Жесткий стиль общения и неуместное поведение директора заставляет учителей уходить из школы

Бывшие и нынешние учителя тартуской Школы Раатса обвиняют директора Тоомаса Кинка в жестких и неуместных высказываниях. Сам директор утверждает, что вульгарных выражений не использовал, просто у него такой черный юмор.

ФОТО: Маргус Ансу/Tartu Postimees

За последние десять лет из тартуской Школы Раатусе уволилось значительное число учителей – 60. По данным Эстонской инфосистемы образования, из данного учебного заведения в 2017/2018 учебном году уволились семь, а в 2016/2017 учебном году  –  шесть педагогов. И по данным отдела образования городской управы, в последние годы текучка кадров в этой школе была одной из самых больших. Нужно вспомнить еще и о том, что на эти десять пришлось и отделение от школы Раатусе гимназической части, пишет Tartu Postimees.

Часть уволившихся учителей говорят, что причиной ухода из Школы Раатусе был унижающий их достоинство стиль общения руководства. Причины увольнения учителей начали искать и родители, по словам которых, частая смена педагогов повлияла на детей. По словам директора Тоомаса Кинка, речь идет лишь о черном юморе, не больше.

Что происходит в тартуской Школе Раатусе? Почему учителя так непонятно часто переходят в другие школы?

Проработавший несколько лет в этой школе учителем физкультуры Маргус Удекюлль признался, что не знает, как долго еще останется на нынешнем месте. Он утверждает, что директор Кинк обозвал его в присутствии других людей «чертовым ублюдком». В свою очередь Кинк называет это глупостью и, по его словам, не считает, что такие обвинения обоснованы.

В шутку или всерьез?

"Бабье стадо, визгливая баба, воняет старичьем, твоя голова – арбуз, уродка, в Maxima нужны люди, чтобы собирать тележки" – это лишь некоторые выражения, которыми руководящий школой 11 лет директор называл бывших и нынешних подчиненных. Кроме того, он якобы заявлял, что учителя не умеют работать, а в головах у них только деньги. "Кретин, идиот, стадо дебилов, болван, недоразвитые, морды" – привели примеры словарного запаса диктора Кинка теперь уже уволившиеся из школы учителя. Кинк сказал, что все эти выражения принадлежат ему не на сто процентов.

Шесть все еще работающих в Школе Раатусе учителей ради сохранения рабочего места и мира попросили об анонимности, однако их имена в редакции известны. И их оценка своему руководителю была единогласно дана резко отрицательная. По словам председателя попечительского совет школы Маргуса Ягера, желание учителей сохранить анонимность понятно: «Если ты осмелишься иметь собственное мнение, то больше там работать не будешь, как это и было».

Директор школы сказал, что нужно посмотреть на ошибки другой стороны, на то, что недовольные не сделали, отчего и стало невозможно продолжать с ними трудовые отношения, а не прикрываться давлением на свободу слова.

Кроме личных оскорблений, учителя в качестве неуместного поведения Кинка приводят вызывающий недоумение набор слов, не соответствующий званию руководителя учебного заведения: «Я не проститутка, чтобы всем нравиться» и «Врать своим - это как кончать в резинку». Эти выражения Кинк якобы использовал на совещаниях.

И все же Тоомас Кинк убежден, что никогда никого не оскорблял вульгарными выражениями. Приведенные выше высказывания, по его словам, вырваны из контекста. Правда, руководитель школы признал, что он не ангел и черный юмор ему нравится.

Поведение недовольных учителей он считает предательством: «Все пытаются ударить меня ножом в спину. У меня уже началась бессонница».

По словам работавшего в Школе Раатусе учителем эстонского Карла Пютсеппа, директор в прямом смысле слова унижает учителей. Так, например, коллектив постоянно был вынужден слышать о себе что-то неприятное на инфочасах: «Директору в радость кого-то сначала оскорбить, а потом сказать: предлагайте решения. Ни один нормальный человек не захочет что-то предложить в такой ситуации».

Поскольку Карл Пютсепп студент, трудовой договор с ним был заключен только на год и закончился в начале декабря этого года. Ученики и родители собрали подписи, чтобы молодой учитель мог продолжить работать в школе, и вчера было достигнуто соглашение, что он может остаться до тех пор, пока не будет найден педагог с соответствующей квалификацией.

В школе осталось очень мало учителей, которые проработали в ней дольше, чем сам Тоомас Кинк.

И хотя многие учителя из-за оскорблений Тоомаса Кинка уволились, есть и такие, кто не видит в поведении директора ничего предосудительного. Так, например, руководитель второй школьной ступени и учитель Май Торим сказала, что, к сожалению, среди учителей действительно есть недовольные, но их недовольство, по ее оценке, основано на личных обидах: «Бывает, что кто-то кому-то не нравится, поэтому все сказанное им воспринимается с негативом».

