Урве Пало о казино: по поводу этической стороны дела я колебалась

Исполнительный директор Fenikss Casino Урве Пало.

ФОТО: SANDER ILVEST / Postimees Grupp

Распрощавшаяся весной с политикой бывший министр Урве Пало говорит, что отправилась руководить казино, приняв вызов разрушить монополию Olympic. По частному сектору она скучала всегда, потому что хотела сосредоточиться на работе, а не заниматься все время посторонними вещами и составлением отчетов, пишет Postimees.

- В течение последнего года многие политики перешли на работу в частный сектор. Что стало толчком для вас?

- У каждого человека своя история. Когда я пришла в политику, я знала, что это временно. Сама я думала, что лет на восемь, но задержалась почти на 12 лет. Я была абсолютно уверена, что мое время в политике не должно превышать времени моей карьеры в частном секторе, которая длилась 15 лет, и я очень за этим следила. Честное слово.

Я не считала себя политиком. Каждый раз вздрагивала, когда рядом со своим именем я видела – «Урве Пало, политик». Я и политик?! Я же не политик. Я хотела обратно в частный сектор. Я скучала по нему. Следила и за тем, чтобы уйти до выборов и не обманывать избирателей.

- О чем вы больше всего скучали?

- Я скучала по такой работе, где я могу заниматься своим делом: у тебя есть цели, планы и команда и ты спокойно работаешь. Ты не создаешь видимость работы и не занимаешься посторонними факторами. Ты не должен объяснять свои действия никому, кто не в курсе твоих дел. В общественном секторе есть совершенно непонятные обязанности, поскольку ты должен отчитываться перед налогоплательщиком, но у каждого свое мнение. Это ужасно меня нервировало. Я не могла сосредоточиться на своей работе и постоянно должна была заниматься посторонними вещами. Еще раз: это является частью работы политика. Но значит я плохой политик, если меня это раздражает. Сейчас я наслаждаюсь, поскольку могу заниматься настоящими делами.

- Теперь вы руководите Fenikss Casino, как вы попали в этот бизнес?

- Ну, пути неисповедимы. Весной я сообщила рекрутинговым фирмам, что я есть. С представителями одной из них мы очень быстро встретились, и руководитель сказал мне, что у них есть одно место, которое мне бы хорошо подошло, но это – казино. В первом порыве я ответила, что это не то, о чем я думала. Я хотела, чтобы это было какое-то международное предприятие, поскольку раньше я работала именно на таком и мне нравилась такая корпоративная штука и широкий подход.

Одним словом, они все же прислали мне это предложение, и я начала знакомиться со сферой деятельности. Пару месяцев ходила на переговоры и прояснила для себя ситуацию. Поняла, что для меня как для руководителя это очень хороший вызов. В Эстонии в сфере казино есть один крупный игрок, который за 20 лет проделал очень хорошую работу. Другие позволили этому случиться, так и возник монопольный лидер.

Концерн, которым я руковожу, хотел бы сам иметь эту позицию. Для руководителя очень интересно, если собственник готов инвестировать и давать тебе возможность заниматься маркетингом, мотивацией людей, увеличением узнаваемости предприятия и повышением социальной ответственности. Это очень интересный вызов.

Это же не секрет, что предприятие находится в минусе. Очень просто руководить предприятием, где все налажено и нужно просто работать дальше. Я – не тот тип. Мне нравится строить и развивать, и когда все будет налажено, я с удовольствием передам эту работу другому.

Fenikss Casino

С июня Пало руководит фирмой OÜ Novoloto, принадлежащей концерну Novomatic AG, которая работает в Эстонии под торговой маркой Fenikss Casino. Тому же предприятию с апреля 2019 года принадлежит сеть казино Grand Prix. Novoloto управляет 22 игровыми залами по всей Эстонии и, кроме Таллинна, представлено в Тарту, Нарве, Пярну, Вильянди, Раквере, Йыхви и Кохтла-Ярве.

- Под монопольным предприятием вы подразумеваете Olympic, который Армин Кару и Яан Корпусов продали зарубежному фонду. Каковы ваши цели на рынке? Olympic же здесь доминирует.

- Да, в Эстонии Olympic известно, как крупное и сильное предприятие, коим оно и является. Но так крупно оно работает только в Эстонии. Fenikss – очень крупное предприятие в мировом масштабе. Наше предприятие на 60 процентов принадлежит австрийской фирме Novomatic grupp, которая является крупнейшим в мире производителем игровых автоматов и программ. В ней по всему миру работают около 30 000 человек, а потому мы есть повсюду, и в Лас-Вегасе. Моей задачей является занять такую позицию и в Эстонии. Естественно, это непросто. Olympic проделал хорошую работу. Мы должны увеличить доверие и качество работы предприятия. Мы не будем искать новых клиентов, но говорим о том, что те люди, которые предпочитают Olympic, должны знать, что есть и другая, может быть, даже более лучшая возможность.

- Вас этическая сторона не беспокоит? Доходы казино идут за счет людей, которые проигрывают свои сбережения.

