Выздоравливающая от коронавируса: легкие были такими слабыми, что на голос уже не хватало сил

Кадри Кангро находится на домашнем карантине. Как вирус проник в семью Кангро, так и осталось тайной.

ФОТО: Erakogu

Заболевшие знают, что нужно изолировать себя от остальных, но вирус может распространяться и от внешне здоровых людей. Заразившаяся от неизвестного источника и сразу перешедшая на домашний режим советник по развитию благосостояния Вырумааского центра развития, имеющая образования врача Кадри Кангро рассказала о своем опыте борьбы с коронавирусом и поделилась идеями, как организовать сотрудничество между обществом и общественным сектором таким образом, чтобы от нынешних решений была польза и в будущем, пишет Postimees.

- Многие зараженные не имеют ярко выраженных симптомов, восемь из десяти больных не нуждаются в госпитализации. Как протекала болезнь у вас?

- Первые симптомы, проявившиеся три недели назад, были похожи на грипп. Осенью я вакцинировалась и, поскольку вакцина этого сезона была целенаправленной, грипп я у себя не заподозрила, это должен был быть какой-то другой вирус. Анализ подтвердил наличие коронавируса. Когда температура начала падать и вновь захотелось выпить привычный утренний кофе, заметила, что у кофе не было ни вкуса, ни запаха: ощущение, что пьешь теплую воду, хотя насморка в тот момент не было. Это было через пару дней после появления первых симптомов.

Потом я изучала научную литературу, чтобы понять, вкус должен был пропасть в начале болезни или позже, но данных об этом сейчас еще мало. В любом случае, неожиданное исчезновение ощущения вкуса или запахов без наличия насморка указывает на наличие Covid-19. Тот, кто заболел и сомневается, может отправиться на кухню и понюхать вещества с резким запахом. Я сама бросила пить по утрам кофе, потому что в этом не было никакого смысла.

- Что еще отличает Covid-19 от гриппа?

- Выход из болезни был очень медленным и с откатами: то становилось лучше, то неожиданно болезнь обострялась. Легкие были очень слабые, поэтому на голос не оставалось сил. Во время разговора начинался приступ кашля, хотелось больше молчать. В начале болезни душил сухой кашель. Высокая температура держалась всего пару дней, но слабость после этого оставалась ненормально долго: потребовалось не меньше двух недель, что почувствовать себя более-менее здоровой.

- Истории людей, перенесших Covid-19, должны насторожить остальных?

- У каждого двадцатого болезнь протекает тяжело. Я хорошо понимаю, что это может пугать, как и то, что сейчас нет лекарства от этого заболевания. Но львиная доля заболевших переносят болезнь вполне сносно.

Мы сохраняли спокойствие, поскольку я имею знания выше среднего, и моя болезнь протекала серьезнее всех в семье, но все равно терпимо. У остальных членов семьи возникли некоторые симптомы, но у них все прошло мягче, особенно у детей. Из научных статей мы знаем, что дети младше 14 лет обычно переносят коронавирус легче. Несмотря на это с самого начала мы всей семьей сидели дома в добровольной изоляции.

- Как организовывали повседневную жизнь?

- В маленьких местах это сделать намного проще. Холодильник и подвал никогда не остаются пустыми, поскольку люди знают, что магазин и аптека не будут открыты с раннего утра до позднего вечера. У нас в Рыуге работает сеть безопасности, друзья приносят продукты к дверям, если нужно. Товар мелких производителей можно бесконтактно заказать на дом.

- В изоляции есть время подумать. Какие мысли возникают?

- Меня все время занимала мысль, как можно было бы наладить сотрудничество между обществом и общественным сектором таким образом, чтобы улучшить жизнь людей? Кризис ярко показывает, что витающий в облаках общественный сектор без дополнительных усилий оказывается в беде. Врачи и медсестры отправились помогать коллегам на Сааремаа, в марте записывались в добровольцы в Южно-Эстонской больнице. Люди хотят быть задействованными, создание такой возможности и обучение - это не расходы, это инвестиции.

- Как кризис изменил отношения внутри общества?

