О смысле взрыва спроси у мертвых: послесловие к взрыву под Северoдвинском

Владимир Юшкин в студии Postimees

ФОТО: Pm

Если верить Министерству обороны России, то физики из Арзамаса-16 отдали жизни за плохую работу других, тех, кто уже несколько десятилетий разрабатывает, изготовляет и испытывает ядерные ракетные двигатели, пишет Владимир Юшкин.

8 авгуcта 2019 гoда на 45-м Государственном морском испытательном полигоне ВМФ («Девятка» или «Сопка» на военном жаргоне), в поселке Нёнокса, в 30 км от Северодвинска произошел взрыв. В результате трагедии погибли пять сотрудников «Росатома» и двое представителей Минобороны. Ранения получили трое военных и трое специалистов госкорпорации. Автoматизированной системой контроля радиационной обстановки в шести из восьми пунктов Северoдвинска зафиксированы превышения мощности дoзы гамма-излучения в 4-16 раз. Однако почти сразу после публикации власти Северодвинска удалили это сообщение с сайта администрации. Военные срочно закрыли для плавания на месяц участок Двинского залива в Белом море.

Минобороны России сообщило, что «на полигоне в Архангельской области при испытании жидкостной реактивной двигательной установки произошел взрыв и возгорание изделия. Никаких выбросов вредных веществ в атмосферу не было, радиационный фон в норме».

12 августа в городе Саров хоронили пятерых инженеров-физиков Российского ядерного центра, погибших при взрыве в Нёноксе. Хоронили в городе, где было создано КБ-11 (которое мы знаем как Арзамас-16), и где были разработаны и произведены все советские атомные и ядерные боезаряды, боеголовки ракет и торпед и та самая «кузькина мать». И сегодня РВСН на 95% оснащены ядерными боеприпасами и боезарядами, разработанными и созданными в Сарове.

Но почему погибли только физики из Арзамас-16? Ведь хорошо известно из открытых источников, что проект разработки «крылатых ракет с прямоточным двигателем с использованием атомной энергии», поддержанный И. Курчатовым, М. Келдышем и С. Королёвым, был утвержден постановлением правительства еще в 1953 году. В 1978 году состоялся энергетический пуск первого реактора ЯРД (ядерный ракетный двигатель) 11Б91 на стартовом комплексе «Байкал» (Семипалатинский полигон). Известно, что работы над проектом проводились в 1965—1985 годы. Головные разработчики: НПО «Энергомаш» (сегодня ведет работы по проекту ядерного ракетного двигателя класса РД-4ХХ) и Центр Келдыша (сегодня принимает участие в создании «ядерной энергодвигательной установки мегаваттного класса»).

Если верить МО России, то физики из Арзамаса-16 отдали жизни за плохую работу других, тех, кто уже несколько десятилетий разрабатывает, изготовляет и испытывает ядерные ракетные двигатели?

Генералы и «бомбоделы»

Как известно, Никита Хрущев называл ведущих физиков страны - А. Сахарова, И. Курчатова, Ю. Харитона - «бомбоделами». Когда в 1996 году ООН приняла Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), руководство Генштаба и «бомбоделы» из Арзамаса-16 поставили Кремль перед сложным выбором.

Во-первых, заявили они, стало невозможно гарантировать надежность и безопасность существующего ядерного арсенала. Ракеты проверяют пробными пусками с болванкой боеголовки. А как проверить саму ядерную боеголовку?

Во-вторых, стало невозможно совершенствовать и создавать новые типы ядерных боеприпасов.

Дело в том, что после помещения оружейного урана, плутония или их смеси в боеголовку процесс деления этих веществ продолжается. В боезаряде идет малоизученный процесс накопления отдельных элементов распада, в частности, растет доля америция. Постепенно химический состав боезаряда меняется всего на доли процента, но этого достаточно для изменения его первоначальных характеристик. Изменившаяся химическая среда неизбежно влияет на конструкционные материалы, из которых создана оболочка. Например, спецсталь в результате длительного воздействия оружейных расщепляющихся материалов становится настолько хрупкой, что рассыпается даже от легкого удара. Существует единственный способ проверить правильность расчетов и адекватность модели — реальные испытания.

В Кремле испугались и дали добро совершить обходной маневр. Физики выход нашли - созданная сверхсекретная методика проведения ядерных испытаний в обход договора получила название подкритичекие испытания.

Суть таких испытаний в том, что взрывающаяся химическая взрывчатка (например, тротил) расплавляет сердцевину ядерного устройства (уран-235 или плутоний-239), которое начинает вести себя как жидкость. Практически ядерный материал берут из «стареющей» боеголовки в микроколичествах и помещают в оболочку из взрывчатки. При этом ядерной энергии, выделяемой в ходе деления небольшого количества, например, плутония (0,1 мкг тротилового эквивалента), будет недостаточно для того, чтобы сердцевина была нагрета до температуры плазмы и взорвалась «как бомба».

