудовая занятость, и теперь безработица начнет расти. Что вы об этом думаете?

- Да, мы потихоньку видим, что число зарегистрированных безработных росло очень медленными темпами, но усугубляющейся тенденции нет.

Сокращения этого года тоже были несколько иными, чем в 2008-м, когда явно начало расти количество коллективных сокращений. Тогда среди сокращавших было много фирм-подрядчиков, что явно говорило о том, что экономика катится под откос. Сейчас наибольшие сокращения были в пошивочном секторе и энергетике, но число коллективных сокращений и банкротств было меньше, чем в прошлом году, или на том же уровне.

Естественно, многие сигналы заставляют беспокоиться, особенно, если взглянуть на остановившийся рост экономики Германии и решения Европейского Центробанка. На нас эти решения сильно влияют.

- Но проблема эстонского рынка труда – не столько секторальная, сколько региональная?

- Верно, но в то же время, если мы говорим о нехватке рабочей силы, у нас ищут работу 33 000 человек. Здесь есть много причин, региональных особенностей: например, безработица выше в Ида-Вирумаа и Юго-Восточной Эстонии. В то же время причины весьма индивидуальны.

Самая большая проблема, с нашей точки зрения, - устаревшие навыки. Это место, на котором мы сфокусировались и в соответствии с которым предприняли меры по формированию рынка труда. Мы побуждаем людей учиться и переобучаться и во время работы, чтобы идти в ногу со временем, прежде чем рабочее место будет сокращено.

Это тема, которой мы должны усиленно заниматься. В прошлом году на курсы ходили около 800 человек, в этом на переобучении около 2500.

- Это говорил и глава Центрального союза профсоюзов Пеэп Петерсон, что работники производств, получающие 500700 евро, должны как можно скорее обратиться в Кассу по безработице.

- Да, он сказал это в нужный момент и правильным образом. Я тоже призываю людей начать переобучение уже сейчас, если они хоть немного чувствуют, что хотят перемен.

- Предприниматель Рут Ольтер назвала катастрофой, что самой популярной специальностью в техническом университете является общественное управление. Она имела в виду то, что люди идут учиться на специальность, которая не востребована, вместо того, чтобы приобретать те навыки, которые необходимы на рынке. Как можно это исправить?

- Это в руках моих дорогих коллег. Мы с этого года занимаемся и карьерной консультацией молодежи, и это прежде всего, часть учения о карьере. Не хочу сказать ничего плохого о тех, кто хочет просветиться на тему общественного управления и стать профессионалом. Если такой выбор, значит, это верное решение для этого человека. Но я считаю, что мы не должны побуждать молодых людей поступать на «мягкую» специальность, когда на рынке труда есть явная нехватка инженеров и работников с современными навыками.

Сомневающимся молодым людям я бы рекомендовал специальности, связанные с обработкой или анализом данных. Это довольно надежный выбор в плане учебы, поскольку это явно сфера будущего.

- В качестве интересной тенденции бросается в глаза, что фирмы, например, Cleveron, строят свой колледж или центр обучения. Это начинает распространяться?

- Мне это ужасно нравится! Искренне верю, что до тех пор пока наши лучшие работодатели не станут вкладываться в развитие системы профессионального образования, оно не станет привлекательным. Cleveron явно сделает обучение более привлекательным для молодежи. По-моему, таких комбинированных систем должно быть больше, и я вижу, что наши выдающиеся работодатели могли бы вносить в больший вклад в профессиональное обучение.

Мне, например, очень нравится система Швейцарии и Австрии, где большая часть обучения проходит у работодателя, а теоретическая часть – в классе. Если бы такие инициативы можно было бы поддержать на государственном уровне, мне бы это очень понравилось.

- Могли бы предприятия взять на себя и часть программы обучения Кассы по безработице?

- Думаю, что обучение у работодателя результативно. Это одна из тем, по которой можно было бы смелее обмениваться мыслями.

- Как вы думаете, эстонский рынок труда выдержит без иностранной рабочей силы?

- Я встречался с многими предпринимателями, которые четко сказали, что, если бы у них не работали иностранные работники, у многих из них возникли бы очень большие трудности. Без гастарбайтеров Эстония не справится. Вопрос в том, сколько и каким образом.

Государство должно быть в состоянии контролировать ситуацию и легализовать это. Это первостепенная задача – чтобы рабочая сила, которая хочет работать в Эстонии, могла это делать и платить Эстонии налоги.

Естественно, у нас есть люди, которые выпали с рынка труда, и найти им применение – наш приоритет, и, естественно, государству важно способствовать репатриации. Но без иностранной рабочей силы нам точно не обойтись.

Меэлис Паавел

Глава Кассы по безработице с 2002 года, т.е. с момента, когда она была создана.

В последний раз срок его полномочий был продлен на пять лет в 2017 году.

До избрания главой Кассы по безработице был депутатом Рийгикогу от партии Умеренных (ныне СДПЭ), ранее – уездным старейшиной Йыгевамаа.

НАВЕРХ