Разное толкование

Торим считает, что каждый трактует стиль общения директора личностно, согласно своему виденью и понимаю: «Все совершают ошибки, и кажется, что самой большой ошибкой Тоомаса является то, что он до такой степени доверяет людям, что позволяет быть с ними самим собой, свободным». Торим уверена, что черный юмор директора, который некоторые не понимают, обусловлен именно внутренней свободой: «Тоомас из года в год говорил, что у него лучшая компания, с которой можно смело идти вперед. Поэтому мне очень жаль, что доброжелательность и доверие директора предали».

Торим добавила, что самые разговорчивые недовольные поднимают шум на пустом месте: жалобщики не ходят на совещания, а позже воспринимают сказанное на основании трактовки кого-то другого: «Одним словом, работа на уровне слухов. Члены попечительского совета, родители и пара наших учителей настолько сильно вмешиваются в управление школой, что школа была вынуждена нажать на тормоза и попросить о сохранении трудового мира, чтобы сосредоточиться на развитии».

Руководитель по развитию школы Рене Лейнер сказал, что он и Тоомас Кинк общаются по рабочим вопросам и никаких проблем у них нет: «Один может самостоятельно что-то додумать после крепкого слова, а другого оскорбит выражение любви. И это действительно так». Лейнер посоветовал говорить о серьезных вещах, а если речь идет о чьем-то стиле общения, то ясно, что реальных проблем не замечают.

В то же время нашелся учитель, который ушел из школы в начале этого учебного года и утверждает, что и Лейнер жаловался на неуместные выражения директора в свой адрес. Он якобы сказал: «Если бы я был учеником, то застрелил бы тебя, а если бы был родителем, посадил бы».

По словам Лейнера, это безосновательное вранье: «Единственный раз, когда я брал слово по вопросу стрельбы в школах, я говорил, что нам нужно быть внимательнее в своей ответственности за детей, поскольку очень многие случаи школьной стрельбы начинались именно с унижающего отношения взрослых к детям. Это не те темы, где можно зубоскалить».

Также руководитель по развитию время от времени любит высказывать свое мнение в школьной инфосистеме, что значительно беспокоит некоторых учителей. Учителя жаловались на это директору, но тот сказал, что свободу слова нельзя запретить. А на одному человеку он якобы ответил: «Черт, на что вы тратите время? Вам с ним постель не делить».

Постоянное обновление

Недовольна и часть родителей. Мать троих учеников Школы Раатусе Кристи Вийлинг пожаловалась, что у ее обучающегося в девятом класса сына за четыре с половиной года сменились четыре учителя математики и четыре учителя эстонского языка. И родители Пирет Сапп, Яана Оберст и Маргус Ягер недовольны уходом учителей и ожидающими их детей новшествами и системой курсов. Так, Пирет Сапп неоднократно писала о своем недовольстве в городскую управу.

Вийдинг по своим детям видит, как в зависимости от учителя меняются нагрузка, методы и качество обучения: «Такое неравномерное обучение не может влиять на ребенка хорошо».

Вийдинг заметила, что когда родителям не нравится что-то в организации труда в школе, виноватыми в этом всегда оказываются учителя. Новаторство и нетерпеливость директора вызывают много проблем с родителями. Например, с этого года была запущена система курсов для девятых классов, которая перегрузила учеников: слишком много домашней работы, длинные учебные дни, а отвечают за все предметники.

В качестве примера Вийдинг привела ситуацию, когда девятому классу так много задали, что ее сын не выдержал и заболел. За первые 13 учебных дней в этом году у сына Вийдинг было три контрольные по химии, пять контрольных по физике, по литературе нужно было прочитать 400-страничный роман «Собор Парижской Богоматери», по эстонскому - написать два сочинения, по иностранному языку - постоянно учить слова, а по истории - сделать объемную презентацию «Германия между Первой и Второй Мировыми войнами».

После вопроса Вийдинг, почему система курсов противоречит закону, то есть количество уроков и объем домашнего задания превышает объемы разрешенного, руководство школы ничего не изменило, проблемы пришлось решать учителям-предметникам. «Это выглядит как эксперимент за счет здоровья детей, и поскольку никто до начала этого эксперимента мнения родителей не спросил и не объяснил его пользы, убедительно прошу эксперимент как можно быстрее завершить», - написано в письме руководству школы. На ее письмо руководитель третьей школьной ступени Лаури Кыламетс ответил, что учителя видят, что задают ученикам, и сами должны регулировать нагрузку.

Тоомас Кинк сказал, что проблема была чуть сложнее, но после обращения родителей сразу разрешилась, а на родительском собрании поговорили с родителями учеников девятых классов: «При внедрении новшеств могут возникать ошибки, и наше дело - их быстро исправить. Мы ищем не виноватого, а решения».

Тоомас Кинк сказал, что перед введением новой системы курсов он обсудил ее с руководителями таких признанных гимназий, как гимназии Треффнера и Поска. Так ли это?

