После ремонта больницы исчезла картина

Фрески "Весенняя прелюдия" художницы Уве Дзиндзария в здании дома престарелых в Нымме больше нет.

ФОТО: Erakogu

В процессе перестройки недвижимости панно и фрески часто повреждаются. А ценные монументальные художественные работы, которые не взяты отдельно под защиту, вообще уничтожаются, пишет Postimees.

Так несколько лет назад случайно закрасили панно Лео Рохлина на стене бассейна в гостинице Pirita TOP. В прошлом году неимоверными усилиями смогли спасти часть написанного в технике фрески настенного панно Долорес Хоффман на стене расположенного в Копли бывшего кинотеатра «Раху».  Здание кинотеатра снесли, а вместо него построили торговый центр. Кусок в десять квадратных метров от панно в 75 квадратных метров нашел себе новое место в кафе, открывающемся в парке Таммсааре.

В начале этого месяца художник Урве Дзидзария узнала, что в здании больницы, расположенной на ныммеской улице Лыуна, закрасили написанную ею в 1994 году фреску размером в 18 квадратных метров.

«Я узнала об этом 3 января, и сама сходила на место, чтобы посмотреть. Чего не было, так это моей фрески. В 2014 и 2015 годах она была целиком. А теперь только серая стена», - сказала Дзидзария.

«Это то, что вызывает у меня полное недоумение. Поскольку речь идет о неохраняемом объекте, мы ничего не может расследовать, но я чувствую, что наглое уничтожение искусства нельзя оставлять без внимания, - сказала руководитель области культурного наследства Департамента охраны памятников старины Линда Лайнвоо. – Я прекрасно понимаю, что закон там не нарушен, все в рамках. Но в то же время такое поведение совершенно варварское и некультурное. Это не граффити какого-нибудь вандала, а признанное художественное произведение. Невозможно, да и не нужно брать все под охрану государства, но в итоге сохраняется только то, что мы защищаем законами».

Собственник: фреска была уничтожена уже давно

Сейчас здание на Лыуна, 50 приведено в порядок, и там находится принадлежащий AS Viru Haigla дом престарелых «Дом Пихлака». Член правления Viru Haigla Кадри-Анн Тивас сказала Postimees, что здание на улице Лыуна купили и отремонтировали до ее вступления в должность, но теперь, изучая это дело задним числом, она убеждена, что фрески не было уже к тому времени, когда больница приобрела дом.

По ее словам, здание несколько раз меняло собственника, а к своему нынешнему владельцу оно попало лишь несколько лет назад в очень плохом состоянии. «В советское время там был туберкулезный диспансер, в первые годы независимости – клиника внутренних болезней. Тогда произошло объединение трех больниц, и этот дом стал клиникой восстановительного лечения Ляэне-Таллиннской центральной больницы. Они пришли к выводу, что помещения для восстановительного лечения неудобные, и построили новую клинику. Несколько лет они искали, кому продать это здание», - рассказала Тивас.

По ее словам, дом несколько лет пустовал. Двери и окна были открыты, внутрь забирались вандалы, стены были изгажены, все покрылось плесенью и гнило. В доме жили бомжи, которые даже костры в нем разводили.

«Кроме того, новый собственник начал строить третий этаж. Сейчас частично исчезла даже сама стена, на которой была фреска, лестничная площадка идет прямо внутрь. Я не думаю, что строители просто взяли и закрасили красивую картинку. На фотографиях периода строительства фрески не видно, она уже явно была уничтожена», - считает Тивас.

Теперь на улице Лыуна в Таллинне расположен дом престарелых "Дом Пихлака".

ФОТО: Eero Vabamägi

Дзиндзария не верит, что фреска погибла от погодных условий или случайно: «Она была на стене достаточно высоко, просто так к ней никто бы не попал. У меня есть большая фреска в торговом центре «Хабая» в волости Козе, в нынешней библиотеке Хабая. Там были мансардные окна, через них затекала вода и возникла плесень, но фреска все равно сохранилась, ее отреставрировали и сейчас очень берегут».

Профессор отделения защиты памятников старины и консервации Эстонской художественной  академии Хилкка Хийоп, которая участвовала и в спасении панно Хоффман, считает, что в нынешнем случае речь идет скорее о незнании, чем о злом умысле. «Я сама как жительница Нымме помню, что этот дом какое-то время стоял полностью заброшенным. В любом случае, по новым фотографиям видно, что нынешние собственники попытались сохранить в доме все, что есть ценного. Эта же картина просто одно из украшений здания», - сказала Хийоп.

По ее словам, ценности не всегда уничтожают намеренно, часто люди просто не знают или не понимают, что речь идет о ценном произведении искусства: «Но можно найти и людей, которые хотят сохранить такие произведения. Это требует, конечно, ресурсов, работы и речь не идет напрямую о материальной ценности». Сейчас ее сердце болит за находящееся в Мустамяэ панно Лео Рохлина, которое тоже оказалось под угрозой из-за перестройки недвижимости.

«Работа Рохлина, которая имеет заметное значение, расположена на фасаде идущего под снос здания. Сейчас остается вопрос: успеем или нет и какие аргументы приводить, что это невероятная ценность, которую нужно спасти», - сказала Хийоп.

НАВЕРХ