Травля в школе — это как болезнь

Александра Мунтс-Авайыэ признается, что больное место системы образования — совместная работа школы и родителей, а точнее ее недостаток.

ФОТО: Анна Маркова

Для многих издевательства в школе становятся серьезной проблемой, но существует много способов, помогающих с этим бороться.

Проблема травли в учебных заведениях все еще остается актуальной, и не все школы, особенно с русским языком обучения, присоединились к программам по созданию безопасной учебной среды. Новоиспеченный координатор школ по программе «Освободимся от травли!», сотрудник Союза защиты детей Александра Мунтс-Авайыэ рассказала о том, как обстоят дела в сфере профилактики травли и над чем еще стоит поработать.

Каждый пятый или даже каждый четвертый ребенок в Эстонии испытывал на себе школьную травлю. Согласно проведенному в 2018 году в Эстонии исследованию EU Kids Online, 23 процента детей сталкивались с этой проблемой хоть раз за последний год. Несмотря на то, что проблема травли затрагивает почти четверть всех школьников Эстонии, не все школы участвуют в программах предотвращения травли в учебных заведениях, к которым относится и узнаваемая по фиолетовым мишкам «Освободимся от травли!», созданная при Союзе защиты детей при финансовой поддержке Министерства образования и науки. В феврале следующего года исполнится десять лет, как программу начали использовать в детских садах, и на данный момент к ней присоединились 476 дошкольных учреждений. Школы же начали присоединяться только с 2013 года.

В Эстонии более 500 общеобразовательных школ, а программу «Освободимся от травли!» на сегодняшний день имеют право использовать только 145 школ, из них 23 школы с полным или частичным русским языком обучения. И хотя многие школы присоединились к другим программам по созданию безопасной учебной среды или же используют свою внутришкольную профилактическую программу, но все же есть еще много образовательных учреждений, которые так и не определились. По словам Александры Мунтс-Авайыэ, некоторые школы просто запутались и не понимают, например, разницы между программой Союза защиты детей «Освободимся от травли!» и программой ЦУ «Школа без травли», так как названия почти одинаковые. Поэтому конференция «Замечаю и вмешиваюсь», прошедшая 9 октября в Таллинне, ставила своей целью мотивировать директоров школ использовать государственные программы, тем более, что присоединение к программе «Освободимся от травли!» бесплатное, и школам не нужно отвечать каким-то определенным критериям, чтобы начать использовать методику.

Травли становится больше или меньше?

Программ-то много, но работают ли они? Согласно Исследованию института развития здоровья, опубликованному в мае этого года, с травлей за пару месяцев сталкивались по крайней мере один раз 35 процентов учеников, 15 процентов из них — неоднократно, два раза в месяц или чаще. В то же время эти показатели раньше были выше, и с годами число детей, страдающих от травли, снижается. В 2015-2016 году Psience OÜ по заказу Союза защиты детей провел исследование пилотных школ, присоединившихся к программе «Освободимся от травли!», и выяснилось, что учащиеся стали чаще вступаться за одноклассника, которого задирают, а их словарный запас шире, и они могут лучше описать, что чувствуют.

Где искать помощи или совета?

Телефон помощи детям 116 111 (бесплатно и круглосуточно);

Чат на странице www.lasteabi.ee;

Поговорить с тем, кому вы доверяете;

Поговорить со школьным учителем, психологом, социальным педагогом;

Веб-констебль - в случае кибертравли;

Полиция - в случае угрозы насилия.

«Меняется и сама травля. Ее виды становятся более изощренными и скрытыми. Появились такие понятия, как кибертравля, травля на почве сексуальной ориентации, травля беженцев и мигрантов», – рассказывает Александра. Согласно исследованию EU Kids Online, 40 процентов участвовавших в исследовании детей в Эстонии были свидетелями кибертравли в последние 12 месяцев. Примечательно, что 36 процентов детей, подвергшихся кибертравле, не делятся этим опытом ни с кем. В таком случае единственные, кто может помочь ребенку справиться с проблемой, - ранее пассивные наблюдатели. Одна из целей программы «Освободимся от травли!» – добиться того, чтобы дети имели смелость прийти на помощь однокласснику или хотя бы сказать о проблеме взрослым.

