Сдохни, тварь!

Марианна Тарасенко.

ФОТО: Тоомас Татар

Врачи у нас, в основном, хорошие. Есть отличные. Есть превосходные. Есть такие, которые творят настоящие чудеса. И, боюсь, число последних будет неуклонно расти – не вопреки, а именно благодаря нашей медицинской системе. Это же сколько свободного времени, сил, настойчивости, сознательности – а главное, здоровья – надо иметь человеку, чтобы оказаться у нужного врача в состоянии, когда его можно вылечить без применения чудес!

Как известно, с любой болезнью, – а не только с той, в рамках кампаний по выявлению которой жители Эстонии регулярно проходят обследования, – проще справиться на ранней стадии. Не занимайтесь самолечением, предупреждают нас со всех сторон. Не просите совета на псевдомедицинских сайтах, не верьте торговцам волшебными средствами «от всего» и «только от этого». Посоветуйтесь с врачом или аптекарем, кричит на нас реклама.

То лапы ломит, то хвост отваливается

Да, аптекарь всегда доступен, семейный врач – более-менее, а об остальном напоминать смысла нет. Как минимум половину светских разговоров и дружеских бесед людей в возрасте от 30 и до бесконечности составляют рассказы о том, каким образом кто-то попал к специалисту, сколько и с каким результатом просидел в EMO и как у кого-то «само прошло». Прошло или все-таки затаилось?

Вот несколько примеров из жизни. Во избежание обид и претензий со стороны страдальцев, максимально и в соответствии с подзаголовком маскирую виды их недугов. Рассказы приводятся в художественной обработке автора.

«Болел хвост, каждый день от него отваливалось по куску. Направили к специалисту. Очередь длинная, попала по блату – через соседку сестры зятя двоюродного дяди подруги. Специалист сам записал меня на обследование, ругаясь, что ближайшее свободное время – через полтора месяца. Накануне обследования я свалилась с высокой температурой, и мне перенесли время еще на месяц, но потом выяснилось, что надо ехать в командировку. Обследование снова перенесли, но по закону подлости и тогда что-то случилось. И я решила: ну его, это обследование. Тем более что от хвоста остался только огрызок и болит он реже».

«Очень ломило лапы, таблетки и мази не помогали. Врач посоветовал физиотерапию, но это платно. Я сказал, что если в рабочее время начну кататься через весь город, меня уволят и платить за физиотерапию все равно будет нечем. Врач предложил больничный, что тоже ставило возможность оплаты физиотерапии под сомнение. А поскольку работаю я как раз лапами, врач нашел компромиссный вариант: просто посидеть две-три недели на больничном – может, и без физиотерапии пройдет. Работодатель как узнал – аж взвился. Короче, закрыл я этот больничный. Пью обезболивающее и работаю, хоть бы до пенсии дотерпеть».

«Стал линять, значительно понизилась лохматость. Потом прошло, потом опять началось. Семейный врач направил к специалисту. Но пока я ждал очереди, лохматость снова повысилась, и специалист сказал, что сейчас он ничего не видит, кроме чистой шелковистой шерсти: ему бы в период обострения посмотреть. Через неделю обострилось, я позвонил, специалист оказался в отпуске. Чудом попал к другому, но опять в состоянии повышенной лохматости, чем навлек на себя подозрение в ипохондрии и симуляции. Плюнул я в итоге на это».

Сограждане, вы уверены, что все эти люди здоровы и через какое-то время не станут объектами чудес, которые придется творить субъектам, являющимся точно такими же заложниками системы здравоохранения? А если для чуда будет слишком поздно?

Мы здравоохренели?

А еще бывает, что и лапы, и хвост, и шерсть дают сбой одновременно.

«На меня все это навалилось, анализы были неважные, получила направления к нескольким врачам, в том числе и к специалисту в области А. Я удивилась: единственное, что меня не тревожило, это область А. Спросила семейного, зачем. „Потому что к ним обычно не попасть, – ответил он. – И вдруг – свободные номерки! Проверьтесь на всякий случай, потом, может, и не доведется“.