- Отношения приобретают все большую значимость. Начали думать, как добраться до тех, у кого нет родственников или кто отрезан от всего мира, кем заменить выпавших из строя социальных работников. Набирают популярность созданные для людей с особыми потребностями интернет-платформы Helpific и Caremate, где одни ищут помощь, а другие ее предлагают. Быстро были созданы и новые платформы, например, от ИТ-хакатона быстро ушли в жизнь возможности распределения рабочей силы, отслеживания здоровья и поиска добровольцев. По доброй воле люди взяли на себя большую ответственность, многие вспомнили о своих пожилых родственниках.

- Популярной стала инициатива «Помоги соседу!»

- Инициатив действительно много. В Вырумаа работает жизнеспособный Кайтселийт, мои собственные дети состоят в детских дружинах. Но когда я спросила у них, учили ли их, как помогать людям с душевными или физическими расстройствами, которых у нас около 20 процентов от всего населения, ничего особенного они сказать не смогли. Наши кризисные планы составлены для здоровых и сильных, но мы не продумали, как помогать лежачим больным, людям с проблемами слуха и зрения. Кроме того, людям с особыми потребностями нужно раздавать кризисную информацию, причем так, чтобы они ее поняли.

- Чрезвычайная ситуация отложила на потом творческую толоку Vunki Mano, руководителем проекта которой вы являетесь. Чем вы там занимаетесь?

- Собираемся в Вырумаа и в течение двух дней придумываем решения на местном уровне или по возможности что-то, что можно изменить в нашей жизни. Обычно на толоке мы поднимаем с десяток тем. Жизнеспособными после оказываются такие решения, над которыми в одной рабочей группе трудятся пользователи, чиновники и эксперты. В теории некоторые идеи могу выглядеть блестяще, но будущий пользователь говорит, что, как ему кажется, это не будет работать, и это нужно учитывать. Эксперт придает решению компетентность, а чиновник – финансирование. Например, толка помогла реализовать идею поставки в школы и детские сады Сетумаа и Рыуге местных продуктов.

- Что делать, чтобы хорошие решения были реализованы?

- Тут есть над чем подумать. Для развития предпринимательства созданы консультирование, фонды, стартовые дотации, курсы Кассы страхования от безработицы для начала своего бизнеса – одним словом, рабочими инструментами являются деньги и знания экспертов. Общественные начинания, например, безопасные дороги для ландшафтной езды на природе, нуждаются в чем-то подобном, но возможностей не хватает. Жизнь показывает, что если работающим решением занимается только общество, имеется большой риск, что все провалится. У общественного сектора есть деньги и власть, но есть и ответственность за то, чтобы услуги работали.

- Эстония оказалась в эпицентре крупного экономического спада.

- Не все замыкается на деньгах. Общество – это не только группа народного танца, как мы можем видеть, у местных жителей достаточно энтузиазма и желания помогать. Такое привлечение должно означать диалог и сотрудничество, а не так, что отправляем по кругу на согласование какой-нибудь сложный документ. Сейчас мы, конечно, еще боремся с коронавирусом, но в один прекрасный день это закончится, и нужно будет те решения, которые были созданы вместе и работают, не пустить на ветер, а придать им еще больше сил.

Возрождение вырусцев

В середине марта Вырумаа стал вторым после Сааремаа местом, где было выявлено больше всего зараженных коронавирусом: на 10 000 жителей имелись 19,6 носителей вируса. Теперь вырусцы переживают возрождение, а количество новых зараженных быстро сокращается. «В последний раз вирус был диагностирован у одного пациента три недели назад, - сказал руководитель Южно-Эстонской больницы Арви Васк. – Мы отправили работников в карантин, сегодня все вернулись на работу и никто не заболел».

В уездной больнице больных с Covid-19 не лечат: легких пациентов отправляют домой, тяжелых отвозят прямо в Тарту: «Последних отправили в Тарту две недели назад». Один из них, 55-летний мужчина, умер в прошлый четверг. Момент истины чаще всего наступает через две-три недели после помещения в больницу, когда умирает 40 процентов пациентов реанимации.

Причин успеха вырумааского две: вирус не прорвался в дома попечения, а заразиться в больнице маловероятно. Безопасная среда привлекает туда рожениц.

Но, по словам Васка, расслабляться нельзя, и инфекционный контроль работает жестко: «Мы принимаем всех пациентов, которые поступают в больницу, и на два дня изолируем как зараженных. Если симптомы не проявились, помещаем их с остальными».

НАВЕРХ