Школа выживания: на пользу ли русским детям образование на эстонском языке?

Екатерина Павлова
Школа выживания: на пользу ли русским детям образование на эстонском языке?
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 1
Азбука
Азбука Фото: Arvo Meeks

«Младший сын пошел в детсад с эстонским языком обучения, но не смог в итоге заговорить ни по-эстонски, ни по-русски», – рассказывает Марина,  ребенка которой в итоге пришлось вернуть в русскоязычную среду. А у Ирины оба сына ходят в эстонскую школу с первого класса и оба учатся на одни пятерки. Давайте разбираться, каких результатов в обучении добиваются русскоязычные дети, учащиеся на эстонском языке, что им мешает и какие перспективы их ждут.

Результативность обучения в школе, конечно, зависит не только от языка обучения. Свою роль играют также социально-экономические факторы, к примеру, уровень жизни и достатка родителей. Помимо этого, не последнюю роль играют качество преподавания, учителя, а также характер и способности ребенка, его воспитание, межличностные отношения и атмосфера в классе.

Маргарита дважды пыталась отдать детей с маленького возраста учиться на эстонском языке, однако обе попытки успехом не увенчались. Первый сын 2009 года рождения в полтора года пошел в эстонские ясли, а потом и в детский сад. «У него довольно неплохо получалось, подавал надежды, заговорил по-эстонски. Он влился в среду, появились друзья, он хорошо себя чувствовал, – рассказывает она. – Когда пришло время определять его в школу, то я задумалась, какой язык обучения выбрать. С эстонским у него было все в порядке, даже воспитатели советовали отдать в эстонскую школу. Помимо моего сына в детсаду было еще трое детей из русскоязычных семей, и мой ребенок овладел эстонским лучше всех. Мы ходили в эстонский нулевой класс, параллельно также в русский нулевой класс, но с языковым погружением».

Было принято решение, что в первый класс мальчик пойдет в русскую школу с полным языковым погружением. Однако во втором классе, по словам Маргариты, она заметила, что ребенок перестал развиваться.

«Уровень эстонского языка не повышался, он практически не писал, не читал. Ребенок просто потерялся в школе, он не понимал, что от него хотят. Здесь, мне кажется, сыграла роль неопытность учителя. Когда же мы перешли на полностью русское обучение, он начал и писать, и читать. По мнению учителей, хотя он уже в четвертом классе и учится на русском, его уровень соответствует второкласснику, – признается Маргарита, отмечая, что дома они тоже усиленно занимаются, чтобы ликвидировать пробелы. – Я не исключаю и индивидуальных особенностей, и того, что это был мой первый опыт — отдать ребенка в эстонскую школу. Мне как матери, наверное, не хватило опыта понять, что моему ребенку нужно».

Младший сын Маргариты, как и старший, пошел в эстонские ясли в полтора года. «Три с половиной года он был в эстоноязычной среде, но никак не смог адаптироваться. Он замолчал, на контакт шел плохо. По рекомендации учителя и логопеда мы решили перевести его в русский детский сад. Он быстро догнал сверстников, оказался полностью здоров, без отклонений. В итоге тоже пошел учиться в школу с русским языком обучения».

Главное — эмоциональный комфорт ребенка

По словам психотерапевта Ольги Пахомовой, самое главное для результативного обучения – это эмоциональный комфорт ребенка. «Если ребенок в напряжении и в страхе, он не сможет хорошо воспринимать, понимать и запоминать. Даже, если ребенок очень умный», – отмечает Пахомова.

Она приводит в пример эпизод из книги "Давид Копперфилд": очень способный мальчик учил урок, но в сверхнапряженной обстановке, где трое взрослых жестко требовали правильного ответа, не давая права на ошибку. И мальчик все забывал и терял дар речи. Потом получал наказание и после этого страх еще сильнее сковывал его, лишая мозг способности воспроизводить выученное.

 Фото иллюстративное.
 Фото иллюстративное. Фото: Paul Poderat

«С тех пор мало что изменилось, поскольку некоторых детей до сих пор физически наказывают за низкие оценки. Попробуем представить себя на месте ребенка: тебе семь лет, ты идешь в школу, где все люди чужие, чужой непонятный язык. Ты и в простом общении не все понимаешь с непривычки, а плюс к этому нужно понимать нюансы грамматики, формулы, термины и т.д. Часто дети, но не все, резко попадая в иноязычную среду, начинают проявлять признаки тревоги, к примеру, в зависимости от возраста, писаются, заикаются, грызут ногти, ищут причины пропустить занятия под любым предлогом, порой доходит до психосоматических заболеваний, могут появляются навязчивые физические движения, тики. И порой родители, не осознавая причин, еще и ругают ребенка за это. Ребенка, которому плохо, страшно, который вправе ожидать от родителей защиты, помощи и безусловного принятия, а получает выговоры и наказания», – объясняет психотерапевт.

