Умер журналист и актер Николай Хрусталев

Свеча.

ФОТО: Матти Кямяря / Põhjarannik

Вчера на 78-м году жизни скончался журналист и актер Николай Хрусталев.

Николай Хрусталев на протяжении многих лет публиковал интервью с актерами, режиссерами и художниками на страницах газет "Молодёжь Эстонии" и "День за Днём". Печатался он в том числе и на страницах русского Postimees.

Хрусталев также был ведущим программ на Радио-4, служил актером в Русском драматическом театре Эстонии.

В труппу театра Николай Хрусталёв пришёл в далеком 1964 году и остался на долгие 40 лет, исполнив на сцене более ста разноплановых ролей, одной из которых была филигранно исполненная роль в моноспектакле «Дама с собачкой» (режиссёр Э. Томан). Произведение для постановки артист выбрал сам и говорил, что давно мечтал в нем сыграть. После гастролей в Петербурге критика отмечала: «В неторопливом, тихом исполнении Николая Хрусталева вдруг незримо, но явственно возникает хрупкий образ Анны Сергеевны с ее тревогами, наивным испугом. С ее надеждами и большой любовью, ставшей смыслом ее жизни».

Николай Хрусталёв запомнился зрителям в спектаклях «Варвары» (Реж. С. Лерман), «На пути в Дамаск» (Реж. М. Фридх), «Баловни судьбы» (Реж. Э. Томан), «В Москву! В Москву!» (реж. Ю. Ерёмин), «Пересечение с главной дорогой» (реж. Я. Аллик) и многих других.

Даже спустя годы, после его ухода из театра, коллектив вспоминает его с теплом и улыбкой. Кроме того, уйдя в журналистику, Николай Хрустале в не оставлял свой театр, продолжая выпускать статьи о премьерах, артистах, лабораториях.

Театр скорбит и приносит свои соболезнования супруге и детям Николая Хрусталева.

In memoriam

Дядя Коля всегда запомнится иронией, с которой он относился ко всем вызовам жизни. Я видел его уставшим, видел задумчивым, но никогда не видел его озлобленным. Мне кажется, что он радовался жизни всегда, несмотря ни на что. Радость и Самоирония. Дядя Коля. Светлая память тебе.

Сергей Овченков

«Людей неинтересных в мире нет…» Когда уходят такие яркие люди, как Николай Хрусталев – актер и журналист, с огромным кругом интересов, знаток театра и кино, легкий, обаятельный, остроумный, мастер разного рода баек и анекдотов – особенно грустно… Старшее поколение зрителей Русского театра помнят этого красивого, с синими-пресиними глазами молодого актера, который сразу стал узнаваемым. Он сыграл немало ролей, но особенно запомнились три - в «Нельской башне» режиссера Виталия Черменева, в «Баловнях судьбы» режиссера Эдуарда Томана и, конечно, в «Даме с собачкой». Блистательная костюмная драма и глубоко психологическая роль…

Наверное, как и всякий артист, мог сыграть и больше, но увлекся журналистикой, много печатался в газете «Молодежь Эстонии», много лет сотрудничал с Радио 4, его постоянно приглашали на разные кинофестивали и он был знаком со всем цветом российского кинематографа… Тяжелая болезнь прервала его жизненный путь, но в памяти зрителей и слушателей, в памяти коллег и друзей он будет жить…

Этери Кекелидзе

Ушёл Коля Хрусталёв. Он так долго был рядом, а если не рядом, то где-то здесь, совсем неподалёку, что никак не могу совместить с реальностью этот, увы, уже безусловный факт. Мы не дружили припадочно, так, чтобы ежедневно встречаться или созваниваться – и обсуждать, как этот день прошёл, что принёс и что отнял. Но были дружны, буквально с первого дня знакомства, когда в марте 1976-го я приехала в Таллинн и поступила на работу в «Молодёжку». Он принёс какой-то текст и сказал: «Вы не посмеете это не опубликовать». Я не посмела – и опубликовала. Потому что текст был хороший. А главное – человечный. Он не умел писать бездушно, быть может, потому, что был актёр – актёры живут чужими душами.

Иногда в шутку говорила ему: «Бросил на бумагу горсть слов, а я теперь их собирай и нанизывай». Коля отвечал: «Будь скромнее». Это была его коронная фраза, которой я не придавала никакого значения. И только позднее поняла: Коля Хрусталёв, непомерно общительный, вызывающе весёлый, на самом деле очень сдержанный и невероятно скромный человек. Он был разговорчив, но не болтлив, умел хранить чужие тайны, ни о ком не отзывался плохо и никогда никого не обидел, редкое качество в нашей среде. И на него всегда можно было положиться: обещал – можно не напоминать, точно сделает. Он долго работал в Русском театре, если не ошибаюсь, 40 лет. Играл довольно много, но настоящие роли ему доставались редко. В спектакле Яака Аллика «Пересечение с главной дорогой» была хорошая роль, в спектакле Эдуарда Томана «Дама с собачкой» – очень хорошая, он ими очень дорожил.

Он вообще очень дорожил Русским театром, а другого театра у него не было, и быть не могло, потому что Коля – однолюб. Он всю жизнь любил единственную женщину – свою жену Элину, детей – Аню и Кирилла, внуков. А себя любил достаточно сдержанно, что для актёра уникально, тем более, для актёра с красивой внешностью. Помню, попросила его прочитать текст в документальном фильме «Шекспир против Шекспира» – категорично заявил, чтобы об оплате не может быть и речи, а готовился так, словно ему предстояло роль короля Лира. И когда во время записи возникала тень сомнения – верный ли смысловой акцент, точная ли интонация, – перечитывал фразу столько раз, сколько считал нужным. Мучил нас страшно, хотя, казалось бы, должно быть наоборот.

Он очень долго был в моей жизни, отзывчивый, верный Коля Хрусталёв. Как-то пришла на его концерт. «Сейчас мы с известным поэтом будем читать стихи, он – свои, а я – хорошие», – пошутил он со сцены. Он всегда шутил. Таким и останется в памяти.

Элла Аграновская

НАВЕРХ