Postimees на Донбассе: вместо надежды на мир в местных живет страх

Невооруженный офицер Украинских сил на пропускном пункте "Станица Луганская".

ФОТО: Jaanus Piirsalu

Postimees, побывав в зоне военных действий, убедился: разведение сил на Донбассе сейчас не представляется реальным, поэтому переходить к мирным переговорам невозможно. Первоначальный результат добрых намерений президента Украины Владимир Зеленский – местные жители напуганы отсутствием информации. 

Находящиеся под контролем сепаратистов сёла Петровское и Богдановка, расположенные в 50 км к югу от Донецка, среди бескрайних полей. В обоих сёлах остались совсем немногие жители, большая часть домов заброшены. Хотя многие годы сёла находились на линии фронта, обошлось практически без потерь: эти места не представляют стратегической ценности. Однако с политической точки зрения они очень важны: сейчас это одни из самых важных сёл во всей Европе.

«Политики ждут семи дней тишины (соблюдения режима прекращения огня — ред.), а мы ждем приказа», – сказал изданию Postimees пресс-офицер 128-й пехотной бригады Украины, расположившейся в Богдановке, старший лейтенант Богдан Петрик. Приказа, который положит долгожданный конец длящейся уже пять лет войне на Донбассе.

Три года назад Украина, Россия и сепаратисты (ДНР и ЛНР) договорились в Минске, что для достижения продолжительного перемирия необходим отвод сил в трех пунктах. Село Петровское — один из них. Однако разведение вооруженных сил Украины и республик Донбасса, которое должно было начаться в первых числах октября в районе населенных пунктов Золотое и Петровское, не состоялось, поскольку сёла были обстреляны, а по условиям сделки, разведение могло состояться только на седьмой день прекращения обстрелов.

Карта линии фронта на Донбассе

ФОТО: ANDRES HAABU/PM/SCANPIX BALTICS

«Каждую ночь слышны выстрелы, – говорит 88-летний Федор, один из десяти последних жителей Богдановки. – Было бы хорошо, если бы прекратили стрелять». Каждый день на Донбасском фронте протяженностью 400 км происходят перестрелки. В сентябре погибли 16 украинских солдат. В октябре, по состоянию на вчерашний день, погибли девять.

Находившиеся близ поселка Зайцево журналисты Postimees в субботу вечером были свидетелями длинной пулеметной очереди и последующей серии стрельбы из автоматического гранатомета АГС по позициям украинских войск. Естественно, военные Украины ответили.

К счастью, выстрелов из тяжелого оружия стало меньше, что отмечают как местные жители, так и военные. Преимущественно стреляют из легкого оружия, участились и атаки снайперов, что, по словам украинских военных, главная причина гибели военных. Также перестрелки перемещаются от линии фронта в более укромные уголки, подальше от глаз наблюдателей ОБСЕ, что повлияло на уменьшение числа жертв среди гражданского населения.

Петровское и Богдановка расположены в шести километрах друг от друга. Линия фронта пролегает более-менее по центру сёл. Согласно договору, обе стороны конфликта должны отвести войска от линии фронта по меньшей мере на километр. «Логика в том, чтобы мы были вне зоны обстрела друг друга, – говорит старший лейтенант Петрик. – Снайпер должен быть мастером спорта, чтобы суметь попасть в цель с такого расстояния».

Конечно, такое расстояние – не помеха минометам и артиллерии, но использование оружия более крупного калибра в любом случае официально запрещено. Главные позиции украинских сил под Петровским в любом случае находятся дальше предусмотренного километра от линии фронта. Кстати, официально ее называют линией контакта, поскольку на Украине нет военного положения.

Проживающая в Богдановке пенсионерка выживает только благодаря помощи украинских солдат.

ФОТО: Jaanus Piirsalu

Украинский солдат из Закарпатской области, который участвует в войне с самого ее начала, говорит, что когда приходит приказ отдать врагу хотя бы метр земли, «пропитанной кровью его товарищей», он бросает оружие и просто уходит, и исполнять такой приказ не собирается. То же говорят и другие солдаты. Какой-либо конкретной информации об отводе солдат, держащих линию фронта, нет.