В результате, по словам специалиста, напряжение еще больше увеличивается, а эффективность и результативность обучения снижается.

«Это самый главный фактор, но есть еще множество, некоторые из них – мотивация, интерес к наукам. Это приходит к ребенку лишь в возрасте десяти лет, а до того ребенок познает мир в игре. Так что, если пытаться впихнуть в голову то, что ребенку пока что не нужно, пугая его перспективой стать дворником, это не даст ребенку ни интереса, ни мотивации, а только увеличит напряжение. Также важен наглядный пример: родители сами сколько языков знают? Продолжают ли учиться всю жизнь чему-то новому или нет? Если учатся, то с интересом или горько вздыхая? Ребенок смотрит на все. Если родители были отличниками, а живут так, что едва хватает на жизнь, то очень сомневаюсь, что это даст ребенку азарт в учебе», – подытоживает Пахомова.

Марина, мать третьеклассника и дошкольника. Ее старший сын ходил в детский сад с эстонским языком обучения. «Сейчас он учится в третьем классе в школе с эстонским языком обучения. Основные трудности возникают с грамматикой и словарным запасом, – рассказывает Марина. – Если в задании встречается сложное и непонятное ему слово или слово с непонятным ему окончанием, он уже не может выполнить задание. В самом начале обучения я с ним дома не занималась и дополнительно никуда мы не ходили, так сложились обстоятельства. По предметам, где больше необходим эстонский язык — природоведение, эстонский — получает тройки, проскакивают четверки. По математике обычно пятерки, но если нужно решать задачи, а задание ему непонятно, он получает плохие оценки».

Младший сын Марины тоже пошел в детсад с эстонским языком обучения, но не смог в итоге заговорить ни по-эстонски, ни по-русски. В итоге ребенка перевели в русский детсад. Когда пришло время определять младшего в школу, то, наученная опытом старшего сына, Марина приняла решение, что младший в сентябре пойдет учиться в класс с языковым погружением.

По ее словам, сейчас она поняла, что если ребенок идет учиться на эстонском языке, то обязательно нужно заниматься дополнительно: отдельно русским и отдельно эстонским языками.

Удачных примеров много

У Ирины же пример, наоборот, положительный. Ее оба сына пошли сначала в детский сад, а потом и в школу с эстонским языком обучения. Старший уже закончил основную школу и собирается в гимназию. Младший сын в шестом классе. Оба сына отличники.

«Правда, мы сразу настроились на учебу в эстонской школе. Поэтому сразу пошли в эстонские садики. Дополнительно занималась с ними дома. Был репетитор до второго класса. Теперь они учатся сами, я не помогаю. Из своего опыта могу сказать, если ребенок сейчас не говорит и плохо знает эстонский язык, то надеяться на то, что все как-то само сложиться, не советую».

Михаил – отец девятиклассника в школе с эстонским языком обучения – говорит, что у сына никогда не возникало трудностей в школе из-за языка. Первые три года его сын отучился в классе языкового погружения, в четвертый класс, по рекомендации учителя, перешел учиться в школу с эстонским языком обучения. «Было пару раз, что он отставал. В какой-то момент пришлось на пару месяцев нанять репетитора по математике, но он быстро нагнал и дальше уже учился сам. Как таковых проблем с понимаем предметов, потому что они преподаются на эстонском языке, у него не было».

Так можно ли выучить эстонский в русской школе?

Когда в соцсетях возникают споры о том, в школу с каким языком обучения отдавать ребенка, всегда найдутся люди, которые скажут, что нечего издеваться над детской психикой, а эстонский язык можно выучить и в русскоязычной школе. Но статистика говорит иное.

По плану Министерства науки и образования к 2020 году 90% учеников русскоязычных школ должны были заканчивать основную школу, владея эстонским языком на уровне B1. Пока неизвестно, какие результаты получат выпускники на экзамене по эстонскому языку в этом году. Но, учитывая, что в 2018 году только 61% выпускников русскоязычной основной школы владели языком по меньшей мере на уровне B1, то надеяться не на что.

В своем годовом анализе за 2018 год Министерство образования признает, что добиться 90% к 2020 году нереально. Однако отмечает, что хорошие результаты показывают программы языкового погружения.

Начиная с 2007 года количество участников программ языкового погружения удвоилось. В 2017 году 86% выпускников основной школы, учащиеся по программе языкового погружения получили B1. Лучший результат знания языка на уровне B1 (99% учеников) показывают те, кто оканчивал основную школу в полностью эстонской среде.

Почему же языковое погружение все равно не дает такого высокого результата изучения языка на уровень B1, как непосредственное обучение в эстонской среде? Директор Паэской гимназии, где классы языкового погружения существуют с 2003 года, Изабелла Рийтсаар объясняет, что погружение – это не эффектный проект, это очень кропотливая и осознанная работа.

