Вместе невозможно и врозь никак

Наталья Сааль

ФОТО: личный архив

«Люди делятся на две категории». Это не только мой любимый интернет-мем. Так происходит в любой ситуации и по любому поводу. Хотя категорий иногда чуть больше, но заметных обычно две-три. Мы разные, что поделаешь.

Сколько стоит удобство?

Коронавирус с прошлого года старается, чтобы мы все как один дружно объединились и... держались подальше друг от друга, соблюдая нехитрые правила. Но мы упорствуем, так как уже научились иметь собственное мнение и уважать свою индивидуальность. Что само по себе здорово, но идеально работает только на необитаемом острове. В семье чуть сложнее. В масштабах страны речь уже идет о кризисном ущемлении некоторых свобод.

Вот грянула эпидемия, и сразу обозначились две категории людей. Те, кто принимается решать проблему, и те, кто начинает искать виноватого. Хорошо компетентным специалистам и убежденным фанатикам. Они точно знают, как обстоят дела. Особенно фанатики – у них всегда есть на кого кивнуть: масоны, американцы, зеленые человечки, летучие мыши. Конечно, и мировое правительство! Тайное сборище воротил, акул, толстосумов, которые договорились всех нас превратить в рабов и ободрать как липку.

Ну, допустим. А если они смогли договориться, может, и нам попробовать? Если нашли общий язык десять (сто? сколько их там?) бесчеловечных, амбициозных, алчных эгоистов, то нам-то сам бог велел. Мы хорошие и нас больше. Если они смогли объединить свои мозги, ресурсы и опыт и легко управляют семью миллиардами людей разных рас, национальностей, менталитетов и вероисповеданий, значит, у нас все-таки есть что-то общее. Может, мы сами его поищем и найдем?

Или просто свалим на них все свои проблемы? А что? Удобно! И делать ничего не надо: обстоятельства непреодолимой силы. Только есть один нюанс: удобство – штука дорогая, расплачиваться обычно приходится без скидок, с накрутками. И связь между сиюминутным удобством и его катастрофическими последствиями не всегда очевидна. Ах, да, я и забыла: именно на этот случай у нас есть теория мирового заговора.

Других-то нет!

Бывают еще две категории «государственников»: «я плачу налоги – государство обязано» и «государство – это я». Оно всем нам обязано, да, но беда в том, что государство – тоже люди. Самые обыкновенные, иногда не слишком умные, иногда не очень честные, тоже могут растеряться и запаниковать в трудную минуту. Никто сейчас не может принимать решения спонтанно, но кому-то приходится. А потом еще и отвечать за них. Между тем, стрессы, страхи, ошибки, неведение никто не отменял – ни для нас с вами, ни для государства, это всего лишь люди, не лучше и не хуже нас с вами. Такие же. Других-то нет!

И если мы дружно ходили на выборы, то можем прямо задать нехороший вопрос «своему депутату», партии или министру от нее. Например, «а правда вы все повышения зарплат в период острой проблемы с финансами направите на помощь неимущим, многодетным, безработным и исчезающе малому бизнесу?» А что, давайте дружно, как один человек, вдалеке друг от друга сядем, напишем и отправим. Они должностные лица и обязаны ответить в течение трех рабочих дней. Не ходили на выборы? В стороночку. От вас «все равно ничего не зависит».

Семья и школа

А еще есть две категории родителей: одни отвечают за своих детей как за себя, а другие почему-то ждут, что это будет делать кто-то другой. Кто, интересно? Понятно, родители могут сойти с ума, безвылазно сидя с отпрысками дома. И как бы мы ни любили ближнего, есть риск от излишней безысходной близости поубивать друг друга. Все правда. И, как писал психолог Виктор Франкл, в концлагере самое страшное – не голод, побои, унижение и непосильные работы, а отсутствие возможности побыть одному.

Хотя и эту проблему многие наверняка смогли бы решить – при помощи отдельной комнаты, чтобы каждый член семьи мог уединяться там по очереди, балкона, крыши, наконец. Труднее наладить отношения в такой степени, чтобы пребывание бок о бок было максимально комфортным и не закончилось «побитыми чашками», «сожженными мостами» и обидами на всю жизнь. Ну что ж, пришло время родителям быть родителями. Вот такое испытание или приключение, тут как посмотреть. Уже не кивнешь на школу, двор и компанию, на государство, наконец.

