Тоом: я счастлива, что на Языковую инспекцию жалуются и граждане ЕС, которых достали проверки

Яна Тоом: "Языковая инспекция – это карательный инструмент".

ФОТО: Screenshot

«Наконец-то, Языковая инспекция взялась за Bolt и Wolt, потому что теперь у меня есть петиции не только от русских людей, на которых в Эстонии смотрят криво, но и от граждан ЕС, которых достали проверки. И мы все-таки это дело добьем!» – заявила в передаче «Своя правда» на канале ETV+ евродепутат Яна Тоом.

«У меня есть ответ Еврокомиссии о том, что эстонские языковые требования – дискриминирующие и являются препятствием на пути священной коровы ЕС – свободного перемещения рабочей силы», – отметила Тоом в ходе полемики с гендиректором Языковой инспекции Ильмаром Томуском.

В июле 2016 года правительство Рыйваса писало в Брюссель, что если работодатель может обеспечить эстонскому клиенту перевод, то владение языком не требуется. Это ложь!

Тоом рассказала, что недавно ей пришлось побывать со своим сыном в травмопункте в Брюсселе.

Мой сын пока не говорит по-французски, но в брюссельском травмопункте для него пригласили переводчика. Это делается так! И такой подход мог бы решить проблему и наших медсестер и врачей.

«Мы врем в Брюсселе, что мы это делаем, а на самом деле мы этого не делаем», – констатировала политик-центрист.

Евродепутат напомнила, как инспекция два года назад взяла под жесткий контроль врачей из Ида-Вирумаа: «Там работают украинские врачи, поскольку эстонские врачи, как известно, работают в Стокгольме и Хельсинки. Очереди к врачам растягиваются на месяцы».

Почему нельзя ограничиться тем, чтобы в несчастной Нарвской больнице был бы переводчик? Так нет же! Мы трясем врачей и выписываем штрафы.

Евродепутат подчеркнула, что прежнее правительство отчитывалось перед Брюсселем, что в Эстонии проверяют частные предприятия только в том случае, если есть жалобы: «Это тоже ложь! Мы ведь все помним сагу о нарвских таксистах. И тогда я получила от господина Томуска ответ, что за четыре года до массовой проверки нарвских таксистов не было ни одной жалобы на них. Это не вопрос жалоб».

Это вопрос того, что Языковая инспекция – карательный инструмент, который поддерживает весь этот комплекс дискриминационных мер. Конечно, язык знать надо, но водитель автобуса или такси не должен писать эссе на эстонском.

Тоом напомнила, что подобные языковые требования были установлены в 2011 году. «Вообще-то изначально вся эта идея была заточена на то, чтобы исключить часть населения из принятия решений. Это доходит до абсурда, в том числе на уровне квартирных товариществ», – добавила она.

Квартирное товарищество на общем собрании выбирает председателя, никаких ограничений нет. Это как бы расцвет демократии. Потом приходит Языковая инспекция и говорит: «Председатель, ты не говоришь по-эстонски».

«Это дикая, противоречивая история, пропитанная лицемерием», – считает Тоом. По ее оценке, такая картина наблюдается и в некоторых самоуправлениях: «Я помню, как это было с депутатами Нарвского горсобрания. Они читали что-то по бумажке по-эстонски, ничего не понимая, но языковой инспектор был очень доволен. Стараются же!»

И добавила: «Мне кажется, что мы ходим, как кошка возле горячей каши, вокруг простого факта: Эстония – национальное государство. Как мы помним еще по школе, национальные государства возникли после Вестфальского мира в 17 веке. Эта концепция сейчас уже немного «опоздала». После того, как возник ЕС, там от этой концепции отошли. ЕС – это объединение экономическое и ценностное».

Если мы хотели быть этнографическим музеем в ЕС, не надо было ходить в Евросоюз. А раз уж мы туда пришли, давайте уважать права друг друга.

«Наша президент сказала в интервью Латвийскому телеканалу, что когда мы научимся уважать права всех живущих в Эстонии людей, у нас не будет проблем. Она сказала это в контексте перевода всего образования на эстонский язык. Фактически принудительную ассимиляцию части населения президент называет соблюдением прав человека. Это звучит дико странно!» – отметила Тоом.   

«Я не против эстонской школы. Но эстонцы хотят, чтобы наши дети учились по-эстонски в русской школе. Как сказал глава партии Isamaa Хелир-Валдор Сеэдер, его эстонские дети – не материал для экспериментов, они не будут учиться с русскими детьми в одном классе. То есть, пусть русские учатся по-эстонски в своих русских школах, а эстонцы будут и дальше учиться в своих элитных эстонских школах?» – возмутилась евродепутат.

В Нарве для 97% людей русский является родным. Там очень сильная ассимиляция на почве языка. Это такой абсурд – засунуть русских в одну комнату и тащиться от того, что они говорят между собой по-эстонски.

Тоом убеждена, что написание эссе на эстонском не является профессиональной необходимостью водителя такси или трамвая, но при этом и от водителя такси, и от продавца шаурмы требуется уровень В1.

Мы хотим, чтобы вновь приехавшие сидели на пособии и учили эстонский язык, научить которому мы и своих-то не можем, не говоря о чужих?

Политик сослалась на недавно проведенный аудит Госконтроля: «Он признал, как скверно мы обучаем эстонскому языку, и подтвердил, что спрос превышает предложение в разы. Короткие курсы эстонского языка не лицензированы вовсе». 

То есть, ты можешь быть просто эстонцем с образованием плотника, и это позволит тебе вести курсы эстонского языка и даже выдавать какие-то справки, но при этом ты никого там ничему не научишь.

«У нас половина населения 30 лет учит другую половину эстонскому языку, и результата нет», – подытожила политик-центрист.

НАВЕРХ