Полиция признает: раньше Эстония слишком жестко относилась к беженцам с детьми

В 2015 году в Харкуском центре для интернируемых содержали ходатайствующую о предоставлении убежища семью с детьми. Теперь полиция тактику изменила.

ФОТО: Sander Ilvest

В Европе нет ни одной страны, в которой десятилетнего ребенка могли бы посадить в тюрьму. Однако по странному стечению обстоятельств, это правило не распространяется на детей тех, кто ходатайствует о предоставлении убежища и, вне зависимости от возраста, во всей Европе, а в том числе и в Эстонии, содержатся под стражей в центрах для интернируемых, пишет Postimees.

Согласно Конвенции ООН о правах ребенка, к которой присоединились абсолютно все европейские страны, несовершеннолетних нельзя задерживать в миграционных целях. Однако проведенное при содействии Postimees журналистами Investigate Europe исследование показало, что количество детей, ходатайствующих о предоставлении убежища, которых в европейских странах держат под замком, достигает десятков тысяч.

Еще несколько лет назад в зарубежных СМИ серьезно критиковали эстонскую систему предоставления убежища, где с просящими убежища семьями с детьми обращаются бесчеловечно и плюют на права ребенка. Теперь руководитель бюро гражданства и международной защиты Департамента полиции и погранохраны Кристийна Райдла-Пухм признает, что полиция действительно была излишне строга по отношению к просящим убежища семьям с детьми: «Наша практика действительно тогда была не очень хорошей, а всю Европу, как и Эстонию, накрыл миграционный кризис». Она добавила, что у чиновников, занимавшихся ходатайствующими об убежище, не хватало ни знаний, ни уверенности.

По ее словам, тогда считалось, что все приезжающие сюда должны во время ведения производства находиться под надзором. Теперь, заверила она, такая практика изменилась, возникло понимание, что семья с ребенком скорее не представляет угрозы безопасности. На данный момент Эстония даже может быть примером для других европейский стран в плане соблюдения прав несовершеннолетних.

Дети, находившиеся под стражей в Эстонии и в других странах.

ФОТО: Pm

Если в течение последних десяти лет в Эстонии были задержаны 40 несовершеннолетних, то в Польше власти каждый год отправляют в закрытые учреждения 100-200 детей мигрантов. В контейнерах и палатках центра интернируемых Мориа, расположенном на греческом острове Лесбос, живут почти 5000 несовершеннолетних. Учреждения, в которых ходатайствующие об убежище содержатся вместе с детьми, имеются и в других уголках Греции.

Понятно, что бытовые условия вмещающего 17 000 человек греческого центра и таллиннского центра, в котором сейчас живут 13 человек, различаются как день и ночь, но у всех таких учреждений есть одна общая черта – отсутствие свободы. За перемещение тамошних обитателей отвечают охранники и высокий, обнесенный колючей проволокой многометровый бетонный забор.

Поскольку доступная общественности информация о детях была противоречивой, журналисты Investigate Europe попытались сами проверить ситуацию. Выяснилось, что во многих европейских странах официальная информация о задержанных детях неточная и в действительности количество детей, содержащихся под стражей, намного больше, чем позволяет подсчитать официальная статистика.  К тому же журналистов вообще не допускают в центры для интернируемых: Эстония и центр Мориа в Греции оказались единственными, куда власти согласились пустить журналистов.

Двухлетний ребенок

И хотя отношение к ищущим убежища в Эстонии улучшилось, а количество детей, попадающих в центр для интернируемых, сократилось до нуля-одного в год, содержание под стражей детей просящих об убежище беженцев законом не запрещено. Так пару месяцев назад в центре для интернируемых, расположенном под Таллинном, вместе с матерью-армянкой находился двухлетний ребенок.

Признанную полицией и судом склонной к побегу женщину с ребенком держали под стражей два месяца. После этого полиция попросила у суда разрешения о продлении санкции еще не два месяца, но суд не счел это обоснованным и их отпустили в центр временного размещения. Судья Таллиннского административного суда Кадрианн Икконен прокомментировала, что согласно нынешней практике вообще нет никаких оснований для помещения несовершеннолетних в центры для интернируемых.

«Это может происходить только в крайнем случае. И в указанной ситуации суд не удовлетворил повторное ходатайство полиции, и ребенка с матерью освободили из центра для интернируемых. Я считаю, что помещение несовершеннолетнего в центр скорее исключено», - сказала судья.

Поскольку армянка уже через сутки после освобождения вместе с ребенком покинула Эстонию в неизвестном направлении, задним числом нельзя оценить, как такой опыт повлиял на малыша. Какими бы хорошими ни были бытовые условия в центре для интернируемых, канцлер юстиции и Центр по правам человека считают, что это не то место, куда должны попадать дети.