«Я надеюсь, что войска Украины не уведут от села», – говорит говорящий на украинском старик Федор встревоженным тоном.

Проживающая в селе Новогнатовка, находящееся еще дальше от Богдановки, 86-летняя Ольга живет в бедности, в сарае, который, кажется, был построен еще в позапрошлом веке. «Главное, чтобы я с ума не сошла. Я украинка, это точно, и я свою землю не покину», – отвечает Ольга на вопрос, верит ли она, что на Донбасс вернется мир. А потом начинает плакать, потому что намного больше ее волнует судьба захоронений в Богдановке. «Господи, попаду ли я еще на кладбище в Богдановке? У меня же там все похоронены. Кто меня туда отвезет?»

 86-летняя Ольга живет в ужасных условиях в Новогнативке.

ФОТО: Jaanus Piirsalu

Все ее дети живут на стороне сепаратистов. Как и дети старика Федора. А пожилые остались бедствовать на линии фронта. Типичная картина по всему Донбассу.

Город Золотое в Луганской области — другой населенный пункт, в котором, согласно договору, должно было начаться разведение войск. Здесь войска сторон находятся всего в 300 метрах друг от друга.

«Я слышала, что войска отведут на 15 километров отсюда», – говорит руководитель художественной школы в Золотом Надежда Пирогова.

«Я слышала, что войска отведут на семь километров», – говорит местный активист гражданских прав Елена Винокурова.

«Я знаю, что отведут на один километр, и слышал, что это только первый этап», – говорит лидер пятидесятников и добровольный капеллан Юрий Печёный.

У всех трех, кто побеседовал с Postimees, разные версии того, как будет происходить разведение войск. Тотальная нехватка информации пугает местное население, которые боятся, что отступающие украинские силы оставят их в формирующейся буферной, так называемой серой зоне, без защиты.

«Когда мы останемся в серой зоне, здесь может начать происходить ночами все что угодно и никто нас не защитит. Если ночью сюда может прийти кто угодно (со стороны сепаратистовред.), то наш человек (имеет в виду лояльных Украине местных жителей ред.) может очень легко пропасть», – объясняет Печёный, почему часть жителей находится в панике, а потому он против любых перемещений войск.

Печёный солидарен с Винокуровой. «Я очень боюсь, что если наши войска отойдут, то сепаратисты вернутся. Я не верю ни единому слову Путина! Если вмешаются «голубые каски» (миротворцы ООНред.), я с этим соглашусь».

«С чего-то надо начать, если мы хотим закончить войну! – парирует Пирогова. – Зеленский обещал нам мир. Теперь мы ждем этого».

Советник председателя Луганской военно-гражданской администрации 32-летний Алексей Бабченко в этом споре на стороне Пироговой. «Без этих шагов мы никогда не вернем оккупированные территории».

Золотое состоит из пяти шахтерских поселков, всего население составляет около 14 тысяч человек. Один из поселков — Золотое-5 – под контролем сепаратистов, ЛНР. Линия фронта здесь пролегает сквозь поселки Золотого таким образом, что из близлежащих дворов жилых домов можно видеть позиции обеих сторон.

Бабченко говорит, что людям бояться нечего: войска Украины не уйдут далеко. По его словам, обе стороны сейчас должны отступить настолько, чтобы между ними осталась двухкилометровая линия шириной 400-500 метров. В таком случае в серой зоне останется часть села Катериновка с несколькими десятками домов.

Люди не особо верят Бабченко, поскольку авторитета у местной власти уже нет: за пять лет войны украинская власть не принесла жителям Золотого ничего хорошего. Теперь же, когда Золотое в центре внимания СМИ, с осени здесь начали латать дыры в асфальте на дороге, ведущей к контрольному пункту, где должно произойти разведение сил. Остальные же дороги, ведущие в Золотое, такие же, на каких в Эстонии проводят гонки внедорожников.

Продолжение читайте на эстонском языке здесь.

НАВЕРХ