Антарктические сюрпризы: судно на боку и конь в тостере

ФОТО: Maris Pruuli

По спутниковому телефону нам позвонили с радио Kuku. Связь совершенно случайно оказалась хорошей, и капитан Индрек Киви вкратце рассказал, как у нас дела.

В плане воды у нас режим экономии. В холодной воде производительность опреснительной установки значительно меньше, и у нас шутят, что команде придется споласкивать зубы из одной общей кружки. Тогда борьба шла бы только за то, кто будет мыться первым. Зато последним даже не пришлось бы уже выдавливать пасту на щетку. В душ мы теперь не частим, зато идти под парусами весело.

Утилизация мусора происходит так, что его мы практически не производим, поскольку все крупные упаковки мы уничтожили еще в последнем порту, в Ушуайе, а тот, что все-таки возникает, тщательно сортируется, спрессовывается и помещается в специально подготовленные для этого места хранения на носу и на корме. В Антарктиде оставлять ничего нельзя.

Не забыли мы и о своей научной программе. Мы каждый день берем пробы воды, пыли и пластика.

Мы посещаем полярные базы разных стран, где нас  так же тепло принимают. Удивительно часто мы сами становимся достопримечательностью для туристов с больших судов, которые окружают нашу яхту, подходя к ней на резиновых лодках. Мы принимаем гостей и сами ходим в гости. Наше путешествие представляет большой интерес, мы раздаем буклеты и журналы, рассказывая об Эстонии, Беллинсгаузене и своих целях. Уфф, иногда возникает ощущение, что здесь в Антарктиде все куда-то очень спешат, и кто сказал, что здесь одна белая пустота и людей не встретить!

Вчера мы впервые испекли хлеб на антарктическом этапе. Запасы белого хлеба, купленного в Ушуайе и на французском судне, закончились, на морозильник и сухари мы пока не покушаемся. Запах домашнего черного хлеба и фильм «Мужчины не плачут» завершили наш день на стоянке у острова Кювервилля. Выступления китов за окном и плавающие по волнам айсберги выглядят как в музее современного искусства. Мы нашли в Антарктиде и певческую сценуголубеющий изгиб льда над водой. Высокие заснеженные скалы, ночной стрекот колоний пингвинов и старые добрые эстонские актеры в фильме 1968 года, который мы смотрим в кают-компании. Очень-очень странное было ощущение: ГДЕ и ЧТО мы на самом деле смотрим.

ФОТО: Maris Pruuli

Наш видеограф CJ Kask иногда шутит, что надо бы побольше экшена в нашу сравнительно спокойную экспедицию, которой, видимо, взялись покровительствовать Нептун и Беллинсгаузен одновременно.

Утренняя поездка от острова Кювервилля в залив Вильгельмины была просто прекрасной. Наконец-то был и ветер, и солнце! В безветренную погоду приходилось идти под мотором, и топлива было израсходовано больше, чем планировалось, к счастью, вскоре мы получим его с одного чилийского военного корабля на чилийской базе Эдуардо Фрея.

Направление ветра было идеальным для геннакера, под сияющим солнцем мы поставили совместными усилиями этот огромный парус, и он неплохо поработал. Прогноз погоды был идеальным, но сама погода в Антарктиде, видимо, об этом не слышала. Внезапно ветер резко усилился, и судно вдруг сильно накренилось. Мы рванулись снимать огромный парус, с которым пришлось повозиться. Когда, наконец, нам удалось разобраться с ситуацией и паруса были сложены, мы собрали разлетевшиеся по судну вещи. Обычно все прекрасно закреплено, но последняя туманная и спокойная неделя сделала нас несколько легкомысленными. Даже наша шахматная доска с сильным магнитом свалилась с полки в раковину. А коня наш дежурный по камбузу нашел вообще в тостере. Все хорошо, что хорошо кончается! В пассив были записаны отработавшие свое парусные перчатки и один вывихнутый палец.

Мы совершили высадку на сушу, где я чуть не наступила на огромного тюленя в несколько метров длиной, который, слившись с камнями, спокойно дремал после обеда и с удовольствием позировал на фоне судна. При свежем ветре в сопровождении льдин мы движемся к острову Десепшен.

Марис Пруули, боцман
НАВЕРХ