Вот ты, вот – твои дети. И надо сделать так, чтобы всем было хорошо, насколько это возможно в предлагаемых обстоятельствах. Да, вдруг выясняется, что мало кто умеет разговаривать и договариваться с собственными детьми. Добиваться выполнения договоренностей, и чтобы без насилия и окриков, а сознательно, взаимно и по доброй воле. Мало кто, испытывая серьезный стресс, готов оставить его при себе и не срываться на слабых близких, а садиться и внятно проговаривать все особенности ситуации, чтобы даже мелкие поняли – сейчас все непросто, но мы команда, поэтому действуем так или так, в чем-то себя ущемляем и терпим, изо всех сил находим что-то хорошее в этом странном положении.

Хотя можно, конечно, целыми днями читать новости и «новости», пуская панические пузыри в море самой разнообразной информации, сплошь и рядом ложной и придуманной. Может, пора «закрыть газету» и просто поговорить с детьми по-человечески? Не для того, чтобы им ответить, а чтобы их услышать. Пусть что-то важное они скажут не сразу, но времени у нас, похоже, достаточно. И, даст бог, этот уникальный шанс не повторится. Грех ведь его упускать.

Кто тут рыжий?

Вам не дает покоя вопрос «Что я, рыжий?» Так и Аркадий Попов - шатен. Самый популярный доктор Эстонии, медицинский руководитель кризисного штаба Департамента здоровья, руководитель Центра скорой помощи Северо-Эстонской региональной больницы (PERH). Думаю, в Эстонии уже достаточно просто сказать «Попов», и всем понятно, о ком речь, недаром у него уже два месяца существует свой фан-клуб в социальных сетях. А тот индиец из Мумбаи, что учился в Тарту на врача, а потом поехал добровольцем на коронавирусный остров Сааремаа, ­– вовсе жгучий брюнет. Но «Я же доктор!».

Правительству и ответственным чиновникам, хороши они или плохи, нужно время, чтобы элементарно разобраться в ситуации. Хорошо, конечно, услышать о проблеме, а через пару минут – о том, что она решена. Но увы. Мы так не можем и они так не могут. Трудно искать черную кошку в темной комнате. Трудно принимать взвешенные решения в ситуации полной неопределенности. Даже когда тащишь груз ответа только за семью. А за страну? У них нет времени на эмоции, лирику, паралич воли и действий, мы же потом с них спросим. Даже те, кто не ходил на выборы и игнорировал правила ЧП, – эти спросят громче всех.

И при всем том, что у меня есть к нашему правительству «пара» нехороших вопросов, похоже, этой весной они стараются.

Не реанимировать

А вот еще две категории. Те, кто вник и «построился», и те, кто активно игнорирует правила чрезвычайного положения, приятно проводит время в многолюдных компаниях, смеется над людьми в масках и плевать хотел на призывы мыть руки чаще и тщательнее, чем обычно.

Думаю, будет справедливо попросить их всех записать на свой телефон небольшое видеообращение – дескать, в виду я имел ваш коронавирус, ЧП и прочие глупости, это все ерунда, я не верю. И чтобы потом, если/когда дойдет до интенсивной терапии, запись эта была доступна всем, от кого зависит наше здоровье или жизнь. Иначе есть риск, что при обострении ситуации «отдыхающие» заполонят палаты, а ответственным гражданам не хватит мест или аппаратов ИВЛ.

В Италии и ряде других стран доктора уже сталкивались с горькой проблемой непростого выбора, кому помочь, а кого оставить на волю «злой судьбы». Давайте поможем медикам и сделаем этот выбор сами, раз уж мы все так уверены: одни – в существовании опасности, другие – в отсутствии. Делают же люди на левой груди татуировку «Не реанимировать…»

Уже только ленивый не сказал, что мы переживаем уникальный период. Уже не единожды попадались в социальных сетях «итоги» и «выводы», не говоря о прогнозах. Доктор Аркадий Попов сказал, что защититься от вируса поможет не столько маска, сколько здравый смысл. От себя добавлю: и практика мелких шагов. Делай, что можешь, и будь что будет.

НАВЕРХ