«Задержание несовершеннолетних дозволяется лишь в качестве крайнего вспомогательного средства, но в любом случае несовершеннолетних нельзя задерживать с миграционными целями», - написал канцлер юстиции в 2013 году после контрольного рейда в центр для интернируемых.

То, что задержание даже на короткий сроки и в хороших условиях оставляет след в душе ребенка, подтвердила и одобренная Европейской комиссией инициатива о защите детей-беженцев (The Initiative for Children in Migration).

В марте члены группы написали, что задержание с миграционными целями – это крайний метод, который на долгое время оставляет свой негативный след. Медицинские работники обратили внимание на то, что побывавшие в центрах для интернируемых дети страдают депрессией, раздражительностью, имеют проблемы со сном и поведением, а также с аппетитом.

Задержание ребенка – это издевательство

Лагерь беженцев в греческом Мориа, в котором находится больше 5000 детей.

ФОТО: Rasmus Flindt Pedersen/sipa

  • Задержание с миграционными целями – это крайняя мера, которая наносит ребенку долгосрочный вред. Работавшие в центрах для ходатайствующих об убежище врачи, психологи, психиатры, акушерки и другие медицинские работники обращали внимание на то, что почти 85 процентов помещенных в такие центры детей и родителей жалуются на то, что задержание оказало негативное влияние на их душевное здоровье.
  • В случае детей вред их здоровью, психосоциальным и академическим способностям оказывается еще больше.
  • У находящихся под стражей детей проявляются такие симптомы, как депрессия и раздражительность, проблемы со сном и ночные кошмары, отсутствие аппетита и соматические жалобы, а также эмоциональные и поведенческие проблемы. Содержание под стражей оказывает долгосрочное влияние на развитие и всю жизнь, даже если задержание длилось недолго и в нормальных для детей условиях.
  • Кроме сопровождающего ограничение свободы беспокойства, ребенок не понимает, за что его таким образом наказывают.
  • Кроме того, многие страны ЕС не могут предложить детям в центрах для интернируемых образование, поддержку и отвечающее возрасту медицинское обслуживание.
  • Возможности детей наслаждаться семейной жизнью и игрой ограничены, также ограничены права детей, что необходимо их для нормального развития.
  • Европейский суд по правам человека неоднократного заявлял, что лишение ребенка свободы в миграционных целях можно сравнить с издевательствами и унизительным обращением. По оценке суда, нужно всегда исходить из интересов ребенка.

Источник: Комитет по правам ребенка ООН

Случай армянки и ее ребенка, к счастью, сейчас является исключением. В 2018 году в центр не был доставлен ни один ребенок, а в 2019 году этот малыш был единственным. В 2015 году в центре для интернируемых находился 21 ребенок, что стало рекордным количеством за все годы существования центра. Для сравнения: всего за последние десять лет через центр прошли 40 несовершеннолетних.

Тогда находящиеся за высоким забором с колючей проволокой дети привлекли внимание как местных, так и зарубежных СМИ. Британская газеты The Guardian писала о задержанной в Эстонии семье езидов, бежавших от Исламского государства, в которой мать отправили рожать прямо из центра для интернируемых. Даже рождение маленькой Варды не заставило чиновников полиции поискать альтернативу, чтобы не держать семью во время рассмотрения ее ходатайства под замком. То, как задержание повлияло на психику детей, оценить сейчас невозможно, поскольку семью выслали из страны.

Не чудовища

Сейчас просящих об убежище сразу доставляют в центр размещения, передвижение в котором свободное, а среда обитания намного более приятная. Во время большой миграционной волны в 2015 году центр для интернируемых посетил с проверкой канцлер юстиции, который жестко раскритиковал содержание несовершеннолетних под стражей и условия жизни детей в центре. Начиная с 2016 года, по словам Райдла-Пухм, полиция взяла на вооружение практику, чтобы без сопровождающих несовершеннолетних в центр вообще не доставлять, а тех, кто прибыл с родителями, помещать туда только в исключительных случаях. Райдла-Пухм подчеркнула, что определение в центр для интернируемых – это исключение и обычно принимается весьма взвешенное решение, которое должен подтвердить суд.

«Мы тут в полиции не чудовища. Естественно, мы делаем это исходя из интересов ребенка, и нам важно не травмировать семьи с детьми», - сказала Райдла-Пухм. По ее словам, в Эстонии сейчас стало лучше и в том смысле, что те люди, которые прибыли сюда из-за границы, действительно нуждаются в защите.

«Да, мы немного недоверчивы и всегда смотрим, кто те люди, которые к нам приезжают, и по каким причинам они это делают. Но мы стараемся вести себя очень человечно и разумно. Это важно и для нас», - ответила она.

Положительным опытом соприкосновения с системой получения убежища в Эстонии с Postimees поделилась и 15-летняя турчанка Дениз (имя изменено), которая вместе с семьей  получила статус беженца. В Эстонию Дениз приехала с отцом и в центре для интернируемых никогда не была.