И да, это был единственный врач, к которому я попала сразу, а по остальным каталась еще четыре месяца в разные концы города, в процессе получив направления еще к двум специалистам. И каждый меня спрашивал: а вы у такого-то уже были? Нет, говорю, только через три недели попаду. А у другого? Нет, к нему еще даже не записалась. Всем хотелось увидеть общую картину, но когда она вроде бы сложилась, где-то заглючил компьютер, где-то зависла система, потом опять пришлось сдавать анализы… Спасибо, что на работе отнеслись к моим постоянным отлучкам с пониманием.

Неужели в таких случаях нельзя хотя бы дня на три класть на обследование, как это делали раньше? Сейчас у меня опять начинаются разные проявления не пойми чего – возраст, что поделаешь. Но еще раз я такого марафона не выдержу: пусть все идет, как идет».

А еще бывает, что организация внутри системы сводит усилия врачей к нулю. Напрочь.

«Простыл: температура, жуткий кашель. С подозрением на воспаление легких отправили на рентген. Дали больничный, через неделю опять к врачу. Прихожу и узнаю, что мне снова надо пройти рентген: не могут снимок найти. Сделали рентген еще раз, но потеряли рентгенолога: на звонки не отвечает. В итоге нашли, и при третьем посещении врача я узнал, что воспаления нет. Да и кашель прошел.

При выходе из поликлиники на радостях подвернул ногу и поехал в EMO. А там надо ждать в фойе, двери которого распахиваются прямо на улицу, откуда тянет жутким холодом. Двери закрыты – жарко, но они же все время открываются. Пока мог, сидел в куртке, потом снял. Постоянно кто-то входил и выходил, поэтому по ожидающим то пот тек, то злой ветер гулял. Помощь в плане ноги мне оказали. Вот только с таким трудом изведенный кашель вернулся с прежней силой: видимо, на горизонте брезжит очередной рентген».

Думаю, многие поняли, о каком таллиннском EMO идет речь. Интересно, а нельзя ли сделать что-то такое, чтобы страждущие действительно не сидели на сквозняке? Ой, что это я? Прекрасно понимаю, что нельзя.

Целую, тварь. Твоя система

А вот еще случай из EMO, но уже другого. Поздним вечером у человека приключилась – ну, скажем так – фигня. Врачебная консультация по телефону была краткой: а езжайте-ка вы, голубчик, в EMO! Голубчик и поехал. Приехал, народу не так чтобы много, но все в регистратуру. А в регистратуре – никогошеньки. Десять минут никогошеньки, двадцать минут, полчаса. Через час голубчик озверел (больно ему!) и начал поднимать восстание. Народ зароптал, заворчал, стульями задвигал…

На шум вышла триажная сестра, опытным взглядом определила вожака и, узнав, что его беспокоит, быстренько увела к себе. Давайте, говорит, пока хоть я посмотрю. Увидев фигню, медсестра приподняла бровь, озадаченно произнесла «опа» и тут же оказала помощь, которая заняла ровно три минуты. Когда вожак-штрейкбрехер покидал медучреждение, в регистратуре по-прежнему никого не было: сестра оттуда, как выяснилось, была срочно вызвана в отделение.

Таким историям несть числа, что-то подобное может рассказать каждый. Медицинские работники стараются изо всех сил, но – не система. Система говорит:

«Какое мне дело, что у тебя болит сейчас? Терпи три часа, терпи три дня, терпи три месяца. Лови в интернете, звони по телефону, бегай по городу, сиди неделями на больничном. А не дотерпишь – сдохни, тварь. Но если дотерпишь и твое острое заболевание наконец-то станет хроническим, ты будешь вознаграждена: врач сотворит очередное чудо, а я посажу тебя на пожизненный прием лекарств и даже на инвалидность.

Однако ты, тварь, все равно будешь работать, потому что в противном случае ты таки сдохнешь, тварь. Но голод – не моя компетенция, тварь, так что молчи. Твое дело, тварь, – зарабатывать деньги на операции и лекарства для детей, которые я не оплачиваю. У нас не очень много детей, тварь, поэтому ты сама должна понимать. И помни, тварь, что к тому моменту, когда детям приспичит в армию, они должны быть хоть слегка здоровы: хрониками я их сделаю потом. Так что старайся, тварь, терпи, тварь, и молись, чтобы работодатель тебя с твоими болячками тоже терпел. Желаю счастья, целую в обе щеки».

Как-то так.

НАВЕРХ