Директор Гимназии Треффнера Отть Оявеэр сказал, что он 18 лет не занимался основной школой и не может ничего ей советовать: «Ни я, ни завуч не помним, чтобы об этом вообще был какой-то разговор». Директор Гимназии Поска Хельмер Йыги сказал, что говорил об этом с Кинком, но конкретных советов не давал: «Я сказал, что это может быть любопытная идея и даже может сработать. Но определенных советов я дать не решился. Я и не преподавал в основной школе».

Но Йыги считает, что в принципе такая система могла бы работать в основной школе, если бы там, как в гимназии, было время на крупные работы. Сейчас у учеников девятых классов Школы Раатусе нет привычной в понимании гимназий недели: повседневное обучении и масштабные контрольные происходят одновременно. Также в школе есть быстрые группы, что означает, что у учеников разная нагрузка и учителя практически не в состоянии понять, что и в каком объеме нужно давать тем или иным детям. Школа не проводит и постоянной проверки системы курсов.

На то, что система курсов не работает, в своем предписании Школе Раатусе указало и Министерство образования и науки. Согласно предписанию, к январю будущего года система должна быть приведена в соответствие с Законом об основной школе и гимназии, и для этого нужно задействовать все заинтересованные группы, а также учителей. «Еще на прошлой неделе руководство школы не предприняло для этого ни единого шага, учителя не задействованы», - сказала руководитель первой школьной ступени Хелина Мугра. «В предписании нет претензий по существу, там идет речь о формальном приведении документации в порядок», - объяснил Тоомас Кинк.

Именно то, что новшества внедряют очень быстро и не говорят об идее с учителями, провоцирует, по ее словам, возникновение многих сложностей.

Многие работающие в школе учителя в унисон твердят, что они не против обновлений. Напротив, они за них, но нужно все это лучше обсуждать друг с другом. «У Тоомаса очень много хороших идей, но он не умеет быть эмпатичным», - объяснила одна нынешняя учительница суть противостояния.

А Тоомас Кинк снова сказал, что если у него возникает идея, то он ее высказывает: «Посылаю мяч. Высказываю мысль и смотрю, какой будет на нее реакция».

В школе работает примиритель

Руководитель отдела образования Тартуской городской управы Рихо Рааве в курсе проблем Школы Раатусе, и он считает, что поиск решения идет. По словам Рааве, Кинк уже заметно приутих, и он не слышал в последнее время ни одной претензии к поведению директора. Рааве заверил, что с директором проведен ряд бесед, чтобы он изменил свой стиль общения. В школу ходит и примиритель-консультант Мартин Тийделепп, который учит как учителей, так и руководство: проведено много совещаний с учителями и руководством школы.

По словам Тийделеппа, сейчас идет работа по восстановлению доверия: «Важно, чтобы учителя могли доверить директору - и наоборот».

Заведующий отделом образования города сказал, что он узнал о проблемах школы осенью прошлого года. В действительности о проблемах поведения директора в мэрии говорили и раньше, например, в 2014 году, когда три учителя пришли на беседу с Тийе Теппан, которая тогда занимала пост вице-мэра. Двух учителей якобы после этого попытались уволить, те сопротивлялись, в итоге пришли к соглашению, но вернуться в школу они не смогли. По оценке Рихо Рааве, все же нельзя быть до конца уверенным, что трудовые отношения данных учителей прервались именно после обнародования ими имеющихся проблем. Кинк добавил, что причиной было нарушение трудовой дисциплины и разногласия с руководителем по организации обучения.

Мэр Урмас Клаас подчеркнул, что Тоомас Кинк со своим новаторством сильно продвинул вперед Школу Раатуса. Руководитель отдела образования Рааве добавил, что прежде всего нужно попытаться решить имеющиеся проблемы и нет смысла сразу менять директора школы: «В начале года мы провели опрос относительно  удовлетворенности, по результатам которого выяснится, как люди чувствуют себя в школе и какие видят возможности для развития».

С другой стороны, часть работающих в школе учителей сказали, что никто не решился честно ответить на вопросы исследования, поскольку оно не такое уж анонимное, каким кажется на первый взгляд. В ответ на это Рааве пообещал, что будет найден подходящий организатор исследования, при котором учителя будут уверены в анонимности.

По словам Рааве, Тоомас Кинк – это директор с видением, который во многом обновил эту школу и улучшил ее репутацию: « В школу приезжает много гостей, которых хотят познакомиться с образовательным новаторством и поучиться на его примере, школа участвует во многих международных проектах, которые дали и ученикам, и учителям много нового опыта».

И Клаас, и Рааве заверили, что отдел образования занимается проблемами школы и никто не пытается спрятать голову в песок. Скорее пытаются заниматься проблемой настолько спокойно, насколько это возможно, поскольку учащиеся в школе дети не должны пострадать. Когда опрос будет готов и поступят отзывы учителей, хозяин школы, то есть город, решит какие меры принять.

НАВЕРХ