«Пассивные наблюдатели травли также страдают. Они испытывают бессилие перед толпой, страх, ощущают себя бездушными, потому что не могут вмешаться. Методика «Освободимся от травли!» направлена на группу в целом, а не только на жертву и агрессора, потому что травля - это феномен группы», – говорит Мунтс-Авайыэ. «Травля – это как болезнь. Если мы не моем руки, то заболеем. Если у нас не очень чистая атмосфера в классе, то травли не избежать», – говорит она.

Травят не только детей, но и учителей

Важно затронуть и травлю педагогов. Эта проблема была и раньше, но сейчас она вновь на повестке дня. Мунтс-Авайыэ, сама работавшая в школе руководителем по развитию, объясняет, что детям, а порой и взрослым, все равно, кого травить. «Иногда агрессоры используют травлю как клей, чтобы «дружить» с другими детьми. Если ребенка не научили заводить дружбу по-другому (а общение — естественная потребность человека), то он пытается найти общение со сверстниками с помощью травли другого ребенка или даже учителя. Травля — результат неправильно выстроенных между людьми отношений».

Травля – это как болезнь. Если мы не моем руки, то заболеем. Если у нас не очень чистая атмосфера в классе, то травли не избежать.

Мунтс-Авайыэ подчеркивает, что совместно с родителями учитель, работающий с классом, отвечает за то, чтобы в классе не было травли. Именно они проводят с детьми больше всего времени. Но тут встает вопрос, обязан ли учитель тратить свое рабочее время еще и на наставления? Многие скажут, что педагог — должен учить, а не воспитывать. «На эту тему можно рассуждать сколько угодно, но есть закон и государственная программа обучения, где прописано, что у педагога не только учебные, но учебно-воспитательные цели».

Мунтс-Авайыэ признается, что больное место системы образования — совместная работа школы и родителей, а точнее ее недостаток. «Я сама работала в школе, и могу точно сказать, что труднее всего работать с родителями, а не с детьми. Родители активизируются, уже когда с детьми что-то случилось. В этот момент они еще и более всего эмоциональны, что выливается в конфликты. Не во всех школах, но очень часто у нас слабые родительские советы в школах, родителям не дают участвовать в принятии школьных решений, им просто не дают ответственности, поскольку брать ее они не готовы, да и не хотят, а в итоге остаются недовольными».

Зачастую родители отдают детей в школы, не зная, по каким правилам и распорядку она живет, считает Мунтс-Авайыэ. Если бы родители больше интересовались тем, что происходит в школе, как работает система оценивания, и прочие нюансы, то многих конфликтов можно было бы избежать, тем более, что все правила находятся в открытом доступе. «Нам еще предстоит найти путь, как наладить и укрепить сотрудничество между родителями и школой», – отмечает специалист.

В этом году городом школьного мира стала Нарва. Необъяснимо, но факт: в Нарве нет ни одной школы, которая присоединилась бы к программам «Освободимся от травли!» или «Школа без травли» (KiVa)». В Союзе защиты детей намерены это исправить. По словам Мунтс-Авайыэ, в течение всего учебного года в Ида-Вирумаа будут проходить культурно-образовательные мероприятия для создания безопасной среды в школе. В следующем месяце, 8 ноября в Нарвском колледже Тартуского университета пройдет обучение по этой теме для руководства местных школ.

Этим летом Эстонию потряс случай суицида ребенка в Силламяэ. «Следствие по делу еще не окончено и полиция пока не сделала выводы, была ли травля на самом деле. Но мы знаем, что Силламяэская школа, другие школьники и родители до сих пор страдают из-за этого случая и того, как эстонские СМИ освещали события», – говорит Мунтс-Авайыэ. Союз защиты детей сразу после трагедии в Силламяэ обратился к медиа с просьбой критически оценивать информацию и взвешивать необходимость публикации.

«Любой другой страдающий от травли ребенок, открывший статью о суициде другого мальчика якобы из-за травли, найдет для себя ответ, что делать. Неправильный ответ. Потому что журналист не написал главного: что же делать в такой ситуации и куда обращаться за помощью». Мунтс-Авайыэ призывает СМИ и общественность не делать выводы раньше, чем о них сообщает официальный орган. В случае трагедии в Силламяэ — полиция. «Когда делают выводы раньше окончания расследования, это ставит под сомнение профессионализм и репутацию школы, учителей, работников службы защиты детей и других специалистов в данной сфере».

НАВЕРХ