- Об этической стороне я очень серьезно думала тогда, когда мне сделали это предложение. Вывод, к которому я пришла, заключается в том, что будь человек богат или беден, он все же хочет развлечений. Часть из них, а точнее четыре процента взрослого населения Эстонии, решили, что им нравится проводить время именно за игровыми автоматами. И в целом азартные игры переживают тенденцию роста, но скорее в интернете. Сфера растет и не мне говорить людям, какое хобби они должны себе выбирать.  

Большинство людей, более 90 процентов, делают это ответственно. Они не оставляют все свои деньги в казино, как вы говорите. Ты можешь играть по 10 центов, что многие и делают. Это единственная сфера деятельности, где это можно делать. В случае алкоголя, ты этого делать не можешь. Или в случае шопинга: ты же можешь оставить свои деньги и в магазине. Там ты не можешь установить ограничений, а в казино можно.

Это очень хорошо отрегулированный бизнес и форма развлечения, которая существует уже давно. Во многих странах, например, в Финляндии, она находится в руках государства. То есть, Финляндия занимается неэтической деятельностью?

- Как часто вы сама ходите в казино?

- Я не хожу в казино. Только для того, чтобы посмотреть, как там дела. Играть я не могу, это указано в моем трудовом договоре. Поскольку, например, если получится так, что я играла и выиграла, то возникнет вопрос, не было ли тут какой-то подтасовки. Создавая Olympic, Армин Кару подражал Лас-Вегасу, куда едут не только играть, но и развлекаться, ходить на концерты и так далее. У Olympic такое место только в представительском казино в Hilton. И у нас есть план создать такое место. Я думаю так, что пусть самих казино будет меньше, но пусть они будут лучше. Местом, куда люди хотели бы приходить. Многие приходят играть, потому что у них там друзья. Они тратят за вечер пять-десять евро. Я и сама вижу, что казино могли бы двигаться в сторону развлечений.

- Вашим основным конкурентом является Olympic или онлайн-казино?

- Скажем так, что оба параллельно: есть люди, которым нравится сидеть у аппарата, но тенденция онлайн-казино растет год от года. Это тенденция, с которой нужно двигаться нога в ногу.

- Как у вас дела с рабочей силой?

- У нас сейчас в Эстонии 22 казино. Это означает, что всего у нас почти 300 работников, и каждый день нужно заниматься поиском обслуживающего персонала. Одна часть работы, которой я занимают – это пересмотр и повышение зарплат, и повышение узнаваемости предприятия. Признаю, что найти работников не очень просто. Особенно таких, которые знали бы эстонский язык, но это не только наша, это проблема всего сектора обслуживания.

- И что делать? Просто смириться?

- Магазины автоматизируются. Мне, как клиенту, это не нравится, но нужно идти в ногу со временем. Если в перспективе говорят о торможении роста зарплат, то я вижу это лишь в случае белых воротничков. Если бы говорим о малооплачиваемых работниках или о секторе обслуживания, то там давление зарплат сохранится, и зарплаты продолжат расти. Обслуживание – это не та сфера деятельности, куда можно взять украинского строителя.

Если мы посмотрим на экономику шире, то увидим, что если несколько лет назад предприниматели жаловались, что зарплаты слишком высокие, то теперь они поняли, что жаловаться нет смысла. Нужно механизироваться и автоматизироваться, или производить продукцию, при помощи которой ты сможешь платить высокие зарплаты. Если твоя бизнес-модель основана на дешевой рабочей силе, то нужно заканчивать этот бизнес в Эстонии.

- Насколько активно вы следите за новостям, политическими событиями, разговорам о государственном бюджете?

- Поначалу, когда я ушла из политики, не следила вообще. С весны по осень не следила, а теперь интерес постепенно возвращается.

- Что думаете о нынешнем правительстве?

Во-первых, воспринимаю абсолютно спокойно. Это – правительство, избранное демократическим путем. Парламент же у нас избран демократически, с этим никто не спорит, и как следствие, демократически было составлено и правительство. Мне нравится то, что они не боятся говорить о вещах, которые в течение долгого времени считались темами-табу. Начиная от налоговой политики, и заканчивая строительством шоссе. Мне это нравится. Как будет дальше? Слова – это хорошо, но посмотрим, как они сойдутся с делами. Это мы еще увидим, поскольку правительство находится у власти лишь полгода.

Что мне еще нравится – попробуем быть оптимистами – это то, что премьер-министр начал говорить на темы, которые его огорчают и которыми он мог бы заниматься. ОЭРС годами предъявляло Эстонии претензии, что у нас велико неравенство, а социальная отверженность и абсолютная бедность растут. Я как человек экономики считаю, что если эти проблемы вырастут еще, то в будущем это окажется огромным тормозом для развития экономики, а потому я советую правительству заниматься делами.

Урве Пало

Урве Пало закончила факультет экономики Тартуского университета и в течение семи лет руководила эстонским крылом крупного французского концерна Saint-Gobain Isover.

Она неоднократно получала признание, как успешный руководитель, а газета Äripäev выбрала ее предпринимательницей года.

В период 2006-2018 годов Пало входила в состав Социал-демократической партии, занимая посты министра по делам народонаселения, экономики и инфраструктуры, предпринимательства, а также предпринимательства и инфотехнологий.

НАВЕРХ