Выдающаяся скрипачка-беглянка выступит в Эстонии

Арво Пярт и Виктория Муллова.

ФОТО: Kaupo Kikkas

В начале года мне предоставилась возможность пообщаться по Скайпу со звездной скрипачкой Викторией Мулловой, которая совсем скоро выступит с концертами в Таллинне и Тарту.

Виктория и ее ансамбль сыграют бразильскую музыку. Эстонской аудитории Муллова знакома благодаря сотрудничеству с Пааво Ярви и Эстонским фестивальным оркестром. В ее творческом багаже есть победы на самых престижных конкурсах имени Чайковского и Сибелиуса. Оглядываясь назад, она отмечала: "В Советском Союзе имело значение только первое место. Ты должен был вернуться домой только с победой, ведь другого шанса могло и не быть».

У Виктории, которая исполнила с самыми известными оркестрами и дирижерами завидный репертуар, есть и другая страсть: импровизационная и стирающая границы жанра музыка. Именно с такой программой – «Страдивари в Рио» (Stradivarius in Rio) – скрипачка выступит в Эстонии 18 и 19 января. На вопрос, как появилась эта программа, она ответила так: «Я давно люблю бразильскую музыку, мы исполняли ее с друзьями-гитаристами ради забавы. А затем вместе с мужем, виолончелистом Мэтью Барли, составили из этого целую программу. В нашем ансамбле выступали перкуссионисты Пол Кларвис и Луис Гуэльо, а также великолепный Кариока Фрейтас. Мы исполняли песни известных авторов, таких как Антонио Карлос Хобим и Клаудио Нуччи. Мы даже записали компакт-диск для фирмы Onyx". 

И это – не единственная запись, демонстрирующая разрушение границ классики. Из более ранних можно отметить «Through the Looking Glass», где Муллова исполняет хиты Майлза Дэвиса, Дьюка Эллингтона и других. Откуда у звездной скрипачки такое увлечение? Ответ прост: «Знаете, я слушаю не только классику. Это и поп-музыка, и рок, и фольк. Конечно, сама я исполняю далеко не всё. Например, не играю джаз. Джаз – это отдельный мир, совершенно другой музыкальный язык, который прежде всего нужно научиться хорошо понимать. Мне интересно экспериментировать со стилями, находить новое звучание, сочетать разные инструменты и исполнителей».

Мощная скрипичная школа России

Судя по биографии Виктории Мулловой, ее карьера круто пошла в гору. И это тем более удивительно, что она не из семьи музыкантов: "В моей семье не было музыкантов, но у моих родителей было желание и амбиции. Они хотели, чтобы из меня получилась успешная скрипачка». «Я начала обучаться музыке с 4 лет. Мой папа, инженер по профессии, занимался со мной каждый день, – рассказывает Муллова. – Со скрипки гораздо сложнее начинать учиться, чем с пианино, где с первым же нажатием клавиши извлекаешь звук. На скрипке уходят годы, чтобы добиться красивого звучания».

Виктория Муллова получила отличную подготовку в советской России, где и по сей день преподавание остается на высоком уровне. Сначала она училась в элитной музыкальной школе, затем в Московской консерватории – под руководством профессоров, блестящих музыкантов. Одним из них был легендарный скрипач Леонид Коган.

Благодаря чему советская скрипичная школа стала такой знаменитой? Виктория Муллова отвечает: «За этим стоит длинная и мощная традиция. Навыки передавались от учителя к ученику, потом – к следующим ученикам, и так до бесконечности. Музыкальное образование в Советском Союзе воспринимали очень серьезно. Но в то же время нельзя говорить о какой-то единой русской скрипичной школе. Взять хотя бы, к примеру, Ростроповича, Кремера, Третьякова или Спивакова – все они совершенно разные по стилю исполнения музыканты". 

Знаменитый побег на Запад

Я помню, как однажды смотрела по телевизору трансляцию конкурса Сибелиуса. Победительницей тогда стала совсем молодая Виктория Муллова. Она играла перед оркестром в длинном белом платье и с темными волосами, собранными в хвостик. Ее игра с каждым туром становилась всё идеальнее, она чувствовала себя на сцене удивительно спокойно. Возможно из-за этого непроницаемого взгляда ее позже стали называть «Ледяной королевой». Но за этой невозмутимостью скрывалось нечто другое. «Этот конкурс был самым ужасным опытом в моей жизни. До сих пор помню этот страх и тревогу. Сначала ты должен заслужить возможность выступить, потом победить, чтобы стране не было за тебя стыдно, и чтобы не упустить свой шанс навсегда. Результат конкурса словно ставил на кон всю твою дальнейшую творческую судьбу. Я старалась изо всех сил не ошибиться, и этот страх перед ошибкой преследовал меня еще очень долго».

После конкурса Сибелиуса в 1983 году для Виктории Мулловой настал драматический момент выбора, перед которым в то время оказывались многие выдающиеся художники. Отправившись после конкурса на гастроли в Финляндию, Муллова со своим тогдашним спутником Вахтангом Жордания решила сбежать в соседнюю Швецию, чтобы попросить в посольстве США политического убежища. Им помог хороший знакомый Мулловой, журналист YLE Юрки Коулумиес.

Вся эта история напоминает фильм о Джеймсе Бонде. После концерта Муллова оставила скрипку (собственность государства) в гостиничном номере и перебралась на пароме в Швецию. Поскольку американское посольство было  закрыто, Мулловой и Жордании пришлось скрываться под чужими именами в отеле. Затем загримированными, в париках, они были переправлены в посольство, где за пару дней получили паспорта и смогли продолжить путь в Америку. На вопрос о том, почему Виктория приняла столь непростое решение, она ответила так: «Мне полагались в Советском Союзе определенные привилегии, которые были доступны далеко не каждому, но я не была довольна своей жизнью. Советский Союз был закрытой страной, мне приходилось отказываться от многих хороших возможностей, открывавшихся передо мной. После конкурса Сибелиуса меня отпускали на концерты лишь в Скандинавию. С каждым днем во мне укреплялось чувство, что моя жизнь как музыканта растрачивается впустую».

Карьера от таланта не зависит

Интересуюсь, как же сложилась карьера Виктории после драматического побега. Она отвечает: «Все прошло на удивление быстро. Мой побег широко освещался на телевидении и в газетах. Такие скандальные истории – лакомый кусок для прессы. Мне было что предъявить – победы на крупнейших конкурсах. Я получила хороший контракт на звукозапись, была замечена именитыми продюсерами».

При этом Муллова признает, что в 1980-х молодым было значительно проще сделать карьеру. «Мне иногда даже кажется, что сейчас карьера уже не зависит от твоих способностей. Карьеру теперь можно сделать за счет внешности, одежды или сценического поведения. Карьера во многом зависит и от СМИ: сколько у вас фотографий, сколько лайков в «Фейсбуке».

Мне доводилось беседовать с очень способными молодыми музыкантами, принимавшими участие в конкурсах, в том числе в конкурсе имени П.И. Чайковского. И, знаете, они не прошли дальше I тура, хотя по уровню мастерства вполне этого заслуживали. Есть очень много хороших исполнителей, которые испытывают сложности с тем, чтобы найти менеджеров и организовать гастроли. Я рада, что мне не пришлось строить свою карьеру в нынешнее время».

Подробнее читайте здесь!

НАВЕРХ