Паэская гимназия. Фото иллюстративное.
Паэская гимназия. Фото иллюстративное. Фото: PEETER LANGOVITS / PM/SCANPIX

«Причем работа хорошо управляемая и отслеживаемая. И даже в этом случае могут быть сбои, – говорит директор Рийтсаар. – У нас достаточно историй, когда дети учились в погружении, а затем переходили в эстонские школы и там учились очень успешно, участвовали в олимпиадах. Далеко за примером ходить не надо: в этом году у нашей школы проект с основной школой Хаабнеэме и не только по обмену учениками, но и по обмену учителями. Нашим детям очень понравилось в партнерской школе, кто-то даже попросил продлить срок пребывания».

Комментируя результаты экзаменов по эстонскому языку в основных школах, директор Рийтсаар подчеркивает, что в разных школах дела обстоят по-разному.

«В нашей школе со сдачей экзаменов в классе погружения все обстоит более чем благополучно. В прошлом году средний балл позднего погружения составил 93,5; раннего 95,5. Так что здесь нельзя делать однозначных выводов, но у каждого может быть свое мнение. Всегда существуют объективные и субъективные причины», – объясняет директор Паэской гимназии.

Лучшие в Европе – ученики эстонских школ, а не русских

Согласно исследованию учебных навыков ОЭСР PISA 2018, навыки учащихся эстонских основных школ абсолютно лучшие в Европе. Однако результаты учеников школ с русским языком обучения стабильно ниже, чем учеников школ с эстонским языком обучения. К примеру, разница в результатах заданий по чтению довольно большая и даже с годами растет.

Результаты заданий по чтению согласно полу ученика и языку обучения за 2012, 2015 и 2018 годы.
Результаты заданий по чтению согласно полу ученика и языку обучения за 2012, 2015 и 2018 годы. Фото: hm.ee

Заметим, что и результаты учащихся на русском языке год от года улучшаются и держатся на уровне выше среднего.

У каких учеников оценки выше?

И хотя Министерство образования и науки собирает разную статистику, проследить образовательный путь каждого ребенка в основной школе с учетом всех факторов, которые могут повлиять на его успеваемость, опираясь только на статистику, не представляется возможным, отмечает советник отдела по связям с общественностью министерства Елена Земскова.

Что касается оценок, то, согласно статистическим данным министерства, выпускник основной школы, родной язык которого - не эстонский и который учился по программе языкового погружения, получает немного более высокие оценки, нежели тот же ученик в школе с эстонским языком обучения. Разница совсем небольшая. И там, и там средняя оценка учеников — четверка.

Таблица показывает среднюю оценку аттестата иноязычных выпускников основной школы, учащихся по программе языкового погружения в сравнении с учащимися школ с эстонским языком обучения.
Таблица показывает среднюю оценку аттестата иноязычных выпускников основной школы, учащихся по программе языкового погружения в сравнении с учащимися школ с эстонским языком обучения. Фото: Haridus- ja teadusministeerium

Будущее эстоноязычных и русскоязычных детей

В 2019 году 97,8% выпускников основной школы с эстонским языком обучения сразу же продолжили обучение, т. е. пошли учиться в гимназию или профессиональное училище. Выпускники школ по программе языкового погружения — 95,7%. Выпускники школ с русским языком обучения чуть меньше — 95,5%. Тут тоже важно помнить и о региональных особенностях, но в целом такая статистика помогает понять, насколько ребята ориентированы на получение в перспективе более высокого уровня образования.

Если же мы рассмотрим детей, чей родной язык не является эстонским, но при этом они учатся в школе с эстонским языком обучения, то 97,2% таких детей продолжают обучение. Это может, возможно, свидетельствовать о том, что по сравнению с русскоязычными детьми из русских школ, они чувствуют себя более уверенными для дальнейшего получения образования на эстонском языке. 

Проведенное Министерством науки и образования в 2018 году исследование показывает, что по сравнению с эстоноязычными выпускниками гимназий, русскоязычные выпускники меньше стремятся получить более высокий уровень образования, и одна из причин — знание госязыка.

С 2006 по 2017 годы только 13% выпускников гимназий, чей родной язык эстонский, не стали продолжать обучение в профессиональных училищах или университетах. В то время как среди выпускников, чей родной язык русский, учиться дальше не пошли 19%.

Статистика показывает, что в среднем русскоязычные молодые люди, получившие в Эстонии среднее образование больше уезжают учиться в высшие учебные заведения ЕС, нежели эстоноязычные выпускники.

При этом знание английского языка выпускниками школ с эстонским языком обучения по-прежнему выше, чем школ с русским языком обучения. Проведенное в 2011-2015 гг. международное исследование знаний взрослых PIAAC показало, что среди эстонцев в возрасте 16-24 лет английским не владеют только 4%, в то время как среди русскоязычных английским не владеет каждый четвертый молодой человек (27%).

Ключевые слова
Наверх