«Эстонцы были с нами очень дружелюбными. Даже полицейские здоровались с нами дружелюбно»,- по-прежнему удивляется девочка. Она объяснила, что до прибытия в Эстонию она с отцом провела четыре месяца в швейцарском лагере для беженцев, откуда их переправили в Эстонию. А здесь после двух ночей в аэропорту их отвезли в центр для размещения ходатайствующих об убежище в Вао.

И хотя Дениз признает, что время от времени ей становится скучно в центре размещения, у нее никаких претензий нет.

«Я видела условия в швейцарском лагере для беженцев, и они были совсем другими. В Эстонии намного лучше. В Швейцарии в центр размещения каждый день прибывало очень много людей, он очень перенаселен. Нас переводили из одного лагеря в другой, потом в третий. Я и другие дети не могли там ходить в школу. Они никак о нас не заботились», - вспоминает девочка. Для сравнения она добавила, что по прибытии в Вао ее уже через две недели определили в школу в Килтси, куда ходят и другие живущие в центре дети.

«В Вао очень дружелюбные люди. Особенно руководитель центра Яна. Действительно, замечательные люди», - подчеркнула Дениз.

Штраф нарушителю границы

И все же Центр по правам человека в отчете за 2019 год предъявил ряд претензий Департаменту полиции и погранохраны. А именно, полиция наказывала беженцев и ходатайствующих об убежище штрафами за нарушение правил пересечения границы, что противоречит международному праву.

Тем, кому международная защита уже предоставлена, полиция старается не продлевать вид на жительство, если ситуация в стране происхождения, по официальной информации, улучшилась. Это, по оценке центра по правам человека, еще не означает, что ситуация действительно стала безопасной. Кроме того, в прошлом году до центра дошло несколько жалоб на то, что в пограничных пунктах сотрудники полиции пытаются убедить людей не подавать ходатайство о предоставлении убежища, а вернуться в страну происхождения, или отказываются принимать ходатайство об убежище.

«В прошлом году до нас дошла информация об одном конкретном случае, когда в аэропорту не зарегистрировали ходатайство одного человека и попытались выслать его в страну происхождения. После нашего вмешательства ходатайство все же было принято, и человека  впустили в страну на время рассмотрения ходатайства», - объяснила юрист по вопросам беженцев Центра по правам человека Лийна Лаанпере.

А Райдла-Пухм заверила, что до ее бюро этот случай не дошел, а потому она сомневается в таких утверждениях.

«Я действительно считаю, что такого у нас на границе не происходит. Если человек хочет получить международную защиту, то заявление об этом нужно принять у него без разговоров», - сказала она и объяснила, что в прошлом году международные эксперты по Шенгенскому пространству приезжали оценивать наш Департамент полиции и погранохраны, и такие проблемы обязательно были бы выявлены: «Единственной претензией, которую нам предъявили, было то, что наши пограничники могли бы быть более активными. То есть, они могли бы сами предлагать людям возможность подать заявление о предоставлении международной защиты».

Эстония не является страной назначения

Главной причиной, по которой Эстония в отличие от других европейских стран намного лучше обращается с несовершеннолетними и просящими об убежище, заключается в том, что их просто мало. А именно, каждый год убежища в Эстонии обычно просят меньше ста человек, в то время как у северных соседей, по данным Евростата, их количество составляет тысячи, а в популярных для беженцев странах – Франции и Германии – каждый год поступает более 100 000 ходатайств о предоставлении убежища.

Эстония является транзитной страной, и большая часть попавших к нам людей не хочет здесь оставаться. Поэтому, по словам Райдла-Пухм, задержанные пограничниками люди нередко врут: «В действительности они хотят попасть в Финляндию или в Швецию, и для того, чтобы с ними обращались помягче, они врут, что являются несовершеннолетними». Это объясняет, как в этом году в центр для интернируемых попали двое якобы несовершеннолетних без сопровождающих, которые оказались совершеннолетними. Она подчеркнула, что если есть хоть малейшее подозрение, что человек может быть несовершеннолетним, его отправляют в замещающий дом.

Если человек утверждает, что он несовершеннолетний, то для проверки этого делается медицинская экспертиза. Причем, даже тогда, когда человек выглядит явно старше.  Большая часть прошедших экспертизу, по словам Райдла-Пухм, оказались старше 20 лет. Прикинуться несовершеннолетним пытался даже 37-летний мужчина.

Остаться в Эстонии хотят главным образом говорящие по-русски люди с территории бывшего Советского Союза: «Именно потому, что здесь есть община и знакомая им культурная среда».

Из экзотических стран приезжают только те, кто как раз и не хочет столкнуться со своими: «Приезжают осознанно и говорят, что знают о том, что в стране нет общины их страны, именно поэтому они и выбрали Эстонию. Все эти люди приехали для того, чтобы не столкнуться со своей общиной, и все они получили международную защиту».

НАВЕРХ