Эта методика дает возможность получения и уточнения информации о двух основных параметрах ядерного взрывного устройства: оптимальном моменте для начала цепной реакции и, во-вторых, скорости протекания цепной реакции в период между ее началом и началом самого взрыва. Иными словами, с помощью подкритических испытаний можно не только контролировать существующий арсенал, но и совершенствовать ядерное оружие. Обычно такие испытания проводились на ядерном полигоне в проливе Маточкин Шар архипелага Новая Земля. Кроме того, подкритические испытания могут быть обнаружены только специальной аппаратурой, размещенной в непосредственной близости от места проведения эксперимента.

Скромное молчание Кремля

Нам известно достоверно:

1) Количество погибших (пятеро и все из Арзамаса-16),

2) Взрыв был подводный (произошел под понтоном). Об этом говорил на встрече с жителями Нёноксы капитан первого ранга Владимир Босый, командир военной части 09703, которая обслуживает главный военно-морской полигон: "люди вышли на понтон, и под понтоном все взорвалось".

3) Валентин Костюков, директор российского ядерного центра в официальном заявлении сообщил, что центр к работам в Белом море серьёзно готовился около года: «Казалось бы, всё должно быть реализовано, но ситуация пошла по внештатному варианту».

4) По данным «Новой газеты», на полигоне в Нёноксе в момент испытаний присутствовал замминистра обороны Павел Попов, в подчинении которого, в том числе, находится Главное управление научно-исследовательской деятельности и технологического сопровождения передовых технологий (инновационных исследований).

5) В зоне происшествия 8 августа находился корабль Росатома для сбора радиоактивных отходов «Серебрянка» (вошел в Двинский залив 6 августа, ушел обратно в Мурманск 9-го числа).

6) Информация о изотопном составе выбросов в ходе ЧП не разглашается, поскольку тогда станет более понятно, что за устройство было использовано при испытаниях нового вида оружия. Хотя такой анализ достаточно просто сделать с использованием стандартных гамма-и альфа-спектрометров. Однако даже размещение гамма-нейтронной регистрирующей аппаратуры вблизи проведения эксперимента не обеспечивает гарантий получения объективных результатов. В частности, простейшими методами искажения первичной информации могут быть: отключение питания детекторов на момент взрыва или перемещение детекторов на большее расстояние от места проведения эксперимента.

7) В зоне происшествия находилось также спасательное буксирное судно класса «Звездочка» (бортовой номер 600). Кроме мощных кранов она оснащена двумя дистанционно управляемыми подводными аппаратами.

8) Существует жесткое правило: если на полигоне в Нёноксе проводятся испытания или стрельбы, то объявляется закрытие той или иной части воздушного или водного пространства в районе полигона (можно контролировать по данным NOTAM, публикуемым на регулярной основе). 8 августа предупреждений о закрытии воздушного или водного пространства в Нёноксе не выпускалось.

9) По данным Радио Свобода (со слов жителей села Нёнокса), когда на полигоне проводятся испытания, всегда проводится эвакуация поселка. Однако 8 августа эвакуация не была объявлена.

Ключом к решению задачи, поставленной этой достаточно достоверной матрицей данных, надо считать слова директора российского ядерного центра Валентина Костюкова: «К работам в Белом море Центр серьёзно готовился около года». То есть Арзамас-16, а это двадцать тысяч специалистов высочайшей квалификации, напряженно трудились почти год. Можно с большой долей уверенности говорить о том, что испытывался новейший образец ядерного боезаряда для использования под водой. Понятно, что это были подкритические испытания. Но почему эти испытания проводились не как всегда в проливе Маточкин Шар архипелага Новая Земля? Возможно, военных не устроили параметры пролива: ширина около 600 м, а наибольшая глубина 12 м.

Отсутствие NOTAM на этот день и эвакуации поселка может быть также подтверждением того факта, что военные хотели провести операцию в условиях строжайшей секретности, опасаясь, что благодаря предупреждениям о ней узнают за рубежом.

В Москве исходят из того, что в ДВЗЯИ нет определения ядерного взрыва. То есть взрывы обычной взрывчатки с использованием ядерных материалов при отсутствии самоподдерживающейся ядерной реакции («подкритические испытания») нарушением не являются. Однако на этот раз физики из Арзамаса-16, видимо, ошиблись в расчетах - ядерная реакция все же началась, и взрыв произошел.

Но в расчетах не ошиблись в Кремле. По данным Пентагона (генерал Джон Хайтен), у России скоро будет 11 платформ для доставки своих ядерных зарядов, поскольку в Москве считают, что большее число и разнообразие нестратегических ядерных систем обеспечивают принудительное преимущество в кризисных ситуациях и на более низких стадиях конфликтов.